Пользовательский поиск

Книга Мишель у Чертова источника. Содержание - 3

Кол-во голосов: 0

– М-м… думаю, я пойду дальше собирать ягоды. На обратном пути, может быть, загляну.

– Зайдите на минутку ко мне, я буду вас ждать! – пригласил его Дюмон.

– С удовольствием! До скорого!

Дюмон взял у Банона ножницы и проводил Мишеля до фермы.

У дома, прислоненные к стене, стояли два мопеда.

«Смотри-ка… у нас гости», – подумал мальчик.

Он отнес в пристройку косу и ножницы, потом, с сумкой в руке, вошел в дом. Его спутник уже был там.

Артур и Даниель придерживали Амалфею, лежавшую на застеленном одеялом столе. Серж уже приготовил бинты и дощечки и собирался разводить гипс в маленькой пластмассовой миске.

На все это смотрели два гостя. Один из них – высокий молодой блондин в джинсовом костюме – был голландцем, все называли его Джеф. Его родители купили дом здесь, в деревне. Серж иногда подшучивал над своей сестрой Сильвией, уверяя, что Джеф приходит к ним почти каждый день вовсе не ради домашнего сыра, а ради той, что его варит! Странный вид второго гостя поразил Мишеле.

3

Это был довольно высокий, хорошо сложенный молодой человек, очень смуглый и темноволосый. На вид ему было лет тридцать. Мишеля не так удивили его черные бархатные штаны и яблочно-зеленая рубашка, как маленькое золотое колечко в левом ухе гостя.

«Цыган», – решил про себя Мишель.

Он повесил сумку на спинку стула и подошел посмотреть, что делает Серж. Тот заканчивал вырезать лубки из дощечек, скруглял углы. Доделав шины, он развел гипс и опустил в раствор бинты. Вскоре сломанная нога была закреплена в лубке и скована гипсом, Амалфея терпела и не жаловалась. Время от времени она приподнимала хорошенькую головку, и ее золотистые глаза останавливались на хозяине.

Тот в последний раз пригладил гипсовую повязку рукой и выпрямился. На лбу у него блестели капельки пота.

– Как только схватится, – сказал Серж, – она сможет встать.

Отойдя от стола, он увидел Мишеля.

– А, вот и ты! Познакомься с моим другом Мануэлем. Он каждый год приезжает на ярмарку, которую устраивают на площади в Боме, – ты же знаешь, в воскресенье здесь будет праздник. Мануэль приехал вчера вечером и, как видишь, уже явился за молоком и сыром!

Цыган улыбнулся и протянул мальчику руку, которую тот крепко пожал.

– Но как все-таки коза умудрилась сломать ногу? – спросил Мануэль. – По-моему, это довольно редко случается. Говорят, у них ноги крепкие.

Серж недоумевающе развел руками. Дюмон вытащил трубку изо рта и проговорил:

– Мануэль прав, это действительно так! Ноги у них крепкие. Но если уж нога застряла между досками ограждения или, например, запуталась в ветках куста, коза начинает дергать ее, тянуть, и – хрусть! – кость ломается!

Серж вернулся к столу, потрогал остывающий гипс, который уже начал схватываться.

– Еще минут десять! – Он остановился, заметлив сумку. – А это что за штука?

– Дора вытащила ее из кустов недалеко от того места, где мы нашли Амалфею. Видел бы ты свою собаку в эту минуту – настоящая фурия! Она готова была в клочья разорвать эту сумку!

Дюмон подошел поближе, взял сумку в руки и долго молча рассматривал.

– Лямки кто-то сам приделал, – сказал он наконец. – Изначально их здесь не было.

Вмешался цыган:

– Наверное, это не имеет никакого отношения к делу, но я видел похожую вещь на севере, у одного старого контрабандиста. Он сделал мешок вроде этого, чтобы прикреплять на спину своей собаке, и та переходила с табаком на спине границу между Бельгией и Францией.

Эти сведения всех порядком удивили. Джеф, в свою очередь, тоже осмотрел сумку, потом взглянул на Дюмона.

– У вас это нет? – спросил он на своем довольно своеобразном французском.

Учитель покачал головой.

– Таких у меня нет, Джеф! У меня в самом деле было несколько мешков из-под сельскохозяйственной взрывчатки, сохранившихся от тех времен, когда я устраивал свой фруктовый сад. Но на этих мешках нет лямок!

– Это правда… не лямки, – согласился молодой голландец, который брал у Дюмона уроки французского языка.

Он открыл сумку и перевернул ее. На стол высыпалось немного тусклого, спекшегося песка.

– Чем дальше, тем любопытнее! – прокомментировал Серж. – В наших местах нет контрабандистов. А носить в мешке песок… Убей, не пойму, зачем это может понадобиться!

Мишель, когда прошло первое удивление, стал размышлять над словами цыгана, над тем, что он рассказал о собаке контрабандиста. Мальчик прикинул, как соотносится длина лямок с обхватом козьей груди…

– А если эта сумка была сделана, чтобы подвешивать ее козе на живот или прикреплять на спину? – неожиданно предположил он вслух. – Вы заметили – к ткани прилипло несколько белых шерстинок…

Схватив сумку, Серж приложил лямки к козьему боку.

– Подходят! Только ума не приложу, что бы такое могла переносить на себе коза?…

Дюмон улыбнулся.

– Думаю, вы напрасно теряете время, – сказал он. – Скорее всего, эта сумка не один месяц провалялась в траве. Сами знаете, такая ткань сохраняется долго. По-моему, это поделка какого-нибудь молодого пастуха, ничего больше!

Мишель счел нужным перевести этот разговор на английский для Джефа. Тот проявил к словам Мишеля вежливый интерес, не более того.

Шум мотора оповестил их о появлении Сильвии, сестры Сержа. Это была высокая девушка лет восемнадцати, одетая в джинсы и клетчатую бело-зеленую рубашку. Очень хорошенькая, изящная и имеете с тем спортивная. Сжимая в руках пакеты с продуктами, Сильвия остановилась на пороге, с удивлением глядя на сцену, которую застала в комнате.

– Что здесь происходит? – спросила она.

Серж рассказал ей о несчастном случае с Амалфеей и о находке. Девушка, казалось, была совершенно ошеломлена, она чуть не выронила из рук покупки. Немного придя в себя, Сильвия отправилась в кухню, чтобы побыстрее избавиться от своего груза.

– Так, – сказал Серж. – Гипс уже схватился, теперь давайте отпустим Амалфею!

Он поднял козу на руки и осторожно опустил на пол. Амалфея постояла немного, слегка пошатываясь, потом, прихрамывая, побрела во двор.

Все последовали за ней. Сильвия направилась к машине – грузовичку, который в далекой молодости был серым, но теперь пятен ржавчины на нем было куда больше, чем краски.

Дюмон вызвался ей помочь и, нагрузившись пакетами, вернулся в дом. Джеф, улыбаясь во весь рот, тоже схватил ящик, полный бутылок, и потащил его в кухню.

Девушка еще раз пропутешествовала в дом и обратно. Она вернулась с пустой хозяйственной сумкой, куда сложила оставшиеся в кузове покупки, потом закрыла борт. Этой сумкой завладел Мануэль – он подхватил ее и тоже отправился в кухню.

Амалфея тем временем жадно пила воду из каменной чаши родника.

– После несчастного случая ее мучает жажда, – произнес Дюмон. – Сильвия, у тебя найдется для меня пара головок сыра?

– Я… тоже, – попросил Джеф.

– И мне! – присоединился к ним Мануэль.

Вслед за Сержем все вернулись в комнату. Сильвия спустилась в подвал, где были сыроварня и холодный погреб.

Она вернулась с несколькими головками сыра, завернутыми в фольгу.

Джеф ушел вместе с Дюмоном. Молодой голландец вел свой мопед; в одну из висевших на нем дорожных сумок он уложил козий сыр.

– Может, поедим? – предложил Серж. – Я давно уже проголодался!

– Думаешь, ты один такой? – ухмыльнулся Артур.

– Мануэль, перекусишь с нами? – спросил Серж. Цыган, улыбаясь, покачал головой.

– Сам знаешь, мир принадлежит тем, кто рано встает, в том числе и мне. Я уже два часа как позавтракал, Я тоже ухожу. Но я еще вернусь!

– Когда захочешь! Мой дом – твой дом.

– Знаю, гаджо[4], знаю. То же самое могу сказать тебе!

Помахав всем рукой, Мануэль вышел.

– Лучший парень, какого я только знаю, – сказал Серж. – Он не разбрасывается своей дружбой, но если уж дружит, так крепко. И не меньше моего знает про коз, хотя даже в школу не ходил.

вернуться

4

Так цыгане называют всех, кто не принадлежит к их племени.

4
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru