Пользовательский поиск

Книга Иллюзии «Скорпионов». Содержание - Глава 23

Кол-во голосов: 0

Было десять пятнадцать вечера. Бажарат расхаживала но гостиной номера отеля «Карийон», а Николо смотрел в спальне телевизор, постоянно требуя приносить в номер какую-нибудь еду. Бажарат объяснила ему, что они уедут утром, а не ночью.

В ГОСТИНОЕ тоже работал телевизор, но Бажарат смотрела местные десятичасовые новости, все больше мрачнея. И вдруг гнев исчез с ее лица, тубы расплылись в улыбке, когда дикторша оборвала свой рассказ об успехах бейсбольной команды и взяла листок, который ей положили на стол.

«Мы только что получили сообщение. Известный вашингтонский адвокат Дэвид Ингерсол был найден мертвым примерно час назад возле моста Риверуолк в Фоллз-Форк, Вирджиния. Рядом с ним был обнаружен труп человека в грязной одежде, в котором был опознан Стивен Шинок. В расположенном рядом ресторане сообщили, что Кэннок был пьян и его выставили из ресторана за непотребный вид и неплатежеспособность. Оба тела были залиты кровью, и это позволило полиции предположить, что адвокат вступил в драку с пьяным Кэнноком, когда тот попытался его ограбить... Дэвид Ингерсол, считавшийся самым влиятельным адвокатом в столице, был сыном Ричарда Ингерсола, который восемь лет назад встревожил всю нацию, уйдя в отставку с должности судьи Верховного суда по причине, как он сам заявил, „интеллектуального застоя“, поставив тем самым вопрос о сроках пребывания в должности членов Верховного суда...»

Бажарат выключила телевизор. Ашкелон одержал еще одну победу. Еще не самую важную, но придет и она!

Было почти два часа ночи, когда Джексон Пул ворвался в спальню к Хоторну.

— Просыпайся, Тай! — закричал он.

— Что?.. Черт побери, я только что заснул! — Хлопая глазами, Тайрел поднял голову. — В чем дело? До утра мы ничего не сможем сделать. Давенпорт мертв, а Стивенс... Это по поводу Давенпорта? Что-то прояснилось?

— По поводу Ингерсола, коммандер.

— Ингерсол?.. Тот самый адвокат, связник?

— Теперь он труп, Тай. Его убили в каком-то местечке под названием Фоллз-Форк. Возможно, наш пилот Альфред Саймон вывел нас не на простого связного.

— Откуда ты знаешь, что его убили?

— Честно говоря, я смотрел по телевизору повторный показ «Унесенных ветром» — чертовски хороший фильм, — и когда он закончился, передали новости.

— Где телефон?

— Прямо возле твоей головы.

Хоторн сел, опустил ноги на пол, схватил трубку, а Пул в это время зажег свет. Тайрел набрал номер военно-морской разведки, не надеясь, что Стивенс сам возьмет трубку.

— Генри... Ингерсол!

— Да, я знаю. — Голос Стивенса звучал слабо. — Узнал об этом почти четыре часа назад. Я ожидал твоего звонка, потому что сам разрывался между ошарашенным госсекретарем Палиссером, который по своим собственным каналам расследует смерть Давенпорта, и Белым домом, где Ингерсол значился в списке "А" для приглашенных. Да еще это убийство на стоянке возле твоего отеля обрушило на мою задницу... на наши задницы эту чертову «Нью-Йорк Таймс». У меня совеем не было времени позвонить тебе.

— Черт бы побрал этого Ингерсола! Надо обыскать и опечатать его офис.

— Уже сделано, Тай-бой... Ведь так тебя называли на островах?

— Ты уже все сделал?

— Нет, не я. ФБР. Так положено.

— Боже, да что же это такое творится?

— А утром обнаружатся еще какие-нибудь пакости.

— Разве ты не видишь, что она делает, Генри? Все движется по часовой стрелке и одновременно против, сталкиваясь между собой. Полнейший разброд. Кого подозревать, а кого нет? Эта сучка заставляет нас бегать кругами, и чем быстрее мы бегаем, тем больше происходит столкновений, а она шагает по обломкам!

— Успокойся, Тайрел. Президент находится в изоляции, под надежной защитой.

— Это ты так думаешь. Мы не знаем, кем она еще манипулирует.

— Мы тщательно изучаем всех из твоего списка.

— Возможно, что это кто-то, кто не попал в этот список.

— Что я могу тебе сказать? Я не ясновидящий.

— Я начинаю думать, что Бажарат...

— Это нам не поможет, а только подтвердит то худшее, что мы слышали о ней.

— У нее здесь целая группа; возможно, это высокопоставленные лица, которые чем-то обязаны ей... или ее хозяевам.

— Логично. Может быть, ты окажешь нам услугу и разыщешь эту группу?

— Сделаю все, что в моих силах, капитан, потому что теперь это дело касается ее и меня. Мне нужна Кровавая девочка, я хочу увидеть ее мертвой. — Хоторн швырнул трубку на рычаг.

Но ему нужна была не только Бажарат, но еще в лживое существо по имени Доминик, которая разорвала ему душу. Ни одно человеческое существо не поступило бы так с другим человеком. Спать с человеком и притворяться, играя ради лжи на его самых сокровенных чувствах. Так долго лгать, изображая любовь. Интересно, как часто убийца смеялась над глупцом, который на самом деле поверил, что в его жизнь вошла любовь? Убийца. Но она кое о чем забыла. Он тоже был убийцей.

Глава 23

Патрик О'Райан сидел за столом в кресле, мечтая о том, чтобы побыстрее закончилось лето и дети вернулись в школу, которую посещали благодаря «Покровителям». Не то что бы он не любил, детей, он любил их, в особенности потому, что они отнимали у жены все время, а значит, у него с женой оставалось совсем мало времени для ссор. Не то что бы он не любил свою жену, ему казалось, он по-своему любит ее, но они слишком отдалились друг от друга, главным образом по его вине, и он понимал это. Обычный парень может, приходя домой, жаловаться на свою работу, или босса, или на маленькую заработную плату, но Патрик не мог позволить себе таких вещей. Особенно в отношении денег, начиная с того момента, когда в его жизни появились «Покровители».

Патрик Тимоти О'Райан рос в большой ирландской семье в нью-йоркском районе Куинз. Благодаря монахиням я нескольким священникам приходской школы он избежал традиционной полицейской академии, куда поступили три его старших брата, пойдя по стопам отца, деда и прадеда. Учителя высказали мнение, что Патрик Тимоти обладает исключительными, гораздо выше средних способностями и что ему прямая дорога в Фордхэмский университет. Это был далеко идущий вывод, и Патрик принял это предложение. Вдохновленный отношением к нему профессоров Фордаэмского университета, О'Райан согласился и на другое предложение — защитить степень магистра на дипломатическом факультете Сиракузского университета. Этот факультет был одним из основных источников, где ЦРУ вербовало для себя кадры.

Спустя три недели после получения степени магистра Патрик поступил на работу в «Контору». В течение месяца он получил замечания от нескольких начальников по поводу того, что в их учреждении имеется определенный стиль в одежде, которому и он должен следовать. А неглаженные брюки из полиэстера и оранжевый галстук с голубой рубашкой, а также мешковатый пиджак с распродажи у «Маки» никак не вязались с этим стилем. Патрику казалось, что он хорошо одевается, так как в одежде следовал советам своей невесты — итальянской девушки из Бронкса, которая считала, что ее жених выглядит великолепно, и никогда не просматривала рекламу в газетах, которая доказывала, как должен быть одет настоящий мужчина из Вашингтона.

Шли годы, и, как когда-то предсказывали монахини и священники, высшие чины ЦРУ оценили необычайные способности Патрика Тимоти О'Райана. — Гардероб его коренным образом изменился, но речь осталась грубоватой, изобиловала вульгарными словечками. И тем не менее его анализы были четкими, краткими, без всяких неопределенностей и ненужных подробностей. В 1987 году он предсказал, что Советский Союз распадется в течение трех лет. Такой смелой оценке не только не поверили, более того, заместитель директора ЦРУ пригласил О'Райана к себе в кабинет и посоветовал не пороть чепухи. Однако на следующий день Патрика повысили в должности и прибавили зарплату, как будто хотели подчеркнуть ту аксиому, что хорошие мальчики всегда заслуживают награды.

В первые же восемь лет после женитьбы у О'Райана появилось пять детей, что значительно ударило по карману занимающего небольшой пост служащего ЦРУ. Но Патрик Тимоти смог справиться с этими обстоятельствами, потому что его работа помогла получать банковские ссуды под относительно низкие проценты. А вот с чем никак не мог смириться О'Райан, так это с тем фактом, что результатами его работы очень часто пользовались другие, совершенно не упоминая при этом его заслуг. Его слова повторяли во время слушаний в конгрессе ловкие выскочки с хорошими манерами, говорившие так, как будто они родились в Лондоне, а также известные сенаторы и прочие политические деятели в самых популярных телешоу. Он корпел над этим анализом, а все считали, что он просто обязан работать на них. Окончательное разочарование постигло О'Райана, когда он после двухнедельного ожидания нового назначения обратился прямо к директору ЦРУ. В назначении ему было отказано со следующими словами:

88
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru