Пользовательский поиск

Книга Безмолвный Джо. Содержание - Глава 18

Кол-во голосов: 0

– И вот что еще запомни, Джо. Бриджит – славная женщина и хороший работник, поэтому не стоит доставлять ей огорчения. У меня ощущение, что эта запись сделана не без ее участия. Я не могу это доказать. Но суду могут потребоваться ее показания и ответы на кое-какие вопросы. А лжесвидетельство карается законом. Может, тебя не так волнует ее судьба, но Уиллу это было бы небезразлично. Кстати, мне тоже.

– Бриджит не имеет к этому никакого отношения.

Он улыбнулся:

– Разреши мне тебя снова спросить. Ты действительно намереваешься вывалять доброе имя отца в грязи? И рассказать всем о незаконном подслушивании, шантаже коллег по Совету старших инспекторов, краже девяноста тысяч долларов?

Я поднялся.

– Я лишь намерен раскрыть его убийство.

– Любой ценой?

– Абсолютно любой, сэр.

Он потряс головой.

– А что, если бы Уилл не одобрил этого?

– Я все равно бы это сделал.

– Очевидно, ты не очень хорошо усвоил его уроки, как я до сих пор считал. Ты не там ищешь виновных. Ты просто не в себе – мне это ясно. Не пытайся делать врагов из друзей отца.

– Множество людей, сэр, сейчас называют себя его друзьями. Но когда он был жив, они об этом молчали.

– Такова уж система, Джо. Это целый процесс. Охраняй и используй. Строй и критикуй. Собирай налоги и расходуй средства. Консерваторы и либералы. Все это части одной системы. Всегда представляй себе лес, Джо, а не отдельные деревья. Деревьев много, а лес один. И всем нам в нем жить.

Глава 18

Позднее тем же вечером я входил в дом на тастинских холмах, как делал это сотни тысяч раз. И я чувствовал то же, что и всегда: безопасность.

Изменилось здесь немного. Те же потертые кафельные плиты на дорожках, белые стены, черный литой стол и большая синяя ваза с цветами, зеркало, в котором отражается твое лицо, как только ты открываешь дверь. Только к одиннадцати годам я достаточно подрос, чтобы видеть свое лицо в этом зеркале. Я помню, как верил, что когда вырасту и увижу себя в нем, то превращусь из мальчика в мужчину. И еще верил, что к тому времени люди уже придумают средство вылечить мое лицо. Мечты не сбылись, но вера осталась.

Я обнял мать и прошел за ней по коридору мимо телевизионной комнаты, свернул за угол и оказался в большой гостиной. Та же добротная кожаная мебель, аромат свежесрезанных цветов, чесночного соуса и слабый запах жидкости, которой Мэри-Энн каждую неделю мыла окна. Иногда я помогал ей и яростно оттирал полоски грязи деревянным скребком и газетами. Эту работу мать никогда не доверяла горничным. Между нами говоря, полоски все-таки оставались.

– Садись, Джо. Я приготовлю выпить.

– Я помогу.

– Тогда принеси лимон.

Я вышел во двор и выбрал лимон поспелее. Тастинские холмы особенно хороши по вечерам, когда мягко и ровно освещены светом, а сквозь поникшую от жары листву деревьев проглядывают размытые контуры домов. Мне снова захотелось стать десятилетним мальчишкой и жить здесь вместе с Уиллом, Мэри-Энн, Уиллом-младшим и Гленном.

Мама смешала водку с лимонным соком, потом отрезала два кружочка лимона, положив их сверху. Мы вышли наружу и присели около бассейна. Под большим зонтом, наклоненным верхушкой к западу. Создавалось ощущение, что мы на курорте. Сняв шляпу, я положил ее на стол, а пиджак повесил на спинку стула.

– Что случилось, Джо?

Я рассказал ей про Лурию и Мигеля, про Ике Као, потом про Саванну и Алекса.

– Иногда мне хочется от всего этого как следует отмыться.

– Когда работаешь в тюрьме, это не поможет.

– Согласен.

Откашлявшись, мама сделала глоток из своего стакана.

– Тебе никогда не приходила в голову мысль оставить эту работу? Знаю, ты хочешь быть помощником шерифа. И Уилл направил тебя туда, потому что сам так начинал свою карьеру. Но у тебя уже накоплен четырехлетний стаж и светлая голова на плечах. Есть друзья в деловых кругах, просто люди, которые тебя знают. При желании ты мог бы подобрать для себя что-нибудь другое.

– Мне нравится то, чем я занимаюсь.

– Что именно?

На минуту я задумался. Отвечать всегда труднее, чем задавать вопросы.

– Полезность.

– Тебе нравится быть полицейским?

Молча кивнув, я посмотрел на искрящуюся водную рябь в бассейне. Мне припомнился обряд крещения, которое я принимал жарким майским утром в Лос-Анджелесе, полностью погружаясь в воду под музыку рок-ансамбля, исполнявшего христианские мелодии. Это был один из лучших вариантов, которые я опробовал, хотя мне показалось, что христианский рок чужд как Богу, так и рок-н-роллу. Не знаю почему, но то крещение здорово отмыло мою душу, и это чувство не покидало меня целую неделю.

– Но ведь имеется миллион других способов быть полезным, Джо. И от них в конце рабочего дня в твоей душе не будет этой горечи. Уилл ушел с этой работы очень вовремя. Он проработал в управлении шерифа почти двадцать лет. Но потом его избрали старшим инспектором, и для него открылся новый мир.

– Он так и планировал.

– Может, у тебя тоже есть план?

– Карл Рупаски пытается уговорить меня перейти в транспортное управление. Большая прибавка в зарплате, совсем другая работа. Он сказал, что после этого я смогу сделать карьеру в любой области. Такая работа, скорее, для "белых воротничков". Хотя теперь он уже передумал.

Помолчав пару секунд, мать произнесла:

– Рупаски начисто лишен принципов.

– Он установил радиосигнализатор на машину отца.

– Зачем?

– Он говорит, будто рассчитывал, что Уилл выведет его на Саванну. Но я думаю, он искал возможность заставить папу замолчать. Воспользовавшись каким-нибудь компроматом. Папа узнал, что оперативный комитет "Лесного клуба" переправляет через Рупаски кругленькие суммы для Миллбро, чтобы тот проголосовал в их пользу по поводу выкупа платной дороги в казну округа.

– Значит, Уилл их шантажировал.

– Да.

Я сообщил ей о магнитной пленке, которую прослушал, и о пометках Уилла. Даже рассказал о мини-диктофоне, вмонтированном под письменным столом Дана Миллбро.

Она вздохнула и поставила стакан на стол.

– Уилл всегда собирал сведения тайком. И всегда незаметно для других что-нибудь раскапывал. Это выглядело достаточно безобидно, пока он еще был молод и работал полицейским на вторых ролях, для которого это обычное занятие. Да и к людям он всегда относился доброжелательно. И я смотрела на это спокойно. Но с возрастом Уилл становился все более... скрытным. Припоминаю, как за неделю до своей смерти он приобрел за триста долларов какое-то устройство, которое изменяет голос, когда говоришь по телефону, или что-то в этом роде. Однажды он... он снимал нас в столовой, не сказав мне. Я дико разозлилась, когда он показал мне запись. Он вмонтировал крошечную видеокамеру в свой кейс, проделав в нем отверстие для объектива. Полагаю, это лишь одна из его дурацких игрушек. У меня всегда вызывало отвращение, что, преследуя собственные цели, он заставляет тебя преступать черту закона. Установить "жучок" в кабинете старшего инспектора! Он снова меня разозлил. Знаю, это нехорошо, но ничего не могу с собой поделать.

– Я всегда охотно выполнял его поручения.

– Потому что он направлял тебя на этот путь. Знаешь, Джо, я ведь спрашивала у него, не втягивает ли он тебя в этот ночной бизнес, во все эти тайные игры. И он сказал, что нет. Ты – лишь шофер и охранник при нем. И я поверила ему. Наивная дура.

Я был виноват перед матерью и чувствовал это. Я мог бы рассказать ей куда больше про то, чем мы занимались с Уиллом: "жучок" под столом – лишь мелкий эпизод в длинной цепи наших тайных дел. Однажды летом Уилл устроил меня на работу в управление округа по чрезвычайным ситуациям, где я собрат для него информацию, кто из помощников шерифа и пожарных замешан в махинациях с отчетностью. Тогда мне было восемнадцать. А еще был "кадиллак" известного адвоката, который я вывел из строя около яхт-клуба в Ньюпорт-Бич; профессор колледжа, обвиняемый в изнасиловании, которого я избил на стоянке около университета, для маскировки натянув себе на голову колготки Мэри-Энн. И дом, в который я залез, когда Уиллу понадобились кое-какие сведения о гостившем там бизнесмене, который собирал средства на какой-то проект. Я обнаружил то, что Уилл рассчитывал там найти – матрицу для печатания фальшивых банкнот, – и через несколько недель того парня взяли. Были еще конверты, которые я доставлял из разных мест по нужным адресам. Однажды Уилл приобрел стандартный дешевый кейс и попросил меня приспособить его для скрытых съемок "домашнего кино". И я приспособил – с помощью ножа, лобзика, клея и светозащитной пленки для стекла. Разумеется, в действительности таких тайных операций у нас с ним было на порядок больше.

57
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru