Пользовательский поиск

Книга Катастрофа на Волге. Содержание - Смерть фельдмаршала

Кол-во голосов: 0

— Кроме 384-й, были расформированы еще и другие дивизии, господин генерал?

— Да, 94-я пехотная дивизия, которая также была уничтожена во время бегства. 79-я пехотная дивизия понесла такие серьезные потери, что и она, вероятно, будет в ближайшие дни расформирована, как мне об этом говорил Паулюс. Командир 94-й пехотной дивизии должен вылететь из котла, чтобы собрать возвращающихся отпускников 6-й армии.

Передача боевых групп была произведена быстро, без всяких задержек.

После того как я сделал обзор обстановки и охарактеризовал состояние войск, мы выехали к командирам. Я воспользовался этой возможностью, чтобы проститься с ними и поблагодарить их за самоотверженные действия.

В Морозовске

На другой день автомобиль доставил меня в отдел обер-квартирмейстера 6-й армии в Морозовске. Здесь был размещен штаб 3-й румынской армии, которой моя боевая группа была последние дни подчинена. Когда я доложил о своем прибытии, командующий, генерал-полковник Думитреску, пригласил меня на обед. Там я встретил наряду с румынским начальником штаба и немецкого начальника штаба полковника Венка. Я узнал от него, что севернее Морозовска весь фронт пришел в движение. Подкреплениям, которые мы перебросили, с трудом удается закрыть образовавшиеся бреши.

Тяжелые переживания прошедших трех недель и серьезность сложившегося положения мешали завязать оживленную беседу сидевшим за столом офицерам. Лишь время от времени соседи по столу обменивались словами. А вообще царило мрачное молчание. У всех на устах были невысказанные вопросы: какие новые тревожные известия придут в ближайшие часы? Долго ли мы еще будем находиться в Морозовске? Когда будет сформирована деблокирующая армия Холлидта?

После обеда я вернулся в отдел обер-квартирмейстера, надеясь, что до вылета в котел я еще свижусь с моими старыми товарищами и сослуживцами. К сожалению, я не застал моего друга полковника Зелле. Он тоже принял боевую группу на Чире, близ Суровикина. Немногие встреченные мною знакомые, видимо, жалели меня. Это меня сердило. Конечно, ничего приятного не было в обратном полете в котел. Но в сложной обстановке каждый офицер должен быть со своей частью. Ею была для меня 6-я армия, находившаяся в окружении.

Во второй половине дня я встретил нашего обер-квартирмейстера полковника Баадера. Всего несколько дней назад Паулюс командировал его из котла, чтобы он извне обеспечил лучшее и более систематическое снабжение армии. Полковник передал мне телеграмму генерал-майора Шмидта, в которой тот просил меня выслать в котел трех командиров полков. Это показалось мне несколько странным — ведь генерал-лейтенант фон Габленц рассказывал мне о расформировании двух пехотных дивизий. Разве там не хватало командиров?

Из осторожности я направил соответствующий запрос командованию армии. Ответ пришел незамедлительно: три командира полка должны вылететь в котел. Это было нетрудно сделать. В Морозовске находился офицерский резерв. Здесь отобрали трех старших офицеров; на другой день они должны были вылететь в Гумрак.

Когда это дело было решено, я мог поговорить с обер-квартирмейстером о некоторых проблемах снабжения.

— Каким образом, собственно, снабжается армия, Баадер?

— Воздушным путем. Здесь, в Морозовске, создана база снабжения. Каждый день — насколько позволяет погода — беспрерывно летят в котел машины с продовольствием, боеприпасами, горючим, медикаментами, перевязочным материалом. Они доставляют на обратном пути тяжелораненых. И вы также завтра приземлитесь на большом аэродроме в Питомнике. Там еще размещено несколько истребителей, предназначенных для сопровождения транспортных самолетов.

— Это мне непонятно. В армии находится на довольствии около 330 тысяч человек. Разве все они могут быть снабжены воздушным путем?

— Теперь численность уже не столь велика, хотя в армию и вошли также попавшие в окружение три дивизии 4-й танковой армии и две румынские дивизии. Согласно вчерашним донесениям, в котле теперь состоит на довольствии только 270 тысяч человек. Но и для такого количества далеко не достаточно перебрасываемого по воздуху продовольствия. Армия получает лишь небольшую долю своей минимальной потребности. Прямо сказать, это большое свинство, и виноват в этом в первую очередь Геринг. Он, видимо, как всегда, прихвастнул, заверил Гитлера, что военно-воздушные силы полностью обеспечат снабжение армии материальными средствами. По нашим расчетам, для нормального снабжения армии нужно ежедневно по меньшей мере 700 тонн грузов. Для того чтобы в какой-то мере сохранялась боеспособность армии, надо перебрасывать не менее 500 тонн. Следовательно, ежедневно должны были бы летать не меньше 250 «юнкерсов-52» с грузоподъемностью в 2 тонны каждый. Ни разу не удавалось этого осуществить. В результате образовался все более нарастающий дефицит в продовольствии, боеприпасах, горючем.[55] Добавьте к этому, что из окруженных дивизий восемь лишились своих складов и тыловых частей. Для их снабжения у нас, конечно, тоже не хватает транспортных средств, между тем именно эти дивизии, у которых вряд ли имеется зимнее обмундирование, должны были занять новые южный и западный участки обороны, где не было ни окопов, ни убежищ. Армию ждет тяжелейшая катастрофа, масса людей погибнет от голода, замерзнет, если наземная связь с котлом не будет восстановлена в кратчайший срок.

— Скажите, Баадер, почему армия сразу, в первые же дни, не прорвала еще слабое кольцо окружения и не пробилась на юго-запад? Конечно, это не обошлось бы без жертв, но главные силы были бы спасены.

— Я знаю только одно. Командующий армией неоднократно просил разрешения на прорыв из окружения, но Гитлер каждый раз отклонял эти предложения. Паулюс вам, вероятно, об этом расскажет подробнее.

— Значит, вы считаете невозможным, чтобы армия длительное время снабжалась воздушным путем?

— Я снова повторяю, что такая мысль может возникнуть только в голове фантазера. Такого же мнения и мои сотрудники, а все они имеют богатый опыт в этой области, — ответил мне полковник.

— Могу я сообщить ваше мнение генералу Паулюсу?

— Разумеется.

Было уже за полночь, а я все еще метался по комнате, отведенной мне для ночлега.

При всем моем чувстве долга, которое я и тогда еще не потерял, мне было не по себе, когда я думал о том, что не пройдет и суток, как я попаду в это чертово пекло. Притом и вне котла наше положение было немногим лучше. Перед нашим расчлененным фронтом западнее Дона стояли сильные, хорошо вооруженные и снаряженные советские армии, готовые к дальнейшим боям. В течение ряда дней они атаковали наши боевые группы и 3-ю румынскую армию. Я не мог также считать, что для советского командования осталось незамеченным развертывание под Котельниковом нашей новой армии под командованием генерал-полковника Гота. Советское командование, наверное, сосредоточило крупные силы в степях между Доном и Волгой. А наш фронт на нижнем Чире? Как долго он еще продержится? 11 — я танковая дивизия и 336-я пехотная дивизия были сильно измотаны и используют все силы для того, чтобы отбить атаки противника. От них нельзя ждать поддержки армии Гота.[56]

Но какая польза от всех этих размышлений? Ведь на другое утро должны были наконец выступить танки Гота. А вслед за ними должны последовать эшелоны с материальными средствами для 6-й армии.

Прежде чем лечь спать, я позвонил на аэродром в Морозовск. Комендант был у аппарата.

— Ну как, уже решено, в котором часу я завтра вылетаю? — спросил я.

— Первые три машины стартуют в 4 часа. На них летят двое из затребованных командиров полков. Вы отправитесь на одной из трех следующих машин, которые вылетят около 8 часов. Но обстановка может вынудить срочно изменить время вылета. Поэтому было бы целесообразно, чтобы вы прибыли к 7 часам.

Я обещал быть точным.

вернуться

55

По данным, приводимым Дерром, 6-я армия получила следующее количество грузов:

Катастрофа на Волге - i_002.png

Всего за 70 дней 6-я армия получала по воздуху в среднем 94,16 тонны грузов в день. (Г. Дерр. Поход на Сталинград, М., 1957, стр. 117.)

вернуться

56

Свидетельство Адама о составе сил противника в районе нижнего течения реки Чир проливает дополнительный свет на возможности врага по деблокированию окруженных. Длительное время в советской историографии существовало ошибочное мнение, будто гитлеровское командование сумело сосредоточить две деблокирующие группировки — в районе Котельникова (4-я танковая армия) и в районе Тормосина. В действительности же, как это особенно наглядно подтверждается Адамом, очевидцем и участником событий именно на этом участке, вторая деблокирующая группировка в районе Тормосина так и не была создана.

44
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru