Пользовательский поиск

Книга Генерал Дима. Карьера. Тюрьма. Любовь. Содержание - «Гарантии закончились. Беги»

Кол-во голосов: 0

Используя церковную лексику и расцвечивая свою речь словами типа «послушание», «благословение» и «с Богом», Дима изложил свою просьбу насчет кузова. И торжественно вручил свои пластинки вместе с Библией, заметив между делом, что все это послано ему, начальнику, лично, дабы душа его, замотанная буднями, обернулась к Богу.

Тронутый сверх всякой меры и ещё более потрясенный, начальник все подписал. И торжествующий Дима направился прямо в Мостранскомплект получать вожделенный кузов. Но там его ждала неудача. Выяснилось, что на десяток имеющихся кузовов приходится 20-30 претендентов. Диме объяснили, что в Москве он ничего не получит. Надо ехать в Горький.

Дима рассказал обо всем Юрию Алексеевичу, который по-прежнему сильно сомневался в успехе мероприятия, и показал подписанный наряд на получение кузова. Тогда ему выделили машину, на которой он и отправился непосредственно на Горьковский автомобильный завод, который в то время возглавлял Пугин, впоследствии ставший министром, а теперь опять директорствующий на ГАЗе.

Ясно было, что к генеральному директору не попадешь, и Дима направился к начальнику управления сбыта. Тот был уже предупрежден сотрудниками Мостранскомплекта. Дима был все в том же наряде, с тем же церковным набором в руках, с отрешенным взглядом и смиренным пожеланием: «Да поможет вам Бог во всех ваших начинаниях».

В общем, кузов был получен, погружен и доставлен адресату. С чувством исполненного долга Дима завалился спать, устав от бессонных ночей и переживаний. И снилось ему письмо с личной подписью митрополита Ювеналия.

А утречком Якубовский явился к Юрию Алексеевичу, рассчитывая, что теперь-то его непременно примут на работу. Ведь он, как сказочный герой, исполнил самое трудное желание.

К тому моменту он знал о Ювеналии все или почти все. Вплоть до домашнего адреса и подробностей биографии. Митрополит Ювеналий проживал в трехкомнатной квартире на Юго-Западе, был уроженцем Тулы, в люди его вывел митрополит Никодим, в доме которого он квартировал, будучи студентом-семинаристом. Потом Никодим был отравлен на приеме у Папы Римского. Возможно, он спас Папу, выпив предназначенное понтифику вино. Дима считает, что Никодим был советским шпионом.

Итак, явившись в резиденцию митрополита Ювеналия, Дима ожидал назначения, но Юрий Алексеевич произнес другое: «Владыка просил подарить вам сервиз в знак благодарности». Сервиз был по тем временам неплохой, стоил 600 рублей, но разве на это рассчитывал Дима? Ни за какой сервиз в мире он не стал бы так бороться. На работу его не взяли.

Дима выбрал другого члена Священного Синода, который, на его взгляд, наиболее подходил для осуществления хозяйственных функций. Это был управляющий делами Московской патриархии митрополит Алексий, нынешний патриарх, гражданин Алексей Михайлович Ридигер. Он очень душевно принял Якубовского, побеседовал с ним любезно, но Дима не просчитал, как следует, ситуацию. В этом была его тактическая ошибка.

Якубовский сломался на женщине. Если б знать заранее…

У митрополита Алексия была секретарша, которая, по мнению Димы, никакой особой роли не играла. И Якубовский, не иначе как бес его попутал, повел себя с этой дамой непочтительно. Оказалось, секретарша все-таки играла роль, и это обстоятельство решило судьбу Димы. На службу его не взяли. Кто знает, может быть, все сложилось бы иначе и среди черных сутан Якубовский занял бы свое место…

А счастье было так возможно…

Диме был двадцать один год, и он в очередной раз искал работу. Поскольку он неуклонно стремился ввысь, останавливаться на достигнутом не хотелось. Напротив, Якубовского манили новые горизонты.

В 1984 году Дима вышел на одну достаточно известную идеологическую организацию, которая работала на зарубеж и в которой, как тогда было принято, главные люди были из Комитета государственной безопасности. Чтобы устроиться на работу в эту идеологическую контору, так прельстившую Диму, недостаточно было заполнить анкету, следовало ещё пройти собеседование.

Якубовский всегда смотрел на вещи реально. При всех своих высоких устремлениях он четко осознавал, что всему свое время. Пока он мог претендовать только на техническую работу. Поэтому на большое рандеву он и не рассчитывал.

В этой организации все решала потрясающе красивая дама, майор КГБ и старший опер из центрального аппарата Лариса Сергеевна. На вид ей было лет тридцать семь-сорок. Правда, Диме в то время такой возраст казался очень солидным.

Эта Лариса Сергеевна и проводила собеседование. Дима занял очередь и не без волнения наблюдал, как автоматически вылетали мальчики и девочки, чем-то не устроившие строгую кагэбистку.

— Вы знаете, сейчас я спешу, — она подарила Диме обольстительную улыбку, — давайте встретимся вечером и обо всем поговорим.

Дима понял это приглашение так: его будут готовить к выполнению какого-то важного задания.

— Я приглашаю вас в ресторан, — молвила Лариса Сергеевна.

При этих словах проницательный Дима, воспитанный на образе Штирлица, просек: его хотят проверить. Ведь где, как не в ресторане, поймешь, как человек относится к спиртному. Впрочем, этой проверки он мог не бояться, поскольку просто не знал вкуса спиртного и узнавать не собирался.

Встретились они в ресторане на Чистых прудах, довольно популярной в то время «стекляшке». И между ними произошел замечательный диалог.

— Много у вас было женщин?

— Ни одной! Я не женат! — выпалил Дима, умирая от ужаса. Ведь он соврал майору КГБ.

— Ну, это напрасно.

Принесли счет. Дима вытащил смятые рубли, собираясь расплатиться.

— Что вы, — мягко отстранила его руку Лариса Сергеевна, — я вас пригласила, позвольте мне заплатить. — А потом добавила, слегка понизив голос: — Я тут живу неподалеку, приходите ко мне через час, и мы продолжим.

Дима, конечно, согласился, думая про себя, что ему предстоит ещё одна проверка перед выполнением важного правительственного задания.

Жила она на другой стороне бульвара, в районе Харитоньевского переулка.

Кое-как убив время, промаявшись на углу дома, без пяти минут десять Дима уже нажимал на кнопку звонка. Дверь открылась, и глазам Якубовского предстала картина из фильма «Бриллиантовая рука». Лариса Сергеевна, с разгоряченным после душа телом и капельками воды на нежной коже, стояла в чем-то легком и соблазнительном — ну, вылитая Светлана Светличная…

— Вы заходите, я сейчас! — бросила она.

Дима, коря себя за то, что явился раньше времени и поставил хозяйку дома в неловкое положение, прошел в комнату.

Она появилась в халатике и предложила:

— Давайте выпьем.

— Я не пью! — в негодовании парировал Дима, словно его только что уличили в чем-то очень постыдном.

— А я выпью, — легко произнесла хозяйка дома.

Часа два они просидели на диване. В комнате был интимный полумрак.

— Сына я отвезла к родителям, — мимоходом сообщила Лариса Сергеевна. И вдруг повернулась к Диме лицом, усевшись по-турецки. Взгляд Якубовского невольно скользнул вниз и наткнулся на обнаженные женские прелести. Лариса Сергеевна была без трусиков.

«Какой же я дурак! — продолжал ругать себя Дима. — Зачем я так рано пришел? В спешке бедняга забыла одеться».

Рядом стоял сервировочный столик на колесиках. Лариса Сергеевна время от времени прикладывалась к бокалу вина и посасывала конфетку. Вдруг что-то соскользнуло на пол, она нагнулась, и — о, Боже! — халатик распахнулся, обнажив полную грудь. Лариса Сергеевна словно не замечала этого, но Дима ей напомнил:

— У вас тут что-то выскользнуло.

Через некоторое время Дима раскланялся. Надо ли говорить, что на работу его не взяли.

Ошибка его была в том, что он в самых смелых фантазиях не мог допустить, что майор КГБ хочет с ним переспать. Он думал, что майор КГБ ложится с кем-то в постель только тогда, когда это необходимо Родине.

Потом уже, спустя годы, Дима хотел найти Ларису Сергеевну, чтобы взять то, от чего он когда-то так глупо отказался. Пытался даже «пробить» её через Комитет госбезопасности. Но фамилии красивой женщины Ларисы Сергеевны он не знал. По-моему, он и сейчас жалеет об упущенной возможности.

8
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru