Пользовательский поиск

Книга Символы распада. Содержание - Поселок Чогунаш. 6 августа

Кол-во голосов: 0

– Да-да, конечно, – охотно согласился с ним Саша.

Вернувшись к себе, мистер Кларк составил подробный отчет о беседе, указав на возможное существование у России подобного оружия. Подумав немного, он указал и на возможность хищения такого оружия, отметив, что в разговоре с ним несколько раз упоминалась и эта проблема. Составляя сообщение, он очень волновался. Оно было самым ценным за все время его пребывания в России.

Он уже предвкушал успех, еще не подозревая, что это сообщение станет началом конца его карьеры.

Поселок Чогунаш. 6 августа

Теперь уже не было никаких сомнений, что заряды похищены и вывезены из Центра. До этого в подобное никто не верил. Двое молодых ученых имели беспрепятственный доступ в лабораторию, и проверка показала, что они бывали там почти каждую неделю. И их дежурство именно в день вывоза отходов вызывало слишком много вопросов. Земсков обратил внимание, что Кудрявцев сидел какой-то задумчивый, словно вспоминал о чем-то неприятном. Но генералу сейчас было не до сентиментальных рассуждений. Следовало немедленно допросить водителя машины, на которой вывозили отходы, и руководителя смены техников, отвечавших за их погрузку.

Пока академики оживленно обсуждали свои проблемы, взбешенный Земсков приказал найти и доставить к нему обоих сотрудников Центра, которые могли оказаться причастными к похищению ЯЗОРДов. Он разозлился не потому, что Финкель и Архипов сумели так быстро обнаружить способ хищения зарядов. Его больше всего злило то, что само хищение подтвердилось и теперь было ясно, что контейнеры стояли пустыми почти два месяца. Он с ужасом подумал, куда могли деться ЯЗОРДы за это время. Докладывать в Москву о том, что заряды похищены два месяца назад, а обнаружено это только в начале августа, означало подписать самому себе немедленную отставку. Но и не докладывать тоже невозможно. Оставалось только выяснить все обстоятельства хищения до конца.

Через пятнадцать минут нашли руководителя смены техников, мрачного, неразговорчивого мужчину лет пятидесяти. Когда он вошел в кабинет, Земсков, не сдержавшись, закричал:

– Это вы работали десятого июня? Ваша была смена?

– Не помню, – с достоинством ответил тот. – А почему вы кричите?

Академики с удивлением посмотрели на сорвавшегося генерала, и тот вспомнил, что обязан сдерживаться, хотя после подтверждения самого факта хищения это было очень трудно. Ядерные заряды похищены два месяца назад, а ФСБ только сейчас узнает об этом. Генерал Земсков с ужасом представлял себе реакцию руководства.

– Извините, – выдавил он, – у меня нервы шалят. Скажите, это ваша смена работала десятого июня?

– Нужно проверить, но мне кажется, что моя. Как раз Глинштейн и Суровцев за день до своей нелепой гибели попросились в смену. Они согласились сопровождать наш груз. Я даже удивился, ведь обычно подобного никогда не случалось. От этой обязанности увиливали все наши сотрудники.

– Они попросились именно десятого? – привстал со своего места Земсков. Рассуждения академиков находили более чем убедительное подтверждение.

– Нет. Они просили об этом еще за день или за два, чтобы успеть получить «добро» руководства. Я даже докладывал Кудрявцеву, и он тоже удивился.

– Вы знали об этом? – обернулся генерал к Кудрявцеву.

– Да, – смущенно кивнул тот. – Просто я совсем забыл об этом. Они действительно подошли ко мне восьмого или девятого июня и попросились в эту смену.

– А почему вы сразу об этом не сказали? – стукнул кулаком по столу Земсков.

– Я не придал этому значения, – опустил голову Кудрявцев. Он снял очки и глухо добавил: – Теперь я понимаю, что мне тогда не следовало разрешать им вот так просто выйти в эту смену. Нужно было уточнить причины, узнать, почему они просятся не в свою очередь. Там была очередь совсем другой пары... Но я им разрешил. Наша обычная запарка, столько было работы, что я даже обрадовался, узнав, что они сами хотят... В общем, вы понимаете, я тогда разрешил. И совершенно забыл об этом. И только сегодня, когда сказали, что они дежурили именно десятого июня, я вспомнил, что это была не их смена.

«Почему он такой забывчивый?» – подумал Земсков, но не стал ничего уточнять. Сейчас не время. Главное, узнать, как груз вышел за ворота Центра.

– Вы разрешили им поменяться? – спросил он у Кудрявцева.

– Да, – тот протер очки и снова надел их.

– И ничего у них не спросили?

– Нет, ничего. Я не придал этому значения. Простите, Игорь Гаврилович, я, кажется, подвел и вас.

– Я бы тоже разрешил и не придал бы этому никакого значения, – благородно ответил Добровольский. – Но теперь-то вы понимаете, что арестованные вами офицеры не имеют к этому хищению никакого отношения?

– С ними решим потом, – отмахнулся Земсков и, обращаясь к руководителю смены, спросил: – Вы лично руководили погрузкой?

– Конечно.

– И вы лично закрывали машину?

– Разумеется. У нас очень строгие правила.

– И автомобиль потом нигде не останавливался?

– По-моему, нет. Он сразу поехал к проходной, чтобы доставить груз на станцию. Там груз перегружают, пломбируют и отправляют для складирования.

– Значит, вы должны были видеть, что, кроме отходов, в машину грузятся и ЯЗОРДы? – снова не сдержавшись, рявкнул Земсков.

– Нет, я ничего не видел, – все так же не повышая голоса, ответил руководитель смены. – И вы напрасно так нервничаете. При мне никаких зарядов погрузить не могли. Это исключено.

– А вот академик Финкель считает, что заряды вывезли именно с радиоактивными отходами, – показал на академика Земсков, – или вы ему тоже не доверяете?

– Ему доверяю, – ответил допрашиваемый, сделав ударение на первом слове и демонстрируя полное презрение к генералу ФСБ, – но при мне ничего подобного не грузили. Иначе я бы немедленно остановил погрузку. Грузили только отходы.

– Вот чем должна заниматься прокуратура, – показал на руководителя смены генерал Земсков. – Вы ведь возбудили уголовное дело, а ничего не проверяете.

– Когда вы закончите, я тут же начну проверку, – спокойно ответил прокурор. – По-моему, сейчас важнее установить не конкретную личность виновного, а место нахождения самих зарядов.

Он был прав, и Земскову оставалось только проглотить и этот упрек.

– Вот план Центра, – показал на схему Ерошенко, решивший, что пора вмешаться, – пусть он начертит путь автомобиля. Где он загружается и как идет к воротам. Пусть все покажет на схеме.

Земсков вспомнил, что руководитель смены – сотрудник Министерства обороны и формально проходит по ведомству военной контрразведки. Водитель тоже был военным. Можно будет в крайнем случае доложить, что ФСБ обнаружило пропажу контейнеров, в хищении которых виноваты военные, подумал он с облегчением.

Руководитель смены подошел к столу и быстрыми, четкими движениям карандаша начертил схему. Ерошенко и Земсков наклонились над схемой. К ним подошел Добровольский.

– И автомобиль нигде не останавливается? – уточнил Земсков.

– Останавливается, – вдруг сказал академик Добровольский. – Вот здесь останавливается, у основных корпусов. Это запрещено, но обычно мы вывозим и другой мусор, который нам не нужен. Вот здесь останавливается.

– Рядом с лабораторией Шарифова, – прочитал Ерошенко по схеме, поднимая голову. – Чего же вы молчали?

– Я не молчал. Вы спросили, и я вам показал. А раньше вы не спрашивали.

– Немедленно найдите водителя машины, – потеряв всякое терпение, приказал Земсков, глядя на полковника Машкова. Тот поспешил выйти из кабинета.

– Кто вы по званию? – спросил Ерошенко у руководителя смены.

– Майор, товарищ генерал.

– Товарищ майор, как вы считаете, могли ли во время остановки погрузить в машину два похищенных из хранилища заряда? Отвечайте честно, как офицер. Могли или нет?

Все замолчали. Земсков скрипнул зубами. Вспомнил про офицерскую честь. Еще бы про присягу напомнил.

– Могли, – мужественно ответил майор. – Думаю, что могли.

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru