Пользовательский поиск

Книга Черная топь. Содержание - ГЛАВА 8

Кол-во голосов: 0

ГЛАВА 8

Мы обосновались в километре от Черной Топи, в ветхом, пустом, полуразвалившемся сарае, построенном неизвестно когда и непонятно зачем. Огонь разводить не стали, опасаясь привлечь дымом нежелательных гостей. Ближе к полудню мы подкрепились хлебом с мясными консервами, запивая пищу водой из походной фляжки. Сергей-Владислав съел очень мало, через силу. Лицо у него горело, глаза затянулись мутной поволокой, зубы заметно полязгивали, тело колотил крупный озноб. Как я и предвидел, в результате ранения резко подскочила температура. Порывшись в аптечке, я отыскал упаковку парацетамола, скормил Мамонтову пару таблеток и старательно укутал его конфискованной у дохлого язычника шкурой. Затем ненадолго отлучился из сарая, наломал в лесу охапку еловых веток, вернулся обратно, соорудил некое подобие постели и предложил раненому прилечь. Когда жаропонижающее подействовало, экс-капитан забылся тяжелым, тревожным сном: ворочался с боку на бок, скрипел зубами, что-то бормотал... Я разобрал лишь две фразы: «Убирайся в преисподнюю, рогатый!» и «Господи, помилуй!»

Судя по всему, бывшего собровца терзали кошмары. Сочувственно покачав головой: «Эк припекло человека», – я выбрал на земляном полу участок посуше, облокотился на рюкзак и немного расслабился, не забывая, однако, держать под дулом автомата входной проем и не спуская пальца со спускового крючка. Веки наливались свинцом, норовили сомкнуться (сказывалась бессонная ночь), но я упорно боролся со сном, прекрасно осознавая – дрыхнуть мне ни в коем разе нельзя. Мало ли кого нелегкая принесет?! Людишки здесь водятся еще те!!! Попадем как куры в ощип. Лучше уж перетерпеть!..

Так прошло пять с лишним часов. Хрипло застонав, Сергей-Владислав открыл глаза.

– Тебе хоть малость полегчало? – участливо спросил я.

– Да вроде, – неуверенно отозвался он. – Правда, снилась разная жуть... Но мне не привыкать. – По губам Мамонтова скользнула невеселая усмешка. – Что дальше предпримем? – после короткой паузы осведомился экс-капитан.

– С наступлением ночи пойду в деревню! – ответил я. – Проникну в дом Дарьи, произведу там тщательный обыск. Цель поисков – списки сектантов. Желательно, с адресами. Девяносто процентов из ста – покойная профессорша хранила подобную документацию. Она же являлась одним из инициаторов создания легального «кружка по интересам», наукообразной «крышей» сектантов... Потом, имея на руках информацию о членах секты, захватим нового «языка», выясним, где расположена «священная поляна», отыщем сундук, вернем Православной Церкви похищенные у нее святыни... А дьяволопоклонников ликвидируем согласно списочному составу. Такую мразь завалить не грех!!! Все одно как бешеную собаку пристрелить! Хватит выродкам православные храмы грабить да священников убивать!!!

– Правильно! – согласился бывший собровец и вдруг спохватился. – Постой-ка, Андрей! Ты вроде сказал «проникну в дом Дарьи»?! А меня, выходит, побоку! В одиночку действовать собираешься?! Не доверяешь, да?! – На иссиня-бледном лице Сергея-Владислава появилось оскорбленное выражение, воспаленные глаза загорелись, здоровая рука яростно вцепилась в шкуру.

– После перестрелки в лесу доверяю полностью, – мягким тоном успокоил я товарища. – Между прочим, ты мне тогда жизнь спас! Однако, дружище, постарайся вникнуть в истинное положение вещей: ты ранен, обессилен, левая рука не функционирует. Не обижайся, но ты будешь обузой! Сегодня тебе стоит отлежаться, а завтра... завтра посмотрим по самочувствию! Работенка нам предстоит не на один день. Успеешь поучаствовать. Ну, договорились?!

– Договорились, – неохотно буркнул Мамонтов...

* * *

В Черную Топь я отправился после одиннадцати вечера. Из оружия взял «стечкин» и десантный нож, а оба автомата с запасными «магазинами» оставил экс-капитану. В подобных деликатных операциях громоздкий «калашников» только помеха.

– Старайся не уснуть! – на прощание предупредил я напарника. – Не дай Бог, чертопоклонники обнаружат наше убежище!

– Не учи ученого! – сварливо буркнул он. – И вообще – больше заботься о себе. За меня же не переживай! Не усну, а патронов тут с избытком. Ежели чего – отобьюсь. Даже одной рукой...

Прогулка по ночному лесу обошлась без эксцессов. В пути я не повстречал ни единого живого существа. Зато погода преподнесла сюрприз. Нудный, моросящий дождик, начавшийся еще два часа назад, внезапно превратился в свирепый ливень и в мгновение ока вымочил меня до нитки. Хотя... нет худа без добра! Хлещущие с неба потоки воды смыли с улиц припозднившихся прохожих, загнали в будки брехливых цепных кобелей. Данное обстоятельство помогло мне спокойно зайти в деревню и беспрепятственно проникнуть на территорию усадьбы Черепановой. Правда, на этом везение закончилось.

Во всех окнах горел яркий электрический свет. Было видно, как внутри дома неторопливо движется чей-то темный силуэт. Под широким козырьком крыльца укрывалась от дождя объемистая фигура с крупнокалиберным охотничьим карабином на изготовку. Кто-то начал обыск раньше меня, причем не милиция. Оружие-то явно не табельное! Значит, сектанты. Больше некому. Опередили сволочи, черт бы их подрал! Мысленно выругавшись, я опустился в мокрую высокую траву у забора, вынул нож, сфокусировал внимание на охраннике, слегка приподнял туловище и медленно занес руку за голову для броска. «Проклятье! Темень, дождь, видимость паршивая[14] , недолго и промазать, а второго шанса не будет!!! – с горечью подумал я. – Остается пистолет с пятью патронами, но стрельбу поднимешь – вся конспирация насмарку... Силы Небесные! Михаил Архангел! Молю вас: помогите уничтожить нечисть... О счастье!!! Молния!.. Есть контакт!!!»

– Хре-е-е, – попрощался с жизнью горе-часовой (когда длинное тяжелое лезвие насквозь пронзило горло), выронил в грязь карабин и мягко осел на ступеньки. «Силуэт» ничего не заподозрил, продолжая усердно шмонать Дарьино жилище. Шум ливня заглушил не очень-то и громкую агонию. Поднявшись на ноги, я подошел к дому и осмотрел поверженного противника. Здоровый мужик с оскаленным в предсмертной гримасе небритым лицом. Вопреки обыкновению, на нем не оказалось ни традиционной шкуры, ни уродливой маски, и я уже начал нервничать: «Не приведи Господь, по ошибке человека убил!» (Сатанисты, по моему глубокому убеждению, к таковым не относятся.)[15]  Однако при вспышке новой молнии я заметил вытатуированные на левой руке мертвеца три шестерки. «Слава тебе, Боже!» – облегченно вздохнул я, рывком вытащил из раны нож, обтер об одежду сектанта, равнодушно перешагнул через труп, тихонько толкнул незапертую дверь, на цыпочках миновал сени, вошел в гостиную и нос к носу столкнулся с обладателем «силуэта» – низкорослым мужчиной лет сорока пяти, в черной одежде, с бородкой клинышком, ястребиным носом и пронзительными зелеными глазами. На лице незнакомца отсутствовало выражение бараньей тупости, характерное для рядовых язычников. В руке он держал массивную деревянную трость с серебряным набалдашником. Вероятно, это был один из тех «старших», о которых упоминал перед смертью Лев Пономарев. Встретившись со мной взглядом, мужчина стремительно отпрянул назад-вбок и резко ударил тростью по кисти руки, держащей пистолет. «Стечкин» упал на вощеный пол. В следующий момент я чудом увернулся от колющего выпада обоюдоострой, широкой шпаги, доселе скрытой в трости-чехле. Однако лезвие все же распороло ремни «попрыгунчика» и железный шар стукнулся о пол. Правда, «старший» не обратил на это внимания.


15

Это мнение не только Калинина. Вот что пишет на сей счет крупнейший специалист в данной области И. Алексеевский: «Есть среди сатанистов заблудшие души, это так, но те, кто прошел несколько уровней посвящения, людьми уже не являются. Это существа, которые сломали внутри себя все моральные сдержки, выкинули на свалку совесть и все человеческое. Это отморозки. Почувствовав вкус человеческой крови, они инфицируются таким сильным и неизлечимым вирусом сатанизма и насилия, что их болезнь трудно сравнить даже со СПИДом. Они перерождаются в существа, которые уже не могут жить без вкуса крови, человеческих внутренностей, без периодической нервной встряски, мучая людей и животных и наблюдая за их страданиями и агонией. Они становятся маньяками. Это уже не люди». (Цит. по: Юрий Воробьевский. Шаг змеи. М., 1999, с. 512.) От себя добавлю – упоминавшиеся в начале цитаты «заблудшие души», еще способные к духовному возрождению (явление, к сожалению, крайне редкое), Господь уничтожить не допустит!!!


17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru