Пользовательский поиск

Книга Зеркальное отражение. Содержание - Глава 10

Кол-во голосов: 0

Кое-кто из присутствующих неуютно заерзал. Гровлев сидел, словно каменное изваяние.

– Ублюдок!.. – наконец прорычал он.

– Да, – согласился Догин. – Именно так. Я ублюдок, который доведет дело до конца. – Взглянув на часы, министр внутренних дел подошел к Гровлеву и, прищурившись, посмотрел ему в лицо: – Сейчас мне пора идти, товарищ министр. У меня назначена встреча с новым президентом. Надо будет поздравить его с победой на выборах, затем он подпишет кое-какие бумаги. Но уже через двенадцать часов вы сможете убедиться сами, что руководит моими действиями – тщеславие или, – он повернулся к красному флагу на экране компьютера, – или вот это.

Кивнув притихшим собравшимся, министр Догин вышел из кабинета. В сопровождении помощника он поспешил к машине, которая отвезет его к Жанину, а затем обратно. И, оказавшись у себя в кабинете один, он закроет дверь и сделает один телефонный звонок. Этот звонок приведет в действие силы, которые изменят мир.

Глава 2

Суббота, 10.30, Москва

Ворвавшись в свой номер в только что отреставрированной гостинице "Россия", Кейт Филдс-Хаттон швырнул ключ на тумбочку и поспешил в туалет. По дороге он, нагнувшись, подобрал два скрученных листка бумаги, выпавших из факса.

Именно эту часть своей работы Кейт ненавидел больше всего. Не опасность, временами значительную; не долгие часы, проведенные в аэропорту в ожидании рейса "Аэрофлота", который так и не вылетел; и не долгие недели разлуки с Пегги, самое мучительное во всем этом.

Но больше всего Кейт ненавидел все эти бесчисленные чашки чая, которые ему приходилось выпивать.

Приезжая в Москву раз в месяц, Филдс-Хаттон неизменно останавливался в "России", расположенной у самых стен Кремля. Каждое утро он подолгу завтракал в изящном ресторане гостиницы. Это давало ему время прочитывать газеты от первой полосы до последней. Но, что гораздо важнее, постоянно пустеющая чашка давала официанту Андрею повод подходить к столу и наполнять ее снова, принося три, четыре, а иногда пять свежих пакетиков заварки. К каждому пакетику на ниточке был прикреплен картонный ярлычок со словами "Майский чай". А внутрь ярлычка была спрятана кассета с микропленкой, которую Филдс-Хаттон убирал в карман, когда никто на него не смотрел. Как правило, с него не спускал глаз метрдотель, поэтому Филдс-Хаттону приходилось убирать микропленку в тот момент, когда метрдотель отвлекался, встречая новых посетителей.

На Андрея вышла Пегги. Его фамилия значилась в списке бывших солдат, и Пегги уже гораздо позднее узнала, что он сначала собирался зарабатывать деньги на нефтяном месторождении в Западной Сибири. Но дала знать старая рана, полученная в Афганистане. После операции на спине Андрею врачи запретили поднимать тяжести. А когда к власти пришел Горбачев, ему стало трудно сводить концы с концами. Андрей оказался идеальным связным; в его задачу входило передавать информацию от глубоко законспирированных агентов, которых он в глаза не видел и чьих имен не знал, Филдс-Хаттону. В случае разоблачения Андрея рисковал один только Филдс-Хаттон... а это уже было в пределах допустимого.

Несмотря на общее заблуждение, распространенное среди непосвященных, КГБ не развалился с падением коммунизма. Напротив, преобразованный в Федеральную службу безопасности, он стал вездесущим как никогда. Ведомство просто превратилось из армии профессионалов в еще более многочисленное полчище гражданских вольных стрелков. Этим людям платили за каждую крупицу достоверной информации. Как следствие, ветераны и любители дружно искали шпионов повсюду. Пегги назвала это российским вариантом "Вечернего развлечения"[2], с внештатными сотрудниками повсюду. И она была права. Вместо знаменитостей охота велась на иностранцев, однако цель была той же самой: сообщать обо всех скрытых или подозрительных действиях. А поскольку многие деловые люди наивно полагали, что угрозы больше нет, они попадали в беду, помогая своим российским партнерам обменивать рубли на доллары или немецкие марки, привозя ювелирные украшения или дорогую одежду для продажи на «черном рынке» или шпионя за конкурирующими иностранными компаниями, ведущими дело в России. А вместо уголовного преследования – иностранные безделушки, а также видеокассеты и игрушки. Филдс-Хаттон не уставал поражаться, как дешевым подарком, вроде кружки с героем комикса, махрового полотенца со звездно-полосатым флагом или футболки с логотипом известной хоккейной команды, можно завоевать расположение сотрудников авиакомпаний, гостиничных служащих и даже милиционеров. И неважно, продавали ли они эти вещи на «черном рынке» или отдавали своим детям, – бартер в России представлял собой великую силу.

Среди обилия журналов и игрушек в своем багаже Филдс-Хаттон без труда прятал микропленки – иногда вложив их в корочку книжки с комиксами, в другой раз засунув в полый коготь игрушечного человека-тигра. Как это ни смешно, распространение комиксов зажило своей собственной жизнью, и британская разведка Д-16 получала с этого неплохие доходы. Правда, ее устав запрещал всякую предпринимательскую деятельность. "В конце концов, это ведь правительственное ведомство", – ответил однажды Уинстон Черчилль одному агенту, предложившему продавать криптографическую игру, в которой нужно было бы вскрывать учебные шифры. Однако затем премьер-министр Джон Мейджор, заручившись поддержкой парламента, разрешил направлять прибыль от продажи комиксов на социальные программы помощи родственникам сотрудников британских спецслужб, погибших или искалеченных при исполнении своих обязанностей.

Хотя Филдс-Хаттону настолько полюбился книжный бизнес, что он даже решил, выйдя в отставку, стать писателем, – реального материала у него было более чем достаточно, – на самом деле его работа в британской разведке заключалась в том, чтобы наблюдать за строительством новых объектов в европейской части России, осуществляемым как местными, так и иностранными компаниями. Тайные комнаты, глубоко запрятанные подслушивающие "жучки", многоуровневые подвалы никуда не делись – и когда удавалось их обнаружить и, что еще лучше, установить за ними наблюдение, это оказывалось настоящим кладом развединформации. Нынешние агенты Филдс-Хаттона, Андрей и Лев, художник-иллюстратор из Санкт-Петербурга, обеспечивали его чертежами и сделанными на месте фотографиями всех новых зданий, которые возводились в двух российских столицах, а также всех старых зданий, в которых осуществлялась капитальная реконструкция.

Выйдя из туалета, Филдс-Хаттон присел на край кровати и, достав из кармана ярлычки от пакетиков чая, поочередно их вскрыл. Осторожно достав из каждого ярлычка крошечный рулон микропленки, он вставил их в мощный диапроектор – который, как он объяснил на таможне, ему нужен для просмотра слайдов с изображениями обложек. ("Да, сэр, таких бейсболок у меня действительно больше, чем мне нужно. Разумеется, можете взять одну для своего сына. А почему бы вам также не взять еще парочку для его друзей?")

Увиденное на микропленке имело какое-то отношение к небольшой заметке, которую Филдс-Хаттон прочитал в сегодняшней газете. На одном снимке были изображены рулоны брезента, которые загружались в служебный лифт Эрмитажа. На других снимках, сделанных в последующие дни, были видны большие ящики с произведениями искусства.

Вообще-то ничего подозрительного в этом вроде бы не было. В музее шли широкомасштабные ремонтные работы в преддверии приближающегося трехсотлетия Санкт-Петербурга, которое должно было отмечаться в 2003 году. Больше того, музей находился на самом берегу Невы. Вполне возможно, брезентом собирались закрыть стены, защищая экспонаты от сырости.

Однако Лев переслал Филдс-Хаттону по факсу два листка с рисунками. Если верить капитану Ледженду, герою первого комикса, побывавшему на планете Гермес, он, то есть Лев, посетил Эрмитаж через неделю после того, как были сделаны снимки. По его словам, ни на одном из трех этажей ни одного из трех зданий строительные работы с использованием брезента не проводились. Что же касается ящиков, то хотя Эрмитаж постоянно получал от других собраний экспонаты для временных экспозиций, ни одна подобная выставка в последнее время в нем не проводилась, не было также и сообщений о появлении новых экспонатов. Больше того, поскольку несколько залов были закрыты на реконструкцию, свободные площади в музее отсутствовали. Филдс-Хаттон решил: надо будет попросить Д-16 проверить, не присылали ли в последнее время в Эрмитаж другие музеи или частные коллекционеры свои экспонаты, хотя результат, скорее всего, будет отрицательный.

вернуться

2

"Вечернее развлечение" – ежедневная информационно-развлекательная телевизионная программа, входит в десятку самых популярных передач американского телевидения.

4
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru