Пользовательский поиск

Книга Последний синклит. Содержание - Глава одиннадцатая

Кол-во голосов: 0

Собеседниками Симуры и Важевского были выбраны соответственно отец и сын Чапмены, а также Альма, которая вообще не понимала, что происходит, и тревожно вертела головой, глядя на этих солидных джентльменов, обсуждавших столь важные и столь непонятные ей проблемы.

Теперь стало ясно, что собеседниками комиссара Брюлея и мистера Доула станут едва ли не самые интересные персонажи среди сотрудников, находившихся в «Стакисе». Это были Никита Полынов и Сюзан Бердсли.

Жеребьевка закончилась. Официантка поднялась с кресла, в котором сидела, и вдруг пошатнулась. Очевидно, она сильно переволновалась.

– Воды! – крикнул мистер Доул. – Принесите воды!

– Устроили здесь цирк, – услышал Дронго неодобрительный голос Полынова, сказавшего эту фразу по-русски. Он обернулся и посмотрел на Никиту. Тот не отвел взгляда.

– Мы начинаем через полчаса, господа, – сказал мистер Доул, когда несчастную официантку увели. – Ровно через полчаса я прошу всех начать работать со свидетелями. Я думаю, до обеда мы успеем поговорить со своими парами. А после обеда обменяемся мнениями и продолжим работу. Нам подготовят для работы четыре зала. Я уже просил об этом нашего менеджера, и он сказал, что в нашем распоряжении два конференц-зала, зал ресторана и его кабинет.

– Опять будем бросать жребий? – издеваясь, осведомился Хашаб.

– Нет, – сказал мистер Доул, – мы с комиссаром вполне обойдемся комнатой менеджера. Что касается вас, мистер Хашаб, то я думаю, что вам подойдет зал ресторана. Здесь самое большое помещение из всех имеющихся в отеле. Остальные две пары разместятся в конференц-залах. У вас еще есть вопросы?

Больше ни у кого вопросов не было. Все отдали должное Доулу – он продумал свой план в мельчайших деталях. И только комиссар Брюлей был настроен несколько скептически.

– Надеюсь, что у нас что-то получится, – пробормотал он, – иначе действительно зря мы все это затеяли.

Глава одиннадцатая

Дронго и его напарнику был отведен небольшой конференц-зал, находившийся рядом с той комнатой, где сэр Энтони принимал всех экспертов. В большом зале разместились Симура и Важевский, уже начавшие свою беседу со Стивеном Чапменом, который согласился сюда спуститься.

Хеккет окинул взглядом небольшую комнату, почему-то потрогал один из стульев, словно проверяя его на прочность, и потом уселся за стол, ожидая, когда придет Тиллих. Дронго недовольно покосился на него и сел рядом.

– Не ожидали? – ухмыльнулся Хеккет, показывая свои неровные зубы. – Конечно, вы не хотели попасть именно со мной.

– Не хотел, – кивнул Дронго, – ужасно не хотел.

– Я же вам предлагал работать вместе со мной, – напомнил Хеккет.

– Мы и сейчас с вами вместе не работаем. Только по воле жребия мы оказались напарниками.

– И все вышло так, как я говорил. Хотя идея мистера Доула абсолютно гениальная. Заставить нас поймать друг друга на деталях. Кто-нибудь первым не выдержит и сорвется. Каждая пара контролирует друг друга, а другая пара в свою очередь проверяет их. Гениальная идея, почему я сразу не догадался? А ведь я предлагал нечто подобное.

– Перестаньте паясничать, Хеккет, – хмуро предложил Дронго, – вы предлагали разделить деньги, а не работу. Это совершенно разные вещи. Кстати, вам не говорили в детстве, что у вас неправильный прикус? Нужно было следить за зубами.

– А у меня не было в детстве кому следить, – беззлобно ответил Хеккет. – У меня никогда не было отца, а матери трудно было прокормить троих детей. Я рос на улице, Дронго, а так как я был маленьким и хилым, меня часто били. Сильно били, Дронго. Но сейчас я полагаю, что это даже хорошо, что меня били. Страдания закаляют характер человека. Поэтому я могу выдержать любой удар, а вот вы – нет. Вы редко проигрываете, Дронго, и не сможете держать удар, если подставитесь.

– Почему вы так решили?

– Вы ведь выросли в благополучной семье, закончили университет, стали сотрудником вашего КГБ...

– Я вам уже однажды говорил, что я никогда в жизни не работал в КГБ. А если бы и работал, то не стал бы этого скрывать.

– Какая разница?! Я имею в виду, что у вас все было по плану. Школа, университет, карьера. Непонятно, почему вы еще не стали судейским или прокурорским чиновником. Способности у вас, конечно, были. А у меня все было по-другому. В отличие от вас мне приходилось зубами вырывать свое право на существование. Поэтому иногда мы оказываемся по разные стороны, мистер Дронго. Вы – благородный рыцарь, который защищает пострадавших, а я – всегда разбойник, который хочет отобрать деньги у прохожего.

– Можно подумать, что вы ангел.

– Нет, не ангел. Но мы делаем одно и то же дело. Помните, как мы с вами схлестнулись в прошлом году? Вы представляли одного банкира, а я – другого. Кажется, в России их называют олигархами. Неужели вы действительно думали, что ваш олигарх был лучше моего? Они же одинаковые сукины дети.

– Согласен. Но вы действовали уж слишком гадко. Подставили под убийство невиновного человека. Кстати, я могу провести некоторые параллели. Если прав мистер Доул, а я не сомневаюсь, что он прав, получается, что кто-то подставил несчастную беременную женщину, застрелив перед этим отца ее ребенка. Вы не знаете, кто бы это мог быть?

– Не нужно меня подозревать! – крикнул Хеккет. – Я уже объяснял, что не я спланировал это преступление. И тем более я не решился бы на такую глупость, как яд в стакане маленького мальчика. Это не мой стиль, Дронго. Я могу взорвать целую страну, организовать заговор, устроить грандиозную провокацию, но не стану травить несчастного ребенка. И не нужно говорить, что вы меня подозреваете. Вы прекрасно знаете, что я не сделаю такого. Не смогу. Я всю ночь сегодня над этим думал. Конечно, я не альтруист и не очень верю в человеческую добродетель. Любую женщину можно совратить, любого мужчину можно купить. Но мне кажется, что среди наших экспертов нет такого человека, кто бы так подставился с ребенком. Профессионалы придумали бы другой способ. Не столь грубый...

– Может быть, – кивнул Дронго. – С этим утверждением я еще могу согласиться.

– А с каким не можете? – удивился Хеккет.

– С тем, что каждого можно совратить и купить. Не каждая женщина – шлюха, и не каждый мужчина – продажная тварь. Вам не кажется, что вы немного увлеклись?

– Не нужно так патетически, – снова заулыбался Хеккет. – Все зависит от цены. Если вам дают большую цену, вы продаетесь. Святых давно уже нет, а если они появляются, их тут же тащат на крест. И толпа кричит: «Распни их, распни!»

– Я сейчас вспоминаю одну беседу со своим давним другом. Однажды разговор зашел о взятках. И я честно признался, что за всю свою жизнь ни разу не взял ни одной взятки, что меня невозможно было купить. Наверное, я был тоже не совсем прав, ведь вокруг сидели люди, официальная зарплата которых составляла несколько долларов, и было априори ясно, что все они существуют на какие-то другие доходы. И тогда мой многолетний друг обернулся ко мне и громко спросил: «А тебе давали взятки?» И я впервые в жизни растерялся. Ибо в этом вопросе было и утверждение. Ты такой честный не только потому, что никогда не продавался, а потому, что тебе еще не давали достойной цены. Я что-то пробормотал в ответ, что мне иногда предлагали деньги...

– Он был прав, – сказал Хеккет. – Вы не знаете, как трудно противостоять соблазну.

– Я знаю, – сказал Дронго, – и уже много лет противостою соблазну. И тогда, когда изменил своей юридической карьере, не устроившись прокурором или судьей на хлебную должность. И тогда, когда отказался от другой работы, восприняв распад Советского Союза как личную трагедию. И для себя решил, что, однажды присягнув той стране, которой уже нет, никогда не поступлю на государственную службу другой страны.

– Это громкие слова, Дронго, – пожал плечами Хеккет. – Порядочных почти не осталось. Есть лишь мерзавцы или приспособленцы. Кем вам хочется больше быть?

23
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru