Пользовательский поиск

Книга Символы распада. Страница 19

Кол-во голосов: 0

– Что не получается? – разозлился Земсков. У него появилась наконец стройная теория заговора военных и ученых, к которому ФСБ не имела никакого отношения. Но этот упрямый полковник все портил. – Почему не получается? – еще раз спросил генерал.

– Десятого числа машина, за рулем которой находился Мукашевич, вывезла груз, а одиннадцатого он был отправлен в командировку в Иркутск, – пояснил Машков. – Я уже все проверил. Командированных было четверо, и Мукашевич все время находился с ними, никуда не отлучаясь. Он бы не сумел прилететь обратно в Центр, прострелить переднее колесо и улететь снова.

– Тогда скажите, кто мог это сделать, – предложил с неприятной улыбкой Земсков, увидев, как обрадовался Ерошенко. В его словах был скрытый подтекст. Раз ты такой умный, то найди убийцу, как бы говорил генерал.

– Думаю, в любом случае не Мукашевич, – твердо ответил Машков. – Я просмотрел его личное дело. У него не было даже высшего образования. Продумать такую схему похищения он не мог. Это сделал кто-то другой.

– По-вашему, все убийцы должны быть обязательно с высшим образованием, – усмехнулся Земсков.

– Не все. Но тот, кто спланировал это похищение, обязательно должен был все учитывать, – твердо сказал Машков. – И этот человек сумел рассчитать траекторию падения машины, выстрелив в нее именно на обрыве, именно в нужной точке.

– А где же тогда винтовка?

– Ее уже давно здесь нет, – убежденно ответил полковник. – Убийца не настолько наивен, чтобы оставлять ее в Центре. Он давно избавился от нее.

– Все у вас складно получается, – вмешался Ерошенко. – Но где заряды и кто убийца? Вы знаете ответ?

– Нет, товарищ генерал.

– Тогда сидите и молчите, – махнул рукой Ерошенко, – а когда будете знать – скажете. Хорошо вам вот так сидеть и философствовать. А мы обязаны доложить своему руководству, кто виноват и где эти проклятые «ядерные чемоданчики».

Машков молчал. Утерли ему нос, с неожиданным злорадством подумал Земсков.

– Нужно искать следы Мукашевича, – настойчиво заговорил генерал. – Он не винтовка, два месяца назад не пропал. Машков – ответственный за розыски, – добавил он. – Левитин и Ильин продолжают допрос свидетелей. Подключите всех офицеров в помощь. Пусть Сырцов и Волнов вам помогают. Мы должны знать, останавливалась ли машина у лаборатории во время выезда или нет.

– Разрешите, товарищ генерал. – Опять этот Машков лезет со своими вопросами. Вот пусть поищет Мукашевича и, когда не найдет его, получит свое взыскание... Тоже мне умник.

– Что у вас? – раздраженно спросил генерал.

– Я подумал, что мы можем применить метод, который позволит нам определить возможность вывоза из Центра похищенных зарядов. Метод, так сказать, академика Финкеля. Надо проверить наличие радиоактивности у дверей лаборатории, там, где обычно останавливался автомобиль. Если ядерные заряды грузили оттуда, то радиоактивность еще должна была сохраниться, хотя бы фон, даже по истечении двух месяцев.

– Что вы кончали? – спросил генерал. – Какой институт?

– Физтех, – улыбнулся Машков, – собирался стать ученым, но так уж получилось... Тогда отправляли в КГБ по комсомольскому набору.

– Ясно. – Земсков впервые посмотрел на своего офицера с некоторым удовлетворением. Если это сработает, то уже неплохо, можно будет точно доказать, что действительно виноваты ученые Центра, который находился в ведении Министерства обороны, а помогал им военнослужащий.

Все происходящее генерал рассматривал только с точки зрения собственного благополучия. Он понимал, что ему все равно придется несладко. Но одно дело разделить эту ответственность пополам и получить выговор, и совсем другое – отвечать за все лично и быть уволенным из органов ФСБ.

– Проверяйте, – сказал он, – все проверьте и доложите.

Вошел офицер и, спросив разрешения у генерала, протянул Машкову лист бумаги.

– Только что получили, товарищ полковник, – доложил он.

– Что у вас? – быстро спросил Земсков.

– Результаты экспертизы видеопленки, товарищ генерал, – пояснил Машков. – Я посылал в Москву, чтобы срочно проверили. Эксперты установили, что один и тот же сюжет повторен дважды. Причем второе повторение прошло девятого июня. Кто-то изменил программу компьютера и сумел провести один сюжет дважды.

– О чем вы говорите? – не понял Земсков.

– Каждый, кто входит в хранилище, фиксируется на пленке камеры слежения, и этот эпизод вносится в компьютерную память, – пояснил Машков. – Я проверил журналы учета и обнаружил, что Суровцев и Глинштейн входили в хранилище несколько раз в начале июня. Каждый, перед тем как войти в лифт, еще и отмечается в специальном журнале. Вот я и решил сличить данные журнала и компьютерной записи. Попросил в Москве срочно проверить в нашем отделе.

– Ну и что?

– Дважды повторен один и тот же эпизод. Кто-то внес в программу изменение. Очевидно, эти двое все-таки выносили заряды из хранилища.

– А как они их потом подняли наверх?

– Там охрана стоит не всегда, – пояснил Сырцов, – иногда офицеры отлучаются. По правилам они не должны там находиться все время, только дежурный.

– Когда зафиксировано смещение эпизодов?

– Девятого, как раз в день вывоза отходов.

– Дежурный мог не знать, что это заряды, – пояснил Сырцов. – Он не проверяет, что и куда несут ученые. Его задача не пускать в лифт посторонних и не выпускать посторонних.

– Все правильно, – зло сказал Земсков. – Он охраняет хранилище от людей, вместо того чтобы охранять заряды.

– По нашей инструкции он обязан проверять всех входящих и выходящих, а не ученых с их оборудованием, – пояснил Сырцов.

– Поэтому у вас и случаются хищения, что у вас такие дурацкие инструкции, – закричал Земсков. – Срочно проверьте, кто имел доступ к компьютеру. Все срочно проверьте и доложите.

– Слушаюсь.

– Возьмите людей и проверьте эту чертову радиоактивность, – продолжал бушевать генерал. – Все проверьте. У вас тут не Центр, а настоящий вертеп. Никакой дисциплины, каждый делает что хочет. Проверьте все наконец и найдите, куда могли деться эти проклятые заряды. Опросите соседей убитых, может, они их дома прятали, – зло закричал он, понимая, что этого не может быть. – Должны же остаться хоть какие-то следы.

Раздался резкий телефонный звонок. Все вздрогнули, настолько были напряжены нервы. Ерошенко, сидевший рядом со столом, протянул руку и взял трубку. Потом сказал:

– Вас, товарищ генерал.

Земсков выхватил трубку. Это был директор ФСБ.

– Что у вас там происходит? – спросил он. – Есть новости?

– Мы проводим расследование, – чуть запнувшись, доложил уже совсем другим голосом Земсков. – Установлена и доказана вина двух погибших ученых, которые похитили заряды из хранилища. Большую помощь нам оказали академики Финкель и Архипов. – Он специально говорил много, оттягивая самое важное сообщение, которое больше всего интересовало директора.

– Где заряды? – перебил тот своего заместителя.

Нужно было решаться. Все равно рано или поздно придется сообщить. Земсков взглянул на напряженно глядевших на него офицеров и глухо сказал:

– Нами установлен сообщник погибших ученых, который помогал им вывозить заряды с территории Центра. – Он все-таки не рискнул сказать, что ядерных зарядов в Центре уже нет.

– Как это «помогал вывозить»? – спросил директор. – Значит, их нет в Центре?

– Нет, товарищ генерал, – сообщил Земсков убитым голосом.

На другом конце провода шумно задышали. У директора было невероятное терпение, если даже в этот момент он не выругался.

– Чего ты мне басни рассказываешь? – прошипел он. – Значит, у нас из-под носа украли бомбы, а мы ничего не знали. Когда их украли? – Земсков молчал. – Ты меня слышишь? – Директор никогда не позволял себе обращаться к своим подчиненным на «ты», и это было самым верным показателем его раздражения.

– По нашим сведениям, их вывезли из Центра два месяца назад, – сообщил Земсков, ожидая нового взрыва. В трубке воцарилось долгое молчание. Потом директор, не сказав больше ни слова, просто положил трубку. Очевидно, опасаясь сорваться.

19

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru