Пользовательский поиск

Книга Генерал Дима. Карьера. Тюрьма. Любовь. Содержание - Как я снималась для журнала «Плейбой»

Кол-во голосов: 0

В истории этой не будет морали,
Ведь вся наша жизнь аморальна, увы!
И сколько б по тюрьмам ментов не сажали,
Известно, что рыба гниет с головы.
Когда ж для политиков зону откроют,
Что целый народ утопили в дерьме?
Они разрушают, а вовсе не строят —
Им место в Кремле или все же в тюрме?

Мы не стали заранее сообщать «деду», что привезем с собой тираж его стихов. Когда мы с Димой приехали в Нижний Тагил, из вещей у нас был огромный чемодан, набитый книгами. Когда на проходной нас спросили, что в чемодане, мы ответили: «Стихи Александра Васильевича». Надо было видеть изумление на лицах сотрудников колонии! Их потрясли два момента: во-первых, они своими глазами увидели книги человека, отбывающего наказание в данной колонии, а во-вторых, этот интеллектуальный груз привез сам Дмитрий Якубовский, который не держал в руках ничего тяжелее Уголовного кодекса…

Ну а «дед», когда увидел свои книги, испытал самый настоящий шок. Мне не хватит слов, чтобы выразить всю гамму чувств, охвативших этого человека.

«В своей одежде был педант»

Я уже писала, что для меня наряды не много значат. Будут у меня одни джинсы или сто туалетов, я все равно чувствую себя уютно. Но для Димы одежда значит очень много. Весь гардероб набит его вещами, моей одежды там, пожалуй, лишь тридцатая часть. Сколько у него костюмов, рубашек, туфель? Не знаю, я даже никогда не задавалась целью все пересчитать.

При этом он помнит каждую вещь, вплоть до мелочей: где покупал, за какую цену, при каких обстоятельствах. Одежду он меняет каждый день.

До знакомства с Димой я считала, что неплохо справляюсь с домашней работой, но муж проводил мне своеобразный ликбез. Он научил меня все делать правильно. У нас сменилась уже вторая домработница. Даже их, взрослых опытных женщин, Дима учит всяким премудростям. Он умеет делать абсолютно все.

Когда мы вернулись в Москву, встала проблема, с которой мне не приходилось сталкиваться раньше: мой гардероб. Теперь мне приходится соответствовать имиджу жены Якубовского.

…Первый рабочий день в новом офисе. Надеваю те же джинсы, в которых хожу дома, и вижу, как Дима открывает рот и произносит изумленным голосом: «У тебя больше ничего нет?»

Не подумайте, что до брака с Димой я была голая-раздетая. Просто мне пришлось оставить все вещи младшей сестре. Дима сказал, что новую жизнь надо начинать в новой одежде. Но у нас были более важные проблемы, и о туалетах я даже не заикалась. С Диминой одеждой было легче, ему мама все прислала из Канады.

За нашу совместную жизнь мы ходили за покупками всего три раза. Всегда это получалось спонтанно, быстро и как бы между делом. Я сразу предоставила Диме полный карт-бланш, сказав ему: «Все, что тебе понравится, я надену без слов».

Он позвонил знакомым девушкам посоветоваться, где лучше купить красивые вещи. Мы заехали в магазин, и Дима сразу накупил мне большое количество зимней одежды: костюмов, блузок, обуви. Все это было сделано так практично, что у меня сразу появилось несколько комплектов. Под один костюм Дима выбрал пять блузок, несколько пар туфель, сумку, зонтик и т. д. Правда, всю одежду до вечера пришлось оставить в магазине. Дело в том, что у меня несколько нестандартная фигура: талия тридцать восьмого размера, а грудь — сорок восьмого. Портнихе пришлось ушивать все платья и костюмы.

Закончился зимний сезон, и мы отправились на поиски весенне-летней одежды. Опять все происходило по знакомому сценарию: Дима выбирал, я примеряла. Его вкусу я всецело доверяю. У него определенные требования даже к белью и моей домашней одежде. Дима хочет, чтобы я носила лосины или узкие брюки в обтяжку.

Единственная область, в которой я распоряжаюсь самолично, — это косметика. Дима понимает лишь в мужском парфюме. Впрочем, был случай, когда он сам купил мне духи. Это было в самолете, мы улетали в Прагу на три дня, и так вышло, что у меня кончились духи. Дима наклонился ко мне и спросил, почему я не надушилась. И, пока я отлучилась в туалет, успел купить мне духи «Givanchy». А затем, по приезде в Москву, Дима приобрел мне целый набор этой фирмы: туалетную воду, мыло, дезодорант, гель для душа, чтобы все было в одной ароматической гамме.

Недавно у меня остановились часы, очень хорошие, известной марки Cartier, которые Дима подарил мне на тридцатилетие. Надо было просто сменить батарейки, но все руки не доходили. Я день ходила без часов, второй, третий… Наконец, Диме это надоело. Он снял со своей руки безумно дорогие часы, благо они подходили по размеру и мужчинам и женщинам, и подарил мне, а сам теперь носит «зековские», с которыми не расставался в тюрьме.

Как я снималась для журнала «Плейбой»

Еще в 1995 году, когда я страдала своей неизлечимой болезнью, Дима, отправляя меня в Израиль, успокаивая, говорил: «Ира, я обещаю тебе, что ты вылечишься и будешь ещё в „Плейбое“ сниматься» Я ему, конечно, не верила. Он так уверенно обещал мне это, что я согласно кивала: «Хорошо, хорошо».

В Израиле я вылечилась, но к разговору о съемках для популярного журнала мы больше не возвращались. Мне казалось, что Дима просто забыл об этом, а я не напоминала. К тому же после нашего возвращения из Нижнего Тагила была куча других, более важных вопросов, которые необходимо было решать.

В глубине души мне было жаль, что мечта сняться для журнала так и осталась мечтой, но, с другой стороны, меня терзали смутные сомнения. Все-таки я адвокат, и, насколько мне известно, никто из моих коллег ещё не позировал для «Плейбоя». Тем более что я была научена горьким опытом публикации в газете «СПИД-инфо». Тогда все мои друзья и родственники разделились на два лагеря. Одним понравилось, другим — нет, и последних было намного больше. Причем отторгалось все: от фотографии, на которой я была запечатлена почти в обнаженном виде, до довольно-таки откровенного текста.

Как-то раз, поздним вечером, когда мы уже собирались ложиться спать, Дима бросил мимоходом:

— Да, я совсем забыл тебе сказать: завтра мы едем в редакцию журнала «Плейбой».

У меня был тихий шок, я спросила:

— Зачем?

— Помнишь, я тебе давно обещал, что ты будешь сниматься? Я уже обо всем договорился.

До самого последнего момента я не верила, что это не розыгрыш, не первоапрельская шутка. Но когда с дрожью в коленках я вошла в редакцию и увидела Артема Троицкого, у меня началась легкая истерика. Я то смеялась, то глупо улыбалась, все ещё не веря, что давняя мечта становилась реальностью. Когда Артем на полном серьезе стал обсуждать рабочие моменты съемок, я сидела открыв рот, предоставив Диме решать все вопросы.

— Давайте подумаем, — предложил Артем, — где мы будем снимать этот сюжет. Ира — адвокат, но ни у нас, ни даже в США женщин этой профессии в таком ракурсе ещё не показывали. В спортзале — обычно, на природе — надоело. Что бы такое придумать?

— А давайте в тюрьме! — вдруг осенило Диму.

И теперь уже легкий шок испытала команда «Плейбоя». Никто не представлял, как это можно сделать.

— Очень просто, — сказал Дима. — Договоримся с администрацией тюрьмы и проведем съемки. Сюжет может быть такой: побег.

В «Плейбое» все загорелись этой идеей, но до последнего момента не верили, что это осуществимо. А Дима договорился с администрацией одной из тюрем обо всем. И съемочная бригада отправилась туда на экскурсию — выбирать «павильон». Остановились на двух камерах, одна из них была темная, но с хорошими окнами, а другая — светлая, с типично тюремными стенами.

Мы договорились со стилистом, что у меня будет имидж девушки-хулиганки, которая готовится совершить побег. Мне сделали соответствующий макияж: растрепанную прическу, яркий грим, колоссально длинные искусственные ресницы, к которым я полчаса не могла привыкнуть. Я посмотрела на свое отражение в зеркале и не узнала себя. Но Диме мой новый облик понравился.

52
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru