Пользовательский поиск

Книга Взгляд Горгоны. Содержание - ГЛАВА 4

Кол-во голосов: 0

– Не хотите говорить, – сказал Аркадий, снова наливая себе, – вот все вы так. Не хотите портить отношений с Богом. На всякий случай. Все вы понимаете, что его нет. Но на всякий случай не хотите портить отношений. А вдруг он есть. Вот вы верите в рай?

– Не верю, – ответил Дронго, – хочу поверить, но не верю.

– Ну, тогда вы наш человек. Давайте еще раз выпьем, – предложил Аркадий.

– Но я верю в ад, – вдруг сказал Дронго.

Аркадий вздохнул. Посмотрел на своего собеседника.

– Что вы такое говорите? – недовольно спросил он. – Какой ад? Где вы его видели?

– Очень часто, – ответил Дронго, – в душах людей, в их поступках, в их трагических ошибках, которые они совершают.

– Вы философ, – кивнул Аркадий. Он хотел снова выпить, но неожиданно отставил бокал. – Вот что я вам скажу как биолог. С точки зрения науки Бога нет. А с точки зрения той же науки без Бога мы не могли возникнуть. И разум не мог появиться. Ну никак не мог. Вот и гадай теперь – есть Бог на самом деле или его нет.

– Опять полез в каминный зал, – раздался женский голос, и Аркадий, залпом выпив свой бокал, быстро поставил его на столик. В каминный зал вошла женщина невысокого роста. Очевидно, среди ее предков были азиаты, у нее были узкие, вытянутые глаза на круглом лице. Волосы ее были собраны назад. Женщине было не больше сорока. Она вошла в зал и, увидев Дронго, замолчала.

– Ну что ты, Раечка, – добродушно сказал Аркадий, вставая, – этот товарищ – знакомый нашего Ромы. Он приехал к нам на дачу сегодня впервые. И я ему немного рассказывал о нашей семье, о наших традициях. О нашей даче.

Вошедшая взглянула на поднявшегося Дронго и мрачно кивнула ему.

– Здравствуйте, – строго сказала Рая. И снова посмотрела на мужа: – Ты уже выпил полбутылки коньяка? Мы еще не садились ужинать. Виктория опять будет ругаться, говорить, что ты выпил их лучший коньяк.

– Как тебе не стыдно перед посторонним человеком, – всплеснул руками Аркадий, – неужели ты не видишь, что эта бутылка была давно открыта. И мы только сели за столик, когда ты вошла.

– Я ничего не сказала, – пожала плечами Рая. Она обернулась к Дронго и выдавила из себя улыбку, – надеюсь, вам у нас понравится.

После того как она вышла, Аркадий Андреевич вздохнул и снова налил себе.

– Вот так всегда, – меланхолично заметил он, – как только начинаешь умную беседу, стремишься в небеса, тебя немедленно опускают вниз и еще бьют мордой об стол. Скажите, вы женаты?

– Да, – кивнул Дронго, подумав о Джил.

– В таком случае вы меня понимаете, – буркнул Аркадий, – жениться нужно в сорок лет, когда все уже закончено. Раньше нельзя, иначе к сорока годам вы получите мегеру, которая будет вас терзать. В сорок лет нужно брать молодую девушку, чтобы вместе с ней состариться. Когда вам будет шестьдесят, ей будет сорок. И вы одновременно начнете угасать. Это я вам как биолог говорю.

– Я знаю мужчин, которые не угасают и в восемьдесят, – улыбнулся Дронго.

– Ну и прекрасно. Значит, в шестьдесят им нужно находить новых жен. И снова стареть вместе с ними. Тогда через двадцать лет они все равно вместе дойдут до кондиции.

– Интересная точка зрения, – вежливо согласился Дронго, – а если вдруг произойдет сбой в организме, как раз когда я буду менять жен? Это получится, что с первой я расстался, а со второй еще не сошелся. Что тогда делать?

– Схоластический спор, – возмутился Аркадий, – ничего страшного. Нужно не порывать резко с одной. А оставаясь с первой, уже встречаться со второй. У некоторых это получается, – с явным подтекстом сказал он, показывая наверх. Было понятно, что он говорит о своем старшем брате. Хотя разница между супругой Романа Андреевича и его любовницей была всего в несколько лет.

Дронго не стал ничего уточнять, однако было понятно, что секрет Романа Андреевича, который тот столь тщательно скрывал ото всех, на самом деле был давно известен его младшему брату. И возможно, не только ему одному. Он мог и забрать фотографии у погибшего, а затем решить шантажировать старшего брата, чтобы получить деньги. Иначе откуда он узнал о связи Романа Андреевича с Наташей? Ведь он говорил, что редко бывает на даче.

– А вы знали погибшего? – спросил Дронго, и Аркадий Андреевич нахмурился.

– Не знал, – угрюмо ответил он, – и не хотел бы его знать. Говорят, что он был не очень хороший человек. И вообще я не знаю никого из сотрудников моего старшего брата. И стараюсь не вмешиваться в его дела.

Он неожиданно поднялся и вышел из каминного зала, словно сама эта тема была ему неприятна. «Он явно что-то знает, – подумал Дронго. – Нужно будет подробнее расспросить Аркадия Андреевича о том, что именно ему известно». И тут он услышал громкие голоса, очевидно, споривших друг с другом людей.

ГЛАВА 4

Дронго выглянул из каминного зала. В гостиной стояли хозяйка дома и пожилая женщина. Дронго понял, что супруга Горбовского разговаривает со своей свекровью.

– Почему вы так говорите, Римма Алексеевна? – нервно спрашивала Виктория. – Но вы же понимаете, как трудно Роману, как много времени он проводит на работе. Неужели он должен еще заниматься делами своего младшего брата?

– Не нужно так говорить, Виктория, – громким, учительским голосом отвечала Римма Алексеевна, – ты не сможешь поссорить двух братьев. Они родные друг другу.

– А я не родная? – обиженно спросила Виктория.

– Я так не говорила. Не нужно ловить меня за язык. Я просто говорю, что они два родных брата и Роман обязан помогать младшему.

– Где? Где написана это обязанность? – взорвалась жена Горбовского. – В какой конституции, в каких законах? Роман обязан заботиться о своих родителях, и он делает для вас все, что может.

– Мне ничего не нужно, – перебила невестку Римма Алексеевна, – у меня все есть. Я говорю о том, что он старший в семье. У нас нет отца, и Роман обязан взять на себя заботу обо всех членах семьи.

– Так он же и так все делает, – срывающимся от волнения голосом сказала Виктория, – он отправил учиться в Германию дочь своего брата, помогает им материально, терпит его пьяные выходки в нашем доме…

– Так ты хочешь, чтобы он вообще не приезжал к старшему брату? Я сразу почувствовала, что ты не любишь нашу семью. Ты делаешь все, чтобы мы здесь не появлялись.

– Что вы говорите? – схватилась за голову Виктория. – Ну почему вы меня так ненавидите? За что? Разве я развела вашего сына с первой женой? Разве я виновата в том, что он женился на мне?

– Моя предыдущая невестка по крайней мере вела себя по отношению ко мне достаточно почтительно, – ответила своим хорошо поставленным голосом Римма Алексеевна.

– А я веду себя непочтительно. Господи, когда это наконец закончится?

– Когда я умру, – коротко отрезала старуха, – ты меня в могилку сведешь и успокоишься. И не нужно так кричать.

– Я раньше вас умру, – вздохнула Виктория, – вы же знаете, что мне нельзя нервничать.

– Ну так и не нервничай, – рассудительно ответила Римма Алексеевна.

Дронго старался не шуметь, чтобы они не узнали, что он в каминном зале.

– Что? Что вы от нас хотите? – почти истерически спросила Виктория.

– Ничего не хочу. Я только считаю, что твой муж обязан помогать своему младшему брату. И не нужно так кричать.

– А он не помогает? – снова спросила супруга Горбовского.

– Нет, не помогает, – ожесточенно ответила Римма Алексеевна, – ты ведь знаешь, что у Аркадия нет приличной работы. Ему сорок три года, а он все еще кандидат наук. В его возрасте люди уже давно работают директорами институтов. Если бы Роман хотел, он бы давно сделал своего брата директором института.

– Что вы такое говорите? Как он может сделать своего брата директором института? Там директор – доктор наук, член-корреспондент Академии наук. Разве можно его сравнивать с Аркадием Андреевичем?

– Ты ничего не знаешь, поэтому и не говори, – отрезала старуха, – мой Аркадий не хуже других. Сейчас время такое. Все можно сделать. И если бы Роман захотел, его брат давно бы и диссертацию защитил, и директором стал. Сейчас и докторскую купить можно, никаких проблем нет.

6
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru