Пользовательский поиск

Книга Мишель в «Хижине шерифа». Содержание - ЧЕРЕСЧУР ЗАНЯТОЙ ФОТОГРАФ!

Кол-во голосов: 0

Появление блюстителей порядка сняло тяжкий груз с души ребят. Несмотря на весь запал, они в самом скором времени оказались бы припертыми к стенке. Никогда бы они не отважились обратить отточенный трезубец против людей, какими бы те ни были ничтожными.

Почти в тот же миг со стороны равнины показалась другая машина.

– Похоже, пахнет жареным, – шепнул Мишель.

ЧЕРЕСЧУР ЗАНЯТОЙ ФОТОГРАФ!

Первой мыслью Мишеля было, что господин Сегональ отложил свой отъезд. Но из автомобиля вышла Галлин, заметно взволнованная.

При виде двух машин хулиганы попятились, бросив своих главарей.

Заметив внучку господина Фредерика, Паскалу счел своим долгом вмешаться.

– Не подходите близко! Они сумасшедшие! Гратто, убирайся отсюда! Нечего тебе здесь делать!

– А тебе? – огрызнулся тот с надменностью, за которой чувствовалась неуверенность. – По-моему, мы пока еще в свободной стране!

– Свободной? Да что ты понимаешь в свободе, ты, раб вина? Прежде чем произносить подобные речи, избавься от своей рабской душонки, научись отвечать за свои поступки! Слово «свобода» не для тебя! Твоя свобода – донимать бедолаг, которым и так несладко приходится! Ты, наверное, запамятовал, что эта церковь посвящена святой, даже двум1, которые покровительствуют Саре-Цыганке. Эти святые, да будет тебе известно, почитают цыган!

Гратто залился краской – краской гнева. Он спиной чувствовал, как заколебалось его войско.

– Я тоже почитаю святых! – крикнул он. – Они не были воровками. А ваши цыгане чихать на них хотели, иначе бы они так себя не вели!

– У тебя нет доказательств, Гратто!

– Нет доказательств?! Значит, по-вашему, я лгун, господин Колье и господин Жирба лжецы? Намедни мы ваших Жанов-Нуров застукали прямо на месте преступления. На месте преступления, ясно?

Гратто так надсаживал горло, что его голосок стал пронзительным и визгливым.

– Угомонись, Гратто. Хватит драть глотку, этим ты никого не убедишь!

– Мой дед принял решение собрать добровольцев и вечерами обходить город, – сказала Галлин.

– Естественно, вместе с цыганами? – язвительным тоном спросил Гратто.

Мишель обратил внимание на Карума Старшего – тот, казалось, ничего не слышал: на старческом лице не дрогнула ни единая черточка.

– Они стоят много больше, чем твои собутыльники! – ответил Паскалу.

– В любом случае, что вы пыжитесь, чего добиваетесь своими криками? – Галлин побледнела как полотно. – Решение о высылке цыган мэр подпишет только с согласия муниципального совета. Это решение означает конец паломничества в Сант, вам ясно, господин Гратто? Весеннего паломничества. И вы полагаете, жители Санта и торговцы вам за это скажут спасибо?

Гратто притих. Инициативу перехватил Колье.

– У вас язычок хорошо подвешен. А ваш дед мог бы иногда свой попридержать!

Мишель чувствовал, что Галлин и Паскалу выиграли эту партию. К подобным словесным баталиям он не привык, но сейчас ему хватило сообразительности понять, что противник переходит к угрозам, исчерпав запас всех прочих аргументов.

И в самом деле Колье повернулся к своим и буркнул:

– Друзья, нам здесь больше незачем оставаться! Пускай защищают своих цыган, выпускают на свободу воров! Когда-нибудь они еще пожалеют… может быть, даже раньше, чем воображают!

Жандармы остановили автомобиль, не доезжая до лагеря. Теперь они неторопливым шагом направлялись к толпе.

– Что здесь делают эти люди? – подойдя поближе, спросил бригадир.

Колье еще раз подал знак всем разойтись. Но жандармы придерживались иной точки зрения.

– Минуточку, господа… задержитесь, пожалуйста! Нам сообщили, что в этом районе драка…

– Все к тому и шло, господин бригадир! – произнесла Галлин, выступая вперед. – Если бы не отвага этих молодых людей и Паскалу… если бы не мудрость Карума Старшего, эти господа добились бы своего – устроили бы потасовку, а вину свалили бы на цыган!

– Понятно… Сейчас разберемся, – сказал бригадир. – Кто-нибудь хочет дать показания?

В группе недовольных раздался невнятный ропот.

– Потом тебя же и затаскают! – проворчал Жирба.

– Вас, мсье, «затаскают», если вы того заслужили, – парировал жандарм. – А общественный порядок надо соблюдать. Я повторяю вопрос: кто-нибудь хочет дать показания?

На этот раз аудитория осталась безмолвной.

– В таком случае, пожалуйста, разойдитесь! Вяло, словно нехотя, демонстранты потянулись к городу, то и дело оборачиваясь и бросая мрачные и грозные взоры на наездников.

– А теперь, мадемуазель, объясните, что тут все-таки произошло? – спросил бригадир.

– Я приехала в самый разгар, но эти молодые люди, господин Паскалу и, естественно, Карум уже были здесь.

Жандарм выслушал рассказ Мишеля и Паскалу.

– Вот такие дела, – вздохнула девушка. – Похоже, у этих людей нет ни капли мужества. Я просто теряюсь! У деда всю жизнь работали цыгане. И никогда не было ничего подобного!

– Признаться, частые кражи изрядно взбудоражили общественность, – заметил бригадир. – А кто эти ребята? Они тоже работают у господина Фредерика?

Галлин объяснила.

– Мой совет вам, молодые люди: будьте поосторожнее, – проговорил жандарм. – Как говорится, свои собаки дерутся – чужая не лезь. Вот оно, разумное поведение!

Сначала изумившись, а затем возмутившись, Мишель, однако, удержался от комментариев. Он в очередной раз убедился, насколько нелепыми бывают пословицы, хотя принадлежат они к так называемой «народной мудрости». Ну что общего с собаками у Жана с Нуром, очевидных козлов отпущения, или банды Гратто?

Жандармы направились к Каруму Старшему – тот так и стоял неподвижно с бесстрастным лицом, словно все случившееся было сущим пустяком. Бригадир поднес руку к козырьку.

– Ваше имя Карум, вы старший в лагере? – Да.

– Что, на ваш взгляд, здесь произошло?

– Эти люди собрались у входа, кричали, размахивали кулаками. Я дал команду своим залезть в кибитки, а сам пошел посмотреть, что им здесь нужно. Ничего хорошего. На ругань я не отвечал. Они обзывали меня и моих соплеменников ворами. В этот момент появился Паскалу со своими юными друзьями. Вот, собственно, и все.

– Гм… Если бы мы могли везде поспевать одновременно… Я могу вам только посоветовать не показываться в городе в ближайшее время.

– Но есть нам что-то надо! Тем более, по обычаю, мы сопровождаем праздничную процессию.

Бригадир едва не вспылил.

– Обычай, конечно, штука хорошая! – проворчал он. – Вот выльется ваш обычай в приличную заварушку, тогда узнаете!

Карум не шелохнулся. Бригадир огромным усилием воли взял себя в руки.

– Ладно… Разберемся… Но если вы рассчитываете на помощь властей, не надо вставлять нам палки в колеса! До свидания!

Всем по очереди отдав честь, жандарм в сопровождении подчиненного, который за все это время даже рта не раскрыл, вернулся к машине.

Ребята спешились, подошли к Галлин и старику цыгану. Выражение лица последнего утратило безмятежность. Он пристально всматривался в лица своих друзей, словно пытался прочесть их мысли.

– Жан и Нур сегодня не ночевали в лагере, – не слишком твердо произнес он. – Я думал, они с вами! Хотя они бы тоже примчались… Где же они могут быть?

– Жан не возвращался? – удивилась Галлин. – Мне казалось, полиция их отпустила.

– Верно… Мы их проводили точно до этого места! – вставил Мишель.

– Как? – изумился Даниель. – Как они могли…

– Наверное, еще куда-то отправились, – решил Артур.

– Ночью лаяли собаки, – вновь заговорил Карум. – Может быть, когда возвращались внуки? Но почему они опять ушли?

– И вы ни слова не сказали жандармам, – удивленно пробормотала Галлин.

Карум обреченно воздел руки.

– От жандармов помощи не дождешься, – вздохнул он. – Им до нас нет никакого дела – до тех пор, пока это не касается гаджо!

– Я все-таки очень беспокоюсь… после вчерашнего, – продолжала Галлин.

13
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru