Пользовательский поиск

Книга Иосип Броз Тито. Власть силы. Страница 5

Кол-во голосов: 0

В 1459 году венгерский король Стефан двинулся в Боснию с очередным крестовым походом. Ему удалось вытеснить в Герцеговину около сорока тысяч богомилов, которым в то время симпатизировал местный князь. Король Стефан отправил некоторых из захваченных еретиков в Рим, где, если верить рассказам, их «обратили на путь истинный». Тем не менее ересь процветала пышным цветом, а в 1462 году папа Пий II отправил в Боснию-Герцеговину группу ученых мужей, чтобы те попытались «мирными рассуждениями» переманить богомилов на свою сторону[21].

Но, увы, было слишком поздно. Буквально в следующем, 1463, году лидеры богомилов вступили в сговор с турками и в течение одной-единственной недели передали им ключи от двадцати городов и крепостей.

И хотя венгры еще какое-то время удерживали Яйце – город, которому спустя 460 лет суждено было стать штаб-квартирой Тито, – окружающие земли быстро вошли в состав Османской империи. Большинство богомилов приняли ислам и превратились в турецких наместников, землевладельцев или же обитателей элегантных городов – таких, как Сараево или Мостар. Богомилам представилась возможность отомстить своим бывшим преследователям – католикам.

Боснийские воины в турецкой армии, те, что покорили Венгрию, любили хвастать, что теперь копыта их лошадей топчут вражескую землю. Боснийцы-христиане стали называться «райя» (подданными)[22]. Тем не менее в 1465 году, то есть в год покорения, султан Магомет даровал францисканскому ордену «атмане», или хартию, в которой освобождал монастыри и их земли от податей, а самих монахов – от подушного налога, который тяжким бременем лежал на остальных христианах. С той поры францисканские монахи в Боснии-Герцеговине пользовались правом носить пистолет и саблю. Францисканцы взяли на себя обязанности приходских священников и даже епископов.

В начале XVI века хорватские феодалы начали постепенно разочаровываться в способности Венгрии противостоять туркам и в 1522 году обратились за помощью к австрийским Габсбургам. В тот год император Фердинанд учредил так называемую военную границу, Militar-grenze, или же Vojna-Krajine («Военную Крайну») по-сербскохорватски. Это была широкая буферная зона, нечто вроде санитарного кордона, протянувшаяся вдоль границ оккупированных турками земель от Адриатического побережья до Дуная и не уступавшая своими размерами и населением остальной Хорватии. Здесь создавалась сеть укрепленных деревень, постов, смотровых башен и укреплений. Административным центром этой провинции стал специально созданный гарнизонный город Карлштадт, ныне Карловац. Военная граница управлялась из Австрии, офицеры также были австрийцами, а вот опиралась она на армию солдат-поселенцев, так называемых «гренцеров» (grenzer) – пограничников, большинство которых были православными. Многие из них бежали из оккупированной турками Сербии. В обмен на пожизненную военную службу «гренцеры» получали земельные наделы, имели право выбирать собственных начальников, а также право исповедывать свою веру. Успех этого начинания вдохновил Россию на создание подобных приграничных поселений казаков для борьбы против турок и их татарских союзников.

Как только турецкая армия начинала угрожать ее пределам, «гражданская» Хорватия мирилась с существованием Крайны, но как только опасность отступала, снова начинало проявляться недовольство. Хорватская национальная гордость не могла смириться с тем, что Крайна была неподвластна контролю Сабора или бана. По мнению феодалов, «гренцеры», будучи свободными, сеяли смуту в умах их крепостных. Римско-католическая церковь косо посматривала на близкое соседство «схизматиков», а все остальное население видело в них бандитов.

По мере отступления турок, Крайна распространялась на юг и восток, увеличиваясь как в размерах, так и численно. В начале XVIII столетия габсбургская армия изгнала турок из Венгрии, а затем, переправившись через Дунай, углубилась в Сербию. Турки сражались отчаянно и снова захватили Белград, однако уже не угрожали переправиться на другой берег.

С тем, чтобы обезопасить границу и вновь заселить свои земли, венгерский король открыл пределы своей страны для десятков тысяч сербов, которые поселились в нынешней Воеводине. Православные сербы приветствовали австрийцев как своих избавителей от турецкого ига, а вот боснийские мусульмане сражались с непрошеными гостями – христианами и даже создали собственную пограничную зону, «Крайну», для их сдерживания.

Старая мусульманская песня Герцеговинской Крайны выражает дух этой каменистой земли, где впоследствии Тито бился не на живот, а на смерть:

Такова обагренная кровью граница
Кровь на обед, кровь на ужин.
Все жуют полными крови ртами,
И ни дня отдыха[23].

В течение XVIII века Габсбурги не раз использовали своих «гренцеров» против Франции или Пруссии. Когда Австрия вступила в союз с Англией, армия герцога Мальборо состояла главным образом из «хорватов», чья страсть к насилию и грабежам повергала публику в ужас, а также давала немало поводов к злобным нападкам на Мальборо со стороны недругов, таких, например, как Джонатан Свифт.

Идеи Французской революции достигли южных славян в первом десятилетии XIX века, когда Наполеон покорил Венецию и ее далматинские владения, независимый город-государство Рагузу, а затем в 1809 году всю Словению и большую часть Хорватии, включая Военную границу. Называя на римский манер завоеванные земли «иллирийскими провинциями» («Les Provinces Illyriennes»), французы освободили крестьян от непосильного труда и феодальных податей, поощряли развитие торговли, ремесел и промышленности, а также прокладывали дороги.

Кроме того, они отменили древний хорватский Сабор и должность бана как ненужные пережитки феодального прошлого. Вследствие своего абстрактного национального мышления и полного пренебрежения религией, историей и традициями, французы первыми разглядели потенциальное единство южных славян в целом, и сербов и хорватов в частности. Именно французы первыми заронили в их умы идею единой Югославии[24].

После падения Наполеона и реставрации Габсбургов многие сербы и хорваты с ностальгией вспоминали бывшие «иллирийские провинции». Хорваты особенно страдали из-за обострившегося внутри Империи соперничества между Будапештом и Веной, в результате чего они оказались поделенными между двумя владениями. После ухода французов австрийцы заняли Венецию и ее территории на Адриатическом побережье, однако внутренняя Хорватия и Словения оказались во власти националистической Венгрии. Хорватские писатели, такие, как Людевит Гай, протестовали против мадьяризации культурной жизни и всеми силами стремились возродить национальную литературу и искусство. Хорватское католическое духовенство также выступало против иностранного засилья в культуре, вспоминая при этом старые времена, когда папы превозносили Хорватию как Antemuralis Christianitatis, то есть оплот христианства. В 40-е годы XIX века была образована национальная партия, требовавшая объединения всех хорватских земель, а также установления контактов с «иллирийцами» в Белграде.

Подобно хорватам, сербы также пытались заново возродить или же, на худой конец, изобрести свое собственное культурное наследие. В самом начале XIX века Сербия и Греция стали первыми странами, предпринявшими попытку сбросить с себя османское иго, однако вслед за кровавыми мятежами последовали еще более кровавые репрессии. Подобно тому, как греки обращали свой взор к Фермопилам и завоеваниям Александра Великого, сербы вспоминали Косово поле. Замечательный ученый-лингвист Вук Караджич составил словарь сербскохорватского языка, основанный на самом чистом диалекте герцеговинских сербов, хорватов и мусульман. Караджич бродил по Сербии и Боснии-Герцеговине, прислушиваясь к сербским стихам и балладам и транскрибируя их, особенно те, что касались битвы на Косовом поле. Эти баллады пробудили воображение самых известных европейских поэтов, например Гете, а также некоторых ученых, увидевших в этой устной истории, исполняемой под сопровождение однострунной скрипки, наглядное пояснение к тому, как греки получили свои «Илиаду» и «Одиссею».

вернуться

21

Эванс А. Пешком по Боснии…, стр. XI.

вернуться

22

Райя – арабское слово, буквально означающее «стадо».

вернуться

23

Цит. по: Банац И. Национальный вопрос в Югославии. Итака, Нью-Йорк, 1984, стр. 58.

вернуться

24

Джилас А. Оспариваемая страна: единство Югославии и коммунистическая революция, 1919-1953. Кембридж, Массачусетс, 1991, стр. 20-21.

5
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru