Пользовательский поиск

Книга Звездочки в траве. Содержание - 2. Незнакомка

Кол-во голосов: 0

Ну конечно, дети были непротив.

На карусели можно было сесть по-разному. Можно на пёструю лошадку, можно на дельфина, можно на орла, можно на, на, на… Пора было садиться, толпа детей вокруг тоже не зевала. Том вскочил на верблюда, Катарина – в гигантскую шляпу.

Карусель натружено заскрипела, откуда-то раздалась музыка и они закружились. Где-то внизу мелькала смеющаяся мама, с другой стороны – в своей широкополой шляпе – папа, тут – море, там – город, тут – небо, там – облака… Дети махали друг другу и кричали, но из-за скрипа и музыки ничего не было слышно.

Как начался переполох, они не заметили.

Только случайно глянув вниз, Том вдруг увидел, что люди в панике мечутся по площади. Карусель стремительно мчалась вперёд. Но, оказавшись снова над ярмарочными палатками, Том разглядел маму. Она простирала к нему руки и что-то взволнованно кричала.

И тут Том увидел чужеземных матросов с длинными саблями. Тех самых, которыми любовался на пристани. Только теперь сабли были уже вытащены из ножен и направлены в толпу. Том оглянулся назад и поискал взглядом Катарину. Она сидела в своей «шляпе», широко раскрыв глаза. Ещё раз взглянув вниз, Том ахнул: матрос с саблей схватил его маму за руку и потащил за собой.

А карусель совершала круг за кругом под неумолкаемые звуки шарманки. Ещё виток над площадью…

К матросу бросился папа. Но тот развернулся и ударил его наотмашь.

Папа лежал на земле. Толпа кричала. Матросы свирепствовали. С ярмарочной площади на пристань, а оттуда – на корабль перекочевывали мешки с добром. Несчастных, попадавшихся на пути, пираты саблями загоняли на корабль.

Наконец музыка смолкла. Карусель остановилась. Папа поднимался с земли, размазывая по щеке кровь. Повсюду слышались крики и стоны. Пираты спешно отчаливали.

– Мама! Мама-а-а! – отчаянно кричали дети, простирая руки к маленькой шхуне, качавшейся на волнах. Разыгравшийся ветер нещадно трепал волосы. "Мама! Мама!" – дразнили насмешливые чайки, пролетая над головами. Их отец стоял поодаль, в оцепенении сжимая в руках шляпу, не в силах оторвать взгляда от исчезающих на горизонте парусов. В происшедшее не хотелось верить.

Городские солдаты появились лишь тогда, когда пиратское судно в лучах заходящего солнца стало похожим на крошечный кораблик из детской книжки.

2. Незнакомка

Тропинка сворачивала влево, обходя болота. Сквозь заросли кустарника невозможно было различить, куда она дальше поведёт. Но хозяин трактира "У быстрой речки" советовал держаться именно этой тропинки.

Ну, вот и развилка наконец. Устроившись под ветвями развесистого дерева, Джангида вытащила из складок юбки зеркальце.

– Свет мой, зеркальце, скажи… – усмехнулась она, глядя на своё отражение: чёрные брови, чёрные глаза, длинные чёрные косы – неотразимая красавица! Можно было спросить на это мнение зеркальца, но Джангида не была такой самовлюблённой, как одна королева из одной сказки.

– Первая красавица или вторая… – пробормотала она. – Какая разница? Главное – стать богатой.

Легонько щёлкнув по зеркальцу пальчиком, Джангида уже внимательнее всмотрелась в него. От щелчка зеркальце на миг замутилось, а потом снова прояснилось, показав шагающего по лесной тропинке человека. Дорожная сумка, крепкая трость, широкополая шляпа, а из-под полей – мягкий взор задумчивых голубых глаз.

– Вот он, учитель Арнольд, – прошептала Джангида, впившись глазами в путника.

Учитель Арнольд (то был действительно он) возвращался из школы домой. Ровно год назад его любимую жену Марию похитили пираты. Учитель долго и неутешно горевал. Как и прежде, он жил вместе с детьми в маленьком домике на опушке леса. Когда он возвращался домой из школы, дети радовались, все втроём готовили ужин, а потом отец с сыном играли на скрипке.

Погружённый в думы, учитель так бы и прошёл мимо развесистого каштана, ничего не заметив. Но непонятные звуки, шедшие из ветвей, заставили его остановиться.

Оглянувшись и приподняв шляпу, чтобы не мешала смотреть, он с недоумением оглядел дерево.

– Ах, помогите же мне, пожалуйста, добрый путник! – послышался жалобный голос.

Наконец, он разглядел. На дереве, обхватив ветку руками, сидела женщина и умоляюще смотрела на него.

– Э-э… Зачем вы туда забрались? – удивился он.

– Ах, это было ужасно! – объяснила незнакомка. – Я шла по тропинке и вдруг услышала злобный вой. Я испугалась, что это волки, и залезла на дерево.

– А кто же это был на самом деле? – заинтересовался учитель.

– Э-э… Право, не знаю… Но не могли бы вы всё-таки снять меня отсюда?

– Да-да, конечно, – поспешил он подать руку.

Прыг! – и черноглазая красавица стояла на земле.

– Как я благодарна вам за своё спасение!

– Да что вы…

– Непременно угощу вас пирогом.

Две чёрные косы метнулись к корзинке.

– О! – не устоял учитель Арнольд. – Пироги я люблю всей душой. Моя жена… – тут он вздохнул, – готовила отличные пироги.

– А что случилось с вашей женой? – захлопали чёрные ресницы.

Не зная, как это получилось, учитель рассказал незнакомке о том злосчастном дне, который начался так радостно, а кончился так трагично.

– Пираты захватили в тот день десятки людей и увезли их за море, – закончил он, тяжело вздохнув.

Незнакомка странно посмотрела на него.

– Не знаю, сказать вам или нет… О, лучше нет! – замотала она головой.

– Почему же? Скажите! – возразил учитель.

– Нет, нет. Вам это будет тяжело узнать… – Джангида спрятала глаза подальше.

Но учитель настаивал, крайне заинтересованный.

– Ну, если вы так просите… Дело в том, что… мой брат… мой бедный брат в тот день… тоже попал в плен к пиратам. Да-да, он тоже попал в плен! Так вот… – продолжала красавица, вопросительно глядя на верхушку соседней ели. Ель также недоумённо глядела на неё. – Вечером того дня… мой брат приплыл к берегу, совсем измученный… и рассказал, что ему одному удалось спастись. Остальных же пленников постигла тяжёлая участь… Ах, какая тяжёлая участь постигла их! – закрыла Джангида лицо руками. – Отплыв далеко от берега… пираты утопили всех в море.

Чёрная пелена застлала глаза учителя. Если раньше он ещё верил… надеялся, что там, за морем – Мария… то теперь действительность смотрела на него своими страшными глазами: Марии давно уже нет. Потрясённый, он долго сидел, не двигаясь.

Черноглазая спутница с сочувствием глядела на него.

– Отведайте моего пирога – и всё забудется, – пообещала она.

– Спасибо, – выдавил из себя учитель. – У меня совсем пропал аппетит.

– Нет-нет! – испугалась Джангида. – Один-то кусочек вы должны попробовать.

Пирог оказался замечательным, но очень странного вкуса. Таких учитель ещё не едал.

– Из чего вы его сделали? – осведомился он, медленно пережёвывая кусок.

"Из мохнатых паучков и сладких жирных червячков!" – едва удержалась, чтобы не сказать, Джангида. Но вместо этого лишь загадочно улыбнулась:

– Секрет хозяйки.

Дело было сделано! Всё последующее время до заката солнца собеседники непринуждённо болтали: об окрестностях, о местных жителях, о том, о сём… Учитель Арнольд повеселел. Жизнь заиграла вокруг новыми красками. Он, например, заметил, что глаза у его собеседницы бездонно-чёрные, как летняя ночь, и иногда в них проблёскивают такие сумасшедшие искорки… Он даже в шутку спросил, не спрятано ли у неё в кармане зеркальце, которое она каждый вечер спрашивает: "Кто на свете всех милей?.." А когда Джангида ответила, что да, такое зеркальце у неё есть, они долго весело смеялись.

2
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru