Пользовательский поиск

Книга Символы распада. Содержание - Париж. 21 августа

Кол-во голосов: 0

– Ты ничего не можешь понять, – горько сказал Машков. – Интересы государства должны превалировать...

– Это ты расскажешь алжирским детям, если сегодня не успеют перехватить яхту Абделя. Или французским, если мы опоздаем. – Он посмотрел на часы: – В половине восьмого отходит поезд на Париж. Мы должны успеть.

– А с этими упырями что делать? Хочешь освободить?

– Нет. Я верну ему билет, паспорт, деньги и пистолет. Только сначала позвоню в полицию, – улыбнулся Дронго.

В номере люкс были две комнаты, и связанный Ревелли лежал в спальне, тогда как они разговаривали в гостиной. Дронго вошел в спальню, развязал Ревелли, положил на столик паспорт, билет, деньги, все деньги. И пистолет, из которого он вытащил обойму.

– Я свое слово сдержал, Ревелли. Торопитесь в аэропорт. Из ваших денег я взял шесть тысяч триста долларов на билеты и за проживание в отеле. Мы их потратили на ваши розыски. Остальные деньги ваши.

– Спасибо, – улыбнулся Ревелли, разминая руки, – я думал, вы заберете большую часть денег.

– Вы читали Бальзака? – вдруг спросил Дронго.

– Какого Бальзака? – не понял Ревелли.

– Французского писателя девятнадцатого века. Он сказал гениальную фразу: «Гнусное свойство карликовых умов приписывать свое духовное убожество другим». До свидания, Ревелли.

Они вышли, мягко прикрыв дверь. Спустились в холл. Дронго подошел к портье, попросив разрешения позвонить. И почувствовал, что Машков положил свою руку ему на плечо.

– Не нужно звонить в полицию, – попросил полковник.

– Ты же сам говорил, что их не следует отпускать.

– Не звони, – мрачно попросил полковник, – пусть убирается в свою Америку.

– А Полухин?

– И он тоже. Не звони. Ты ведь понимаешь мои мотивы. Если их арестуют, то все раскроется, а мы не можем этого допустить. Черт с ними, пусть убираются отсюда.

Дронго во второй раз за это утро положил трубку на место.

– Я передумал, – мрачно сказал он портье, – мне не нужен телефон. До свидания.

Он первым вышел из отеля, а за ним поспешил полковник.

– Ты ведь должен меня понимать, – смущенно сказал Машков.

– Мы опаздываем на вокзал, – ровным голосом произнес Дронго, – отсюда еще минут десять пешком. А нам нужно взять билеты и найти свой поезд. Пошли быстрее.

Париж. 21 августа

Из поезда они связались с Москвой и узнали, что яхта так и не была перехвачена. Корабли опоздали, и остановить Абделя не удалось. Машков впал в такое мрачное настроение, что Дронго даже пришлось его успокаивать. Приехав в Париж, они узнали, что в город подтянулись дополнительные силы для расследования. Прибыло еще около тридцати сотрудников Службы внешней разведки и Главного разведывательного управления, владевших французским и английским языками. Для координации действий прилетел генерал Потапов. Вместе с ним в Париж прилетел академик Добровольский. Российское посольство в Париже превратилось на эти дни в штаб по розыску исчезнувшего заряда. По всем известным отелям Парижа и его пригородов были посланы сотрудники посольства и спецслужб. Алжирское посольство было взято под особое наблюдение. В аэропортах Шарль де Голль и Орли каждый самолет, прибывавший из Алжира, встречали сотрудники ФСБ, имевшие фотографии Абделя. Но все было безрезультатно. День двадцать первое августа закончился. Никто не спал и в следующую ночь. Двадцать второго утром прилетело еще пятнадцать человек. Нужно было отыскать заряд до двадцать третьего августа, до того момента, когда Абдель и его спутники предъявят ультиматум властям, заявив на весь мир, что у них есть подобное оружие.

Не спавший всю ночь Дронго приехал днем в российское посольство. В кабинете посла находились осунувшиеся Потапов, Машков, Добровольский и сам посол. Особенно переживал Машков, считавший, что, не позволив Дронго вызвать вертолеты, он фактически помог Абделю. Потапов уже подумывал и о том, чтобы вызвать в Париж арестованного Хорькова.

Дронго подсел к Добровольскому.

– Простите, Игорь Гаврилович, что я вас беспокою, – обратился он к академику. – Я понимаю, что сейчас не время. Но меня очень интересуют некоторые детали. Вы не могли бы в общих чертах объяснить мне, что представляет собой ЯЗОРД? Как конкретно его можно использовать.

– Поздно вы об этом спрашиваете, – усмехнулся академик.

– Раньше мне это не было нужно, – серьезно ответил Дронго, – а сейчас понадобилось. Поэтому я вас и побеспокоил. Я так понимаю, что это ядерное оружие в миниатюре?

– Не совсем, – улыбнулся Добровольский. – Ядерное оружие – это прежде всего ядерный заряд, который состоит из ядерного боеприпаса, средств доставки этого боеприпаса к цели, различных компьютерных средств управления, которые обеспечивают доставку заряда к месту и его корректировку при наведении на цель.

– Нет, мне это не нужно. Я хочу знать, из чего состоит ЯЗОРД?

– Он состоит из самого заряда, корпуса, который должен предохранять заряд от воздействия внешней среды, в том числе и от попыток его несанкционированного использования. К заряду подключена небольшая компьютерная программа, обеспечивающая его использование. Вот, собственно, и все. Да, еще – за счет значительного облегчения веса ЯЗОРДы более радиоактивны. Поэтому мы используем для защиты от радиации пластины, разработанные в институте академика Архипова.

– Как может произойти взрыв?

– В результате запуска компьютерной программы. Вообще к ядерному взрыву может привести цепная ядерная реакция... Такое оружие использовалось в Хиросиме и Нагасаки. Более совершенное термоядерное оружие использует принцип термоядерной реакции... Вам рассказывать про цепную реакцию? – поинтересовался Добровольский.

– Нет, – улыбнулся Дронго, – меня интересует другое. Если пластины не сняты, какой фон может быть у ЯЗОРДа?

– Очень небольшой. Практически незаметный, если вы думаете с его помощью найти ЯЗОРДы. Это невозможно.

– Понимаю, – мрачно сказал Дронго. – А какова степень поражения ЯЗОРДа?

– Достаточно мощная. В радиусе нескольких километров могут быть уничтожены все здания. Хотя сама суммарная мощность ЯЗОРДа всего несколько килотонн тротилового эквивалента. Но если произойдет взрыв, то в радиусе пяти-десяти километров будет не только уничтожено все, но и наступят необратимые последствия. Проникающая радиация потока гамма-лучей и нейтронов уничтожит все живое. Мне об этом даже страшно подумать. Сработает эффект проникающей радиации. В общем, никакой разницы нет, что именно взрывают – ЯЗОРД или настоящую водородную бомбу. Просто в первом случае объекты более избирательны, а во втором поражается гораздо большая площадь. Вот и все. Любая мощность ядерного заряда всегда оценивалась тротиловым эквивалентом.

– Значит, заряд должен быть установлен на конкретном месте, а не где попало?

– Для максимального эффекта ЯЗОРДа – да. И хотя это безнравственно – обсуждать подобные вещи, но он должен быть установлен на конкретном объекте, чтобы нанести максимальное поражение. Хотя повторяю, что в радиусе нескольких километров возникнет сильная проникающая радиация.

– Спасибо, Игорь Гаврилович, – поднялся Дронго. – Я, кажется, начал что-то понимать после вашей лекции.

К нему подошел мрачный Машков. Он не спал всю ночь и теперь затравленно посмотрел на Дронго.

– Если что-нибудь произойдет, я застрелюсь, – признался он Дронго, – я никогда не прощу себе, что не послушал тебя.

– Какие глупости, – разозлился Дронго, – при чем тут ты? Ты офицер и выполнял свой долг. Кончай валять дурака.

– Тебе легко говорить, – вздохнул Машков, – а мы не смогли ни перехватить яхту, ни найти этого Абделя.

– У нас есть еще сутки, – напомнил Дронго, – что-нибудь придумаем.

– Это только в кино про Джеймса Бонда можно предотвратить взрыв за несколько секунд до того, как он состоится. В жизни так не бывает.

– Все равно не нужно так убиваться. Сначала они предъявят ультиматум, а мы сумеем за это время что-то придумать. Они же не станут сразу взрывать заряд.

78
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru