Пользовательский поиск

Книга Символы распада. Страница 45

Кол-во голосов: 0

«Когда он закончит? – нетерпеливо думал Земсков. – Пусть наконец назовет имя».

– Мне оставалось только изучить личные дела сотрудников Центра и сделать некоторые выводы. Десятого июня академик Добровольский весь день провел в третьей лаборатории. Он не выходил оттуда, значит, его я сразу отбросил. Преступление мог спланировать только человек, имевший доступ к магнитным карточкам-ключам, открывающим хранилище. Он должен был гарантировать Глинштейну и Суровцеву получение магнитных карточек и кода для открытия дверей, иначе бы все сорвалось. У Шарифова такой взможности не было. Кроме академика Добровольского, это могли быть только три человека – Кудрявцев, Сырцов и Волнов.

Все почему-то посмотрели на Кудрявцева. Тот опять смутился, тронул галстук, поправил очки и немного нервно спросил:

– И что из этого следует?

– Сейчас объясню, – кивнул Дронго. – Только три человека, если не считать самого Добровольского, могли оказаться организаторами этого преступления. Я проверил список, который мне дали. Ни один из руководителей Центра, даже Шарифов, не смог бы одновременно обеспечить получение карточек-ключей, получение кода для прохода в хранилище, замену пленки в видеокамере и, наконец, беспрепятственный выезд машины с радиоактивными отходами! Значит, это могли быть только эти трое. Я пошел дальше – проверил, кто именно несколько раз появлялся на проходной десятого июня, и выяснилось, что Сырцов вообще никуда не выходил в этот день. Но трижды выходили Кудрявцев и Волнов.

На этот раз все посмотрели на подполковника Волнова, но тот сидел спокойный, словно ничего особенного не происходило.

– Наконец, самое важное, – продолжал Дронго. – Я понимал, что появление Финкеля и Архипова в составе комиссии – это та неожиданность, которую убийца не мог предусмотреть. Но еще я понимал и другое. Организатор этого преступления обязательно должен был находиться в Москве именно в мае, когда произошло убийство Сиротина и его супруги. И снова совпадение. В мае уходил в отпуск только заместитель директора института Кудрявцев.

Земсков, уже не сдерживаясь, мрачно посмотрел на исполняющего обязанности директора института. Кудрявцев опустил голову, уставившись на свои дорогие туфли, снова нервно поправил галстук и почему-то сильно покраснел.

– Однако мне удалось выяснить, что примерно в эти же дни в командировке в Москве находился и Волнов. Но он пробыл там всего несколько дней.

Дронго замер, остановившись около стола, за которым сидели два генерала, и, глядя на них, произнес:

– Убийца, наносивший удары Мукашевичу, очень торопился. Он бил очень сильно, стараясь нанести свои удары как можно точнее и быстрее. Экспертиза подтвердит, что это мог сделать только очень сильный физически человек.

– Вы ведь занимались боксом? – закричал Земсков, вскочив со своего места и глядя на Кудрявцева. Тот поднял голову, растерянно снял очки и хотел что-то ответить, но его опередил Дронго.

– Вы правильно подумали, генерал. Вы решили, что это мог сделать только Кудрявцев. Да еще подмененная пленка, ведь для того, чтобы изменить программу компьютера, нужны как минимум некоторые знания. Но у меня еще есть самое убедительное доказательство, генерал.

С этими словами Дронго шагнул к Кудрявцеву и почти выхватил у него из рук очки. Кудрявцев даже не пытался протестовать.

– Какие у вас очки?

– Минус пять, – выдавил Кудрявцев. – Неужели это тоже ставится мне в вину?

– Нет. Возьмите, – вернул ему очки Дронго. – В день убийства молодых ученых, генерал, лил сильный дождь, и человек с таким зрением, как у Кудрявцева, просто не сумел бы прострелить шину с большого расстояния. Но зато это мог сделать другой человек, тот, кто был мастером спорта по пятиборью и стреляет профессионально, – и Дронго эффектным жестом указал на подполковника Волнова.

Тот начал медленно подниматься.

– У вас техническое образование, подполковник, и вы хорошо разбираетесь в компьютерах, – продолжал Дронго, – кроме того, лучше вас никто в Центре не стреляет, а вам нужно было попасть в колесо автомобиля с довольно большого расстояния. И, наконец, вы были в мае в Москве, и вы дежурили десятого июня на воротах. Стольких совпадений просто так не бывает.

– Вы с ума сошли, – Волнов побледнел.

– Нет. На пуговицах одежды убитого найдены ваши отпечатки пальцев. Об этом мне только что сказал прокурор Миткин, он... – Дронго не договорил, потому что Волнов ринулся к нему.

– Сукин сын! – кричал он в бешенстве. – Будь ты проклят!

Ильин и Левитин не успели перехватить его. Сырцов бросился за ним. Дронго подождал, пока подполковник достигнет пределов досягаемости его кулака и нанес правой рукой сильный удар ему в лицо. Тот покачнулся, и в этот момент его схватили.

– Будь ты проклят! – орал Волнов. – Будь ты проклят!..

– Сдать оружие! – закричал подскочивший к нему Сырцов. – Ты арестован!

– Вот и все, – Дронго повернулся к Земскову. – Вот он и был главным организатором этого хищения и убийцей всех троих сотрудников Центра. Я думаю, он был и организатором убийств в Москве.

Офицеры вывели продолжающего бесноваться Волнова в коридор. Кудрявцев, все еще не понимая, что произошло, беспомощно вертел головой. Модный галстук съехал в сторону, но он не обращал на это никакого внимания.

– Вы действительно нашли его отпечатки пальцев? – спросил Ерошенко.

– Конечно, нет, – улыбнулся Дронго, – последнее я сказал, чтобы вывести его из себя. Это было для него самое страшное доказательство.

– Здорово, – не удержался от возгласа Ерошенко.

– Спасибо... Дронго, – Земсков впервые назвал его этим прозвищем, под которым его знали во всем мире. Генерал протянул ему руку и удовлетворенно кивнул.

– Да, – раздался голос академика Финкеля, – я думал, подобное бывает только в кино. У вас феноменальные аналитические способности, молодой человек, просто феноменальные. Вам нужно было идти в физику.

– Нет, – засмеялся Дронго, – мой учитель физики считал, что мне нужно работать фокусником.

– Почему?

– Я всегда умудрялся переписывать контрольные по физике. И даже когда он посадил меня за первую парту, я умудрился исписать два двойных листа, хотя он следил за мной, чтобы я не пользовался шпаргалкой. На следующий день учитель объявил, что он ставит мне четверку. В ответ на мой нахальный вопрос – почему четверку, он честно признался, что поставил бы и «пять» за столь безупречно написанную работу, но не может, так как, переписывая из учебника, я увлекся так, что в одном месте написал: смотри рисунок двести тридцать один.

Все расхохотались. Финкель встал с дивана и подошел к Дронго.

– У вас очень благородная задача, молодой человек. Наказывать негодяев и оправдывать невиновных людей. Но это еще не все. Теперь нужно найти второй исчезнувший ЯЗОРД.

– Теперь найдем, – торжествующе-победно пообещал Земсков. – Пусть только Волнов попробует не рассказать нам все. Теперь мы все узнаем.

Впервые за все эти дни он был по-настоящему счастлив.

45

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru