Пользовательский поиск

Книга Возвращение седьмого авианосца. Содержание - 11

Кол-во голосов: 0

11

На следующий день листы были приварены, док затоплен, «Йонага» снялся с якоря и двинулся к югу от острова Форда, хотя из чрева корабля еще; доносились звуки молотков и пневматического инструмента — подчиненные капитана третьего ранга Фукиоки выправляли поврежденные переборки и ставили на место силовые балки. Герметичность третьего машинного отделения была восстановлена.

— Мы снова можем идти самым полным, — пробормотал Фудзита с мостика, откуда он смотрел, как восстанавливается целостность корабля. В этот момент первый из семи элегантных «Флетчеров» обогнул мыс Хоспитал и направился к военно-морской верфи к югу от места стоянки «Йонаги».

— Сигнальному мостику, — обратился Фудзита к телефонисту, — дать флажный сигнал: капитанам кораблей сопровождения — на флагман с докладом. — И покинул мостик.

Флагманская рубка была настолько заполнена людьми, что Брент Росс и Йоси Мацухара вынуждены были стоять. На другом конце стола, напротив адмирала Фудзиты, сидел кэптен Джон Файт, крупный, похожий на медведя мужчина с сильно поседевшими волосами над темными бровями, под которыми скрывались близко посаженные голубые глаза, светившиеся мягким юмором, но вместе с ним скрывавшие жесткость, если в таковой возникала необходимость. Бренту нравился этот человек. Он проявил огромное мужество в бою с «Бруклином» и даже вошел в Трипольскую бухту, что было связано со значительным риском, в бесплодной попытке спасти заложников. Брент узнал Райта, Люси и Козлова. Но присутствовали не все: отсутствовали Огрен и Уорнер, погибшие страшной смертью вместе со своими командами, атакуя «Бруклин» смелым торпедным ударом. Не было и Джексона, разорванного на куски, когда бортовой залп вражеского корабля попал в погреб с боеприпасами.

Совещание открыл Фудзита.

— Кэптен Файт, представьте ваших новых подчиненных.

Поднявшись, командир эскорта заговорил низким звучным голосом:

— Я сам подбирал их, — гордо сообщил он. — Все они выпускники Аннаполиса и опытные командиры эсминцев. — Потом Файт представил их. Хабер, Уайт, Маршалл, Фортино, Томпсон, Филбин, Джиллилэнд. Названные вставали, а их командир кратко рассказывал биографию. В них было много общего: у каждого по три нашивки, воевали в трех войнах и имели личные причины бороться с арабами. Одним из них было унизительно видеть Америку снисходительно относящейся к надменно усмехающимся диктаторам, другие ненавидели Каддафи и террористов. Жена Джиллилэнда погибла, когда арабы захватили DC—10 авиатранспортной компании «Трансуорлд эрлайнз». Все капитаны, судя по лицам, разменяли пятый десяток. Но, несмотря на возраст, их глаза и волевые подбородки выказывали силу и решимость. Настоящие бойцы, подумал Брент. Как Огрен и Уорнер.

— Вы загрузились топливом и провизией, кэптен Файт? — спросил Фудзита.

— Да, сэр.

— Вооружение?

— Каждое судно имеет пять пятидюймовых орудий главного калибра, кроме того, у нас есть скорострельные пушки вспомогательных — двадцати— и сорокамиллиметрового — калибров.

— Торпеды?

— «Марк-14».

Фудзита побарабанил пальцами по столу и обратился к адмиралу Аллену:

— Как насчет наших «Марк-48»?

Капитаны эсминцев начали возбужденно переговариваться.

— Мне сообщили, что они ждут нас в Йокосуке, сэр, — ответил Марк Аллен.

— Отлично! Теперь у нас будут настоящие торпеды, — заметил Файт.

— Вы знаете, что нас подбили русскими «пятьсот тридцать третьими» торпедами, — напомнил Фудзита, обращаясь к Файту.

— Да, сэр.

— С лодки класса «Виски».

— Да, нам известно и это, сэр. Неплохая торпеда, и даже арабы могут осуществлять радиоуправление ею.

— Мы можем противодействовать им новым походным ордером. — Согнувшись над столом, адмирал обрисовал строй эскорта, разделенный на дальнее и ближнее охранение. Дальнее охранение, контролирующее зону в пятнадцати километрах от авианосца, возглавит лидер эскорта, за ним в пяти километрах пойдут по три эсминца с левого и правого борта, соблюдая дистанцию три километра между собой, таким образом будут защищены не только нос и борта «Йонаги», но и корма. Остальные пять «Флетчеров» пойдут обычным строем: один впереди «Йонаги» и за кормой Файта, а остальные четыре — парами на расстоянии пятисот метров от бортов авианосца. — И, — закончил Фудзита, — старший помощник раздаст вам схемы данного ордера. — Капитан второго ранга Кавамото, пошатываясь, встал и вручил каждому пробитые дыроколом листы.

По-прежнему глядя на кэптена Файта, Фудзита продолжал:

— Пронумеруйте корабли от первого до двенадцатого и нанесите номера на носу. Вы остаетесь первым, кэптен. — Файт кивнул. — Разделите вашу группу на дивизионы: первый, второй, третий, четвертый.

— Для торпедных атак, сэр?

— Да. И для гибкости управления. Назначьте командиров дивизионов и сообщите мне в шесть ноль-ноль.

— Слушаюсь, сэр.

— В случае гидроакустического контакта открывайте огонь орудиями главного калибра и дайте сигнал одной красной ракетой. — Двенадцать голов кивнули одновременно. — Будем находиться в жестком режиме радиомолчания, пока враг не окажется в зоне видимости. Тогда связь «рубка-рубке» и частота FM—10. Вся связь сигнальным прожектором или флажными сигналами. — И снова согласные кивки. Глаза адмирала пробежали по ждущим лицам. — Ваши экипажи… вы удовлетворены ими?

— Отличная команда, — высказал свое мнение Маршалл. — Американцы и японцы.

— Я никогда не видел такого горячего патриотизма и решимости, сэр, — добавил Джиллилэнд.

Редко появляющаяся улыбка привела в движение морщинки в уголках глаз и рта Фудзиты и образовала из них новый узор.

— Хорошо, хорошо! Стоящие перед нами задачи требуют действительно храбрых людей. — Его глаза вернулись к Файту. — Выходим завтра утром в десять ноль-ноль. Старший помощник вручит вам пакеты с расшифровкой кодов, флажных сигналов, которые являются стандартными международными сигналами и сообщит частоту для связи с истребителями и воздушными патрулями, их позывные и маршруты поиска. — Глаза адмирала еще раз прошлись по новым лицам. — Вопросы?

— Расчетное время прибытия, сэр? — спросил Уайт.

— Иногда лучше, если некоторые вещи остаются только в одной голове. — Грохнул смех. Уайт, улыбаясь, кивнул. Фудзита глянул на Брента и показал на дверь. Брент повернул ручку, вошли два матроса с подносами, бутылками и чашечками. Скоро каждый офицер держал белую чашечку, наполненную сакэ. Старик адмирал медленно встал. За ним, громыхая стульями, поднялись и остальные офицеры, высоко, на уровне груди, держа наполненные чашки.

Фудзита улыбнулся Джону Файту.

— Вы помните тост, который мы произносили перед тем, как вырвать тигру зубы в его собственных джунглях, кэптен?

— Разумеется, сэр, — ответил, улыбаясь в ответ, Файт. — За удачную охоту!

Крики «За охоту!» и «Банзай!» смешались в едином ответном реве.

Чашечки опустели и были наполнены снова.

— И по японской традиции, — сказал Фудзита, ставя чашечку на стол. Японцы повторили его движение и дважды хлопнули в ладоши. Повернувшись к алтарю из адамова дерева, Фудзита почтительно и быстро, словно читающий нараспев молитву священник, заговорил:

— О, Идзанаги и Идзанами, чья любовь дала рождение нашим островам, земле, морю, горам, лесам, самой природе — богу огня, богу Луны, богине Солнца Аматэрасу, которая взошла на трон богов Святых Небес, присоединитесь к нам и своему наследнику императору Хирохито, покажите нам путь к уничтожению врага и изгнанию теней страха с лица нашего народа.

Чашечки опустошались в молчании.

34
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru