Пользовательский поиск

Книга Ни пенсом больше, ни пенсом меньше. Содержание - 15

Кол-во голосов: 0

— До финиша три фурлонга. Все участники прибавляют скорость. Минноу занимает крайнюю дорожку со стороны ограды. Бой и Дэнкаро отстают на корпус. За ними Розали, Лестер Пиггот на Краун Принсесс и кобыла королевы — Хайклиер. Они вырываются вперёд…

— Два фурлонга — Хайклиер и Розали догоняют Боя. Краун Принсесс безнадёжно отстаёт…

— Остался один фурлонг…

— Джо Мерсер на Хайклиер вырывается вперёд, чуть-чуть отстаёт Пэт Эддери на Розали. Двести метров. Они идут голова к голове. Сто метров. Кто же? Кто? Это покажет только фотофиниш — фиолетово-алый с золотом, цвета её величества королевы, или черно-зелёная клетка американского миллионера Харви Меткафа? На третьем месте — месье Муссак на Дэнкаро.

В ожидании результата Харви, как парализованный, застыл на месте. Даже у Стивена шевельнулось сострадание к нему. Никто из гостей Харви не проронил ни слова, опасаясь, что скажет что-нибудь не то, что надо.

— Результат заезда на Приз короля Георга Шестого и королевы Елизаветы… — прогромыхал громкоговоритель, и над ипподромом воцарилась тишина. — Победителем стал номер пять — Розали.

Остальные результаты потонули в ликовании толпы и триумфальном рёве Харви. Забыв о своих гостях, он подбежал к ближайшему лифту, сунул лифтёрше в руку фунтовую бумажку и заорал: «Гони его вниз!»

Только половине гостей удалось вскочить с ним в лифт. Стивен оказался среди них. Как только лифт остановился и его двери открылись, Харви выскочил, как чистокровный жеребец, промчался мимо шампанского бара прямо в помещение победителей и бросился на шею Розали, чуть не свалив с неё жокея. Через несколько минут он с триумфом вывел кобылу к маленькому белому столбику с надписью «Первое место». Харви окружила толпа — все поздравляли его.

Секретарь ипподрома капитан Бомон стоял возле Харви, объясняя ему процедуру, которая последует после того, как его представят королеве. Лорд Эбергэвенни, королевский представитель на Аскоте, провёл её величество в помещение победителей.

— Победительница заезда на Приз короля Георга Шестого и королевы Елизаветы Розали мистера Харви Меткафа.

Харви чувствовал себя так, будто попал в сказочный мир. Когда он подходил к королеве, засверкали вспышки и кинокамеры поползли за ним. Харви поклонился и получил приз. Королева, ослепительная в бирюзовом шёлковом костюме и в таком же тюрбане, неподражаемом творении Нормана Хартнелла, сказала несколько слов, но впервые в жизни Харви не смог промолвить ни слова в ответ. Сделав шаг назад, он снова поклонился и под бурю аплодисментов вернулся на своё место.

В ложе шампанское лилось рекой, и все дружески хлопали Харви по плечу. Стивен понял, что сейчас не время вести умные разговоры, а лучше молча понаблюдать за реакцией их жертвы в изменившихся условиях. Он тихо сидел в углу, ожидая, пока утихнет волнение, и внимательно изучал Харви.

Понадобился ещё один заезд, чтобы Харви хотя бы наполовину пришёл в норму, и Стивен решил, что настало время опять вступить в игру. Он встал, делая вид, что собирается уходить.

— Вы что, уже уходите, профессор?

— Да, мне пора в Оксфорд: до завтрашнего утра надо проверить несколько письменных работ.

— Я всегда восхищался тем, как вы, ребята, работаете. Надеюсь, вам понравилось на скачках?

Стивен едва удержался, чтобы не процитировать известную остроту Бернарда Шоу: «Пришлось, потому что не было ничего лучше».

— Да, благодарю вас, мистер Меткаф. Изумительная победа. Вам есть чем гордиться.

— Пожалуй что и так. Но я давно ждал этой победы. Всё-таки игра стоила свеч… Плохо, Род, что вы нас покидаете. Не могли бы вы ещё немного задержаться и отпраздновать с нами в «Клэриджис»?

— Я бы с удовольствием, мистер Меткаф, но лучше знаете что, приезжайте вы ко мне в Оксфорд. Я покажу вам университет.

— Шикарное предложение. У меня как раз есть пара свободных дней после Аскота, а всегда хотелось посмотреть Оксфорд, да вот только все времени не находил.

— В следующую среду состоится приём под открытым небом — «Гарден-Парти». Почему бы нам не поужинать вместе во вторник вечером в моём колледже, а на следующий день мы бы побывали на празднике и осмотрели университет. — Стивен нацарапал несколько пояснений на карточке.

— Я не верю в чудеса, но на этот раз отпуск в Европе у меня просто необыкновенный. Как вы собираетесь попасть в Оксфорд, профессор?

— Поездом.

— Ни в коем случае, — возразил Харви. — Мой «роллс-ройс» отвезёт вас и успеет вернуться до начала последнего заезда.

И не успел Стивен выразить слабый протест, как шофёр уже стоял рядом.

— Отвезёшь профессора Портера в Оксфорд и вернёшься сюда. Счастливого пути, профессор! Буду с нетерпением ждать нашей встречи во вторник в восемь вечера. Приятно было познакомиться.

— Спасибо вам за этот незабываемый день, мистер Меткаф, и ещё раз поздравляю вас с великолепной победой.

Сидя на заднем сиденье белого «роллс-ройса», о котором Робин хвастался, что в этом лимузине из них четверых разъезжал только он, Стивен расслабился и блаженно улыбнулся сам себе. Вынув из кармана маленькую записную книжку, он сделал запись: «Вычесть из накладных расходов 98 пенсов — стоимость билета второго класса от Аскота до Оксфорда».

15

— Брэдли, — сказал один из профессоров, — у вас на висках появилась седина, молодой человек. Может быть, обязанности младшего декана даются вам слишком дорогой ценой?

Стивен уже думал, заметят ли преподаватели, что цвет его волос слегка изменился, и если да, то что скажут. Хотя, с другой стороны, профессора редко удивляются тому, как выглядят их коллеги.

— Мой отец поседел в довольно молодом возрасте, профессор, а сейчас наука доказала роль наследственности…

— Ну что же, молодой человек, с этой сединой вы будете выглядеть на «Гарден-Парти» ещё солиднее.

— Разумеется, профессор, — ответил Стивен, как будто ему больше не о чём было думать, как только о своём внешнем виде. — Я не учёл это обстоятельство.

Вернувшись к себе на квартиру, он застал всю Команду в сборе. Все жаждали получить очередной инструктаж.

— В среду пройдёт фестиваль «Энкения» и «Гарден-Парти», — начал Стивен, даже не сказав «доброе утро, джентльмены». Его «студенты» ничего не имели против. — Теперь нам известно, по крайней мере, об одном слабом месте нашего друга-миллионера: когда мы выдёргиваем его из привычного окружения, он всё равно продолжает считать, что знает все. На данный момент мы доказали, что его блеф нейтрализуется, если мы знаем, что должно произойти дальше, а он — нет. Именно этой тактикой он воспользовался, когда рекламировал «Проспекта ойл»: он всегда был на шаг впереди нас. Теперь нам предстоит быть на два шага впереди него. Сегодня проведём дежурную репетицию, а завтра — генеральную, в костюмах.

— Время, потраченное на разведку, редко бывает потраченным зря, — пробормотал Джеймс единственную аксиому, которую ему удалось запомнить с кадетских дней в Хэрроу.

— Надеюсь, по твоему плану нам не придётся тратить много времени на разведку! — съязвил Жан-Пьер.

Стивен пропустил его слова мимо ушей.

— Теперь следующий момент. Вся операция займёт около семи часов для меня и часа четыре для вас. Сюда же входит и время на грим. Кстати, по этому поводу нам понадобится дополнительная встреча, и её проведёт Джеймс за день до операции.

— Сколько раз тебе понадобятся мои сыновья? — спросил Робин.

— Один раз, в среду. От тренировок мальчики могут стать скованными и неуклюжими.

— Стивен, когда, по-твоему, Харви захочет вернуться в Лондон? — спросил Жан-Пьер.

— Я звонил Гаю Сэлмону, чтобы проверить его расписание, и тот сказал, что они должны вернуться в «Клэриджис» к девятнадцати часам. Из чего делаем вывод: времени у нас только до 17.30.

— Умно, — заметил Робин.

— Ужасно, — сказал Стивен, — я теперь хочу не хочу, но думаю, как Харви. Ладно, давайте ещё разок пройдёмся по плану, красное досье, нижняя половина страницы шестнадцать. Я выхожу из Олд-Соулз-колледжа…

43
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru