Пользовательский поиск

Книга Считать виновной. Содержание - Глава 14

Кол-во голосов: 0

Мисс Сент-Джон сунула письмо в конверт и, заперев торопливо дверь, поспешила домой.

Руки дрожали от волнения, но она все же набрала сначала один номер, а потом другой. Первый звонок был Лорну Тиббетсу.

Второй – Миранде Вуд.

Глава 14

Поднимаясь по ступенькам, Миранда едва держалась на ногах от усталости. Хорошо еще, что от полицейского участка до дома Энни было рукой подать. Впрочем, вымоталась она не столько даже физически, сколько эмоционально. Сидя в одиночестве на лавочке, не зная, что происходит в кабинете Лорна и о чем договариваются полицейские и адвокат, она пришла к неутешительному выводу: никаких серьезных обвинений Ноа Деболту предъявлено не будет. В крайнем случае отделается штрафом за нарушение границ частной собственности. Она, Миранда Вуд, слишком удобный подозреваемый, чтобы дать ей, как говорится, сорваться с крючка. И даже Чейз не поможет; оставив ее в приемной, присоединившись к Ноа и Эвелине, он сделал выбор не в ее пользу.

Говорят, кризис сплачивает семью. Арест патриарха, Ноа Деболта, – разве это не кризис? Разумеется, семья бросит все силы на его спасение.

Ей никогда не стать частью этой семьи.

Энни еще не вернулась. Дом притих, словно укрывшись завесой молчания, и когда на тумбочке зазвонил вдруг телефон, она даже вздрогнула от неожиданности.

– Миранда? – произнес взволнованный голос.

– Мисс Сент-Джон? Что-то случилось?

– Ты одна дома?

– Ну, в данный момент…

– Запри дверь. Прямо сейчас. Немедленно.

– Но у меня все хорошо. Полиция арестовала Ноа Деболта и…

– Слушай меня! Я нашла еще одно письмо. В Роуз-Хилл. Оно-то ей и нужно. За этим она и приходила. Понимаешь? Чтобы вернуть письма!

– Чьи письма?

– Ее. М.

– Но Ноа Деболт…

– Деболт тут ни при чем! Это преступление страсти! Классический мотив. Я сейчас прочитаю тебе письмо…

К тому моменту, когда мисс Сент-Джон закончила, пальцы у Миранды как будто срослись с телефонной трубкой.

– Я уже позвонила в полицию, – продолжала мисс Сент-Джон. – Они послали человека к Джил Виккери. Тебе же нужно запереть дверь и ждать. Такое письмо могла написать только больная женщина. Если она придет, ни в коем случае ее не впускай.

Миранда положила трубку.

И тут же остро ощутила одиночество. Более всего недоставало голоса. Обычного человеческого голоса, пусть даже из телефонной трубки. Энни, где же ты? Пожалуйста, возвращайся домой.

Может быть, позвонить кому-нибудь? Но кому? Пока она перебирала в уме знакомых, взгляд упал на горку почты, выросшую за последние несколько дней и теперь угрожавшую рассыпаться от неосторожного движения. С полдюжины счетов, два или три рекламных проспекта, пара журналов, какие-то брошюрки. Был среди них и информационный бюллетень ассоциации выпускников университета Тафтса, где училась когда-то Энни. Бюллетень лежал на краю стола, четыре сколотые странички с информацией о выпускниках 1969 года. Ничего интересного для Миранды он в себе не содержал. Кроме одной детали.

Бюллетень был адресован Маргарет Энн Беренджер.

Ты единственная М., кого я знаю, – сказала Энни.

И все это время она знала, что есть и другая.

Но это еще не значит, что Энни и есть та самая М.

Ошеломленная, Миранда не могла отвести глаз от наклейки с почтовым адресом. Маргарет Энн Беренджер. Но где доказательство? Где звено между Энни и теми письмами от М.?

Внезапно ее осенило. Пишущая машинка.

Механическая модель. Джил говорила, что у нее плохо пропечатывается буква «е». Машинка большая, спрятать ее трудно.

Миранда быстро проверила шкафы, заглянула в кладовку. Ничего. Может быть, в гараже?

Нет, она сама была в гараже. Помещение небольшое, там и для автомобиля места едва хватает.

Тем не менее Миранда проверила. Как и следовало ожидать, никакой машинки в гараже не оказалось.

Она вернулась в дом, пытаясь собрать разбегавшиеся мысли. Джил, скорее всего, уже арестована. Энни вот-вот узнает об этом и поймет, что полиция разыскивает настоящую М. Что она сделает в первую очередь? Конечно, постарается избавиться от главной улики, изобличающей ее печатной машинки. Если, разумеется, не сделала этого раньше. С убийством Ричарда Энни связывает только эта улика.

И она же может доказать мою невиновность. Я должна найти машинку, пока Энни ее не уничтожила. Найти и доставить в полицию.

Из всех возможных мест осталось только одно.

Миранда выбежала из дому и села в машину.

Через несколько минут она уже припарковалась у редакции «Геральд». Здание встретило ее темными окнами. Работа над последним выпуском закончена, номер отправлен в печать, и все разошлись по домам. Так что никто не помешает.

Дверь она открыла собственным ключом – к счастью, увольняясь, так его и не сдала. На этом настоял Ричард; он был абсолютно уверен, что рано или поздно уговорит ее вернуться.

Вот она и вернулась.

Осторожно маневрируя в темноте между столами, Миранда прошла к рабочему месту Энни. Включила лампу. Верхний ящик был не заперт. Среди ручек, скрепок и прочей мелочи обнаружилось несколько ключей. Какой же из них подходит к шкафчику Энни? Прихватив все, она выскользнула в коридор, спустилась по лестнице, вошла в женскую раздевалку и щелкнула выключателем.

Пестрый диван, розовато-лиловые обои, старомодные репродукции на стенах – декоративные изыски Джил не смогли скрыть тот факт, что комната больше походила на угрюмую, без единого окна тюремную камеру. Одну стену полностью занимали узкие шкафчики, всего шесть штук. Зимой женщины оставляли здесь пальто и сапоги. Шкафчик Энни отличался от других круглым стикером с надписью:

У Меня ПМС. А У Тебя Что За Причина?

Миранда вставила первый ключ. Не подошел.

Второй и третий также не поворачивались. Замок открылся только с четвертой попытки.

Миранда заглянула внутрь. Прошлась взглядом по полкам. На верхней – рукавички, старые кроссовки, вязаный шерстяной шарф.

На нижней – свитер. Под ним развернутое полотенце, прикрывающее некий массивный и с виду тяжелый предмет. Она сняла полотенце…

Так и есть, пишущая машинка. Старенькая, сине-зеленая «Оливетти» с крупным шрифтом «цицеро».

Миранда достала из кармана предусмотрительно приготовленный листок, вставила в каретку и дрожащими пальцами напечатала имя: Маргарет Энн Беренджер. Буква «е» получилась смазанной.

Груз, вот уже неделю камнем лежавший на сердце, свалился, и ее окатила волна облегчения. Даже голова закружилась. Миранда захлопнула дверцу, обернула полотенцем машинку и…

Ее щеки коснулось легкое дыхание ветерка. Только оно и подсказало Миранде, что кто-то открыл и тут же закрыл дверь у нее за спиной.

Она обернулась.

– Энни? – выдохнула Миранда.

Возникшая в дверном проеме фигура сделала шаг вперед. Да, это была она – знакомая копна растрепанных ветром волос, застывшее лицо без малейшего признака каких-либо эмоций.

Взгляд Энни остановился на машинке в руках Миранды.

– Я думала, ты с Ирвингом.

Энни подняла голову, и Миранда увидела в ее глазах печаль и боль, изливавшиеся, казалось, из самой души. Почему я не замечала этого раньше?

– Нет никакого Ирвинга, – бесстрастно сказала Энни.

Миранда тряхнула головой.

– Как это нет?

– Его и не было. Я сама придумала Ирвинга. Как и наши свидания, встречи на лодке. Вечерами я езжу к бухте. Паркуюсь там и сижу. Иногда часами. – Энни глубоко вздохнула. – Не хочу ни жалости, ни сочувствия – вот, мол, старая дева…

– Я никогда не…

– Не надо, Миранда. Я же знаю, что вы все обо мне думали. Да еще и Ричард. Я не хотела, чтобы он узнал… – Голос ее дрогнул. Она вытерла ладонью глаза.

Миранда опустила машинку на скамейку.

– Что узнал? – мягко спросила она. – Какую боль тебе причинил? Как одинока ты на самом деле?

Энни отвернулась, сдерживая слезы. Плечи ее дрогнули.

47
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru