Пользовательский поиск

Книга Символы распада. Содержание - Москва. 9 августа

Кол-во голосов: 0

Москва. 9 августа

Президент вышел мрачный и суровый, всем своим видом подчеркивая важность момента. На этот раз на совещание пригласили и министра иностранных дел, успевшего вернуться в Москву, и руководителя пограничной службы. Кроме традиционных руководителей, присутствовали еще и министр по чрезвычайным обстоятельствам, и директор Федерального агентства правительственной связи. Манюков, как обычно, сидел одним из последних в левом ряду. Он видел, что Президент нервничает, и хорошо понимал его состояние. На сегодняшнее заседание пригласили и начальника Генерального штаба, который до появления Президента все время о чем-то шептался с министром обороны.

Президент вошел в зал, и все поднялись. Он коротко кивнул головой и сел первым. Не давая времени на раскачку, начал:

– Вы все знаете о том, что произошло. Случилось то, чего мы все так боялись, о чем все время предупреждали наших военных. И вот очередной срыв. – Президент чуть не стукнул кулаком по столу. – В нашем Центре в Сибири произошло хищение. Комиссия, которая там работает, ничего не смогла сделать. Только выводы свои представила. Они нам так хотят помочь, – зло сообщил Президент, – понимают, что мы все хотим знать, как это могло случиться. И если уж случилось, то куда увезли это оружие? Может, его в Чечню увезли или куда похуже? Может, оно сегодня рванет у нас в Москве, в метро где-нибудь или на Красной площади. И весь город сотрет с лица земли. Пусть директор ФСБ отчитается, а мы послушаем и сделаем выводы.

Директор встал, чувствуя на себе сочувственные взгляды коллег. Только премьер сидел нахмурившись.

– Комиссия, работающая в Центре, пришла к выводу, что хищение произошло два месяца назад. Пропал один военнослужащий, подозреваемый в причастности к хищению. Погибли двое сотрудников Центра. Сегодня мы имеем основания считать, что за этим хищением стояли и внешние силы.

– Что это значит? – повысил голос Президент.

– Чтобы украсть подобные заряды, – пояснил директор, – нужно заранее позаботиться об их изоляции, о защите от радиоактивности. Заряды радиоактивны, и это представляет некоторую сложность в обращении с ними. Однако за несколько недель до хищения в Москве произошло внешне немотивированное убийство одного из сотрудников научно-исследовательского института. Он был убит вместе с женой, и милиция посчитала, что это ошибка бандитов, перепутавших квартиры, хотя и тогда были некоторые сомнения. Сотрудник разрабатывал средства защиты от радиации. И кое-чего добился... Вчера на коллегии рассмотрен этот вопрос, определены приоритетные направления работ, созданы специальные поисковые группы. К расследованию привлечены лучшие специалисты, в том числе и эксперты, сотрудничающие с Интерполом и ООН. Пока что мы определяем направление поисков, исходя из двух версий. Первая – похищенный груз все еще находится в пределах страны, вторая – он был вывезен за рубеж.

Директор не сказал про Чечню, чтобы не подливать масла в огонь, но про нее вспомнил премьер.

– А если эти заряды попали в Чечню? – спросил он.

– Нет, – ответил директор, – мы считаем, что это практически невозможно. Во-первых, у нас там действует многочисленная агентура. А во-вторых, они бы не стали столько времени скрывать такое оружие, а давно бы попытались как-то о нем заявить.

– Это ваше мнение? – уточнил Президент.

– Нет, это мнение наших экспертов.

– Они считают, что можно найти и вернуть заряды обратно? – Президент упорно не смотрел на него, и это было хуже всего.

– Наши эксперты считают, что это возможно, – твердо заявил директор, – но шансы не очень большие. Сейчас мы определяем направление поиска. Пока мы считаем, что ситуация не вышла из-под контроля, так как похищенные заряды не были где-либо предъявлены или использованы для шантажа. Возможно, что они все еще в пределах нашей страны.

– Садитесь, – махнул рукой Президент. – Какие рекомендации у других министерств?

– Наши специалисты уже работают, – доложил тяжело поднявшийся министр обороны, – мы передали сообщение всем военным атташе. Готовы задействовать возможности Генштаба, Главного разведывательного управления. При Генштабе создан аналитический центр, который отслеживает информацию, поступающую со всего мира. Пока никаких тревожных сигналов мы не имеем.

– Мы предупредим все наши посольства, – вставил министр иностранных дел, – чтобы сотрудники наших представительств тоже отслеживали любую информацию по этому вопросу.

– В нашем министерстве создана особая группа, – доложил министр по чрезвычайным ситуациям, – люди готовы вылететь по первому сигналу.

Президент мерно кивал, словно соглашаясь с каждым их словом. Он отрешенно смотрел перед собой, ожидая, когда выступит каждый из присутствующих.

– В Службе внешней разведки мы собираем тех, кто работал с подобными зарядами, – доложил руководитель разведки, – попытаемся дать их общие рекомендации по этой проблеме.

– Общие рекомендации, – грозно повторил Президент, – все у нас вот так. Общие рекомендации. Ясно одно – перед нами возникла очень серьезная проблема. И уже несколько дней мы не можем ее решить. И ни у кого нет серьезных предложений.

Все молчали.

– Простите, – сказал вдруг Манюков, вставая.

Президент кивнул, разрешая ему говорить.

– Мне кажется, что мы должны признать наличие проблемы и заявить о ней международному сообществу, – сказал, чуть запинаясь, Манюков.

– Нет, – решительно возразил министр иностранных дел, – американцы знают о существовании у нас такого оружия. Наверно, знают и некоторые другие государства. Но ни мы, ни они официально никогда не признавали наличия такого оружия. Если мы признаем его существование, то это будет не только наша проблема. Это придаст многим странам импульс к созданию подобного оружия.

– Правильно, – решительно поддержал его министр обороны, – сейчас многие страны сдерживает отсутствие у них ракетного потенциала. А если будет доказана принципиальная возможность создания подобной ядерной мини-бомбы, то контроль за вооружениями будет невозможен. Этого делать нельзя.

Манюков испуганно молчал. Он не ожидал подобной нервной реакции министров. Президент согласно наклонил голову.

– Правильно, – сказал он, – не нужно пока сообщать всему миру о наших проблемах. Как ваша комиссия? Они уже закончили свою работу? – спросил он у директора ФСБ.

– Нет, – сразу поднялся тот, – они еще работают. Сегодня ночью к ним вылетел еще один эксперт. Он бывший аналитик ООН, и мы рассчитываем на его помощь.

– Хорошо, – кивнул Президент, – но учтите, что у вас мало времени. Я отложил свой отпуск и остаюсь в Москве до тех пор, пока не будут улажены все проблемы. Мы обязательно должны решить их самостоятельно. Почему вы не можете найти своего военнослужащего? – строго посмотрел он на министра обороны. – Если он дезертир, то его всегда можно найти. Куда он мог сбежать?

– Мы его найдем, – решительно ответил министр.

– Сколько времени вам нужно?

Министр обороны посмотрел на остальных, нерешительно вздохнул и попросил:

– Три дня.

– Хорошо. Три дня, – согласился Президент. – А вам сколько нужно? – обратился он к директору ФСБ. – За два месяца ничего не смогли сделать, даже не узнали, что у вас под носом произошло хищение, – пробормотал он раздраженно.

– Мы делаем все, что можем.

– Сколько вам нужно, чтобы решить ваши проблемы? – повысил голос Президент.

И директор понял, что он обязан назвать срок. Все замерли. Все молча ждали, когда он назовет какую-нибудь цифру. Любая цифра была нереальной, это понимали все. И все сознавали, что он должен что-то сказать. Он не имеет права молчать.

– Десять дней, – наконец выдавил директор, – нам нужно десять дней.

Президент, тоже понявший, что любой срок будет нереален, уже пожалел о своем вопросе. Но он был задан, и срок назван.

– Хорошо, – вздохнул Президент, – пусть будет десять дней.

33
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru