Пользовательский поиск

Книга Опрокинутая реальность. Страница 39

Кол-во голосов: 0

– Каким образом вы об этом узнали? – поинтересовался Дронго. – Это ведь совсем не ваш участок. И подобные убийства вы не должны расследовать.

– Не должна, – согласилась Валентина, – дело в том, что в кармане убитого сотрудники уголовного розыска и следователь прокуратуры нашли мою повестку. Я собиралась вызвать Мальгасарова и допросить его по делу о смерти супругов Мурсаевых. Поэтому они сначала позвонили мне. И я приехала на место происшествия, узнав о неизвестном, который дважды появлялся в клубе.

– Регистратор ошибся, – возразил Дронго, – дело в том, что я приехал туда первый раз к девяти часам вечера, когда Мальгасаров был уже убит.

– У вас есть алиби или свидетели?

– Конечно. Три свидетеля. Они могут по минутам показать, где я был примерно с половины восьмого до девяти часов вечера. Когда я приехал в клуб, он был уже мертв и тело начало остывать. Думаю, эксперты легко определят время убийства.

– И вы видели его мертвым?

– Видел.

– Почему вы не вызвали милицию? – возмущенно спросила она.

– Завтра утром я должен улетать в Амстердам. У меня очень важная встреча в Голландии. И я не могу отменить эту поездку. Если бы я вызвал милицию, мне пришлось бы задержаться. Хотя бы на несколько дней, чтобы давать объяснения, писать оправдательные записки. Я решил, что милицию могут вызвать другие люди. И предупредил об этом Георгия Шенгелия, хозяина клуба «Орфей». Он должен был вызвать милицию.

– Он этого не сделал, – удивленно ответила Валентина, – милицию вызвали сотрудники охраны, а самого Шенгелия нигде не могли найти. Ни дома, ни на даче. И в клубе его не было. Охранники и регистратор дали показания, что он уже две недели не появлялся в клубе.

– Очень может быть, – спокойно прокомментировал Дронго, – мне тем более в это легко поверить, что я сам разговаривал с Шенгелия в кабинете убитого, стоя около его трупа. Согласитесь, что тут показания охранников кажутся особенно убедительными.

Она улыбнулась.

– Вы думаете, что он организовал убийство директора клуба?

– У меня нет пока оснований так думать. Но именно для того, чтобы все выяснить, я лечу завтра утром в Амстердам.

Она понимающе кивнула.

– Нашли Сафиева?

– Возможно. Завтра я все узнаю.

– Честно говоря, я собиралась завтра пригласить вас на допрос, – призналась Линовицкая, – хотела, чтобы вы рассказали мне, что вы делали сегодня в клубе. Теперь понимаю, как правильно я сделала, решив приехать к вам. Не хотела оставлять наш разговор на завтра.

– Это я уже понял. Значит, завтра я могу вылететь в Голландию.

– Можете. Только если пообещаете позвонить мне, как только вернетесь. Надеюсь, вы понимаете, что звонить нужно не домой, а на работу?

– Я могу позвонить и домой, – сказал Дронго, улыбнувшись.

Она взглянула на него и поднялась.

– Знаете, что самое интересное, – неожиданно сказала она, – оказывается, Мальгасаров был в доме у погибшей в ночь убийства. Когда дежурные описывали мне невысокого мужчину с крупной головой, торсом борца и длинными руками, я занесла их слова в протоколы. И только потом поняла, что это совпадает с данными Мальгасарова. Интересный факт, вы не находите?

– Нахожу, – кивнул Дронго, – думаете, что он ее убил. А потом его самого убрали?

– Ничего я не думаю. Завтра будет вскрытие. Посмотрим, что нам скажет экспертиза.

В этот момент из спальни раздался какой-то шум. Она вздрогнула, посмотрела на Дронго.

– Вы не один? – быстро спросила она.

– У меня остановился мой друг, – ему было неприятно врать, но говорить молодой женщине, о том, что в его квартире находится другая женщина, было верхом бестактности. Нанести более тяжкое оскорбление он бы не мог. Ведь он только что обещал ей позвонить. Поэтому приходилось врать.

«Надеюсь, что Мурсаевой хватит ума не появляться в коридоре, – с некоторым испугом подумал он, – иначе мои отношения с Валентиной Олеговной будут испорчены окончательно и бесповоротно».

– Это ваш телохранитель? – уточнила она.

– Да, – ответил Дронго, чувствуя, что краснеет впервые в жизни. Он так нагло никогда не врал.

– Вы предусмотрительный человек, – улыбнулась она, направляясь к выходу.

Он подал ей плащ.

– Я вызову машину, – предложил Дронго, – или хотя бы вас провожу.

– Не нужно, – улыбнулась она, – у меня теперь есть машина, и я сама за рулем. Вам завтра рано вставать. И не забудьте разбудить своего «телохранителя», – кажется, она ему не поверила и с чисто женской интуицией почувствовала, что он врет.

– До свидания, – он закрыл дверь.

Вернулся в кабинет. Из спальни вышла его гостья.

– Это особа уже ушла? – спросила Мурсаева.

– Ушла, – кивнул Дронго.

Она вернулась в спальню.

Глава 17

Среди фотографий, которые хранил Мальгасаров, были фотографии Шенгелия не только с Аллой. Здесь были фотографии и с некоторыми другими молодыми женщинами, среди которых Дронго узнал одну эстрадную певицу и одну известную актрису. Были здесь и снимки Шенгелия с различными политиками, известными бизнесменами. Одна из фотографий запечатлела Шенгелия с Салимом Мурсаевым и Аллой. Они все вместе сидели за столом. Еще на одной фотографии были Ивашов и Мальгасаров. На другой Шенгелия был в окружении нескольких мужчин. Среди них Мурсаев, Ивашов и трое неизвестных.

Дронго отобрал эту фотографию, чтобы завтра уточнить у Эльзы Мурсаевой, кто именно был изображен на снимке. Затем начал просматривать документы. Здесь не было ничего особенного. Копии счетов, копии переводов. Список членов клуба. Здесь, кроме имен и фамилий, указаны организации, где работают члены клуба «Орфей». Вторым в списке значился Авдеечев. Было указано место его работы и рукой Мальгасарова приписано: «выбыл».

Он продолжал читать дальше. Из клуба выбыл также Салим Мурсаев. И здесь рукой Мальгасарова было аккуратно написано это слово. А вот рядом с Аллой директор клуба еще не успел написать слово «выбыла», наверно, потому, что преступление было совершено вчера ночью...

Дронго читал дальше. Среди членов клуба было много известных имен. Не только звезды театра, кино и шоу-бизнеса, но также политики, бизнесмены, популярные журналисты. Среди знакомых фамилий Дронго нашел Ивашова, работавшего исполняющим обязанности президента компании «Прометей», двоих руководителей ОНК. Однако в списке не было фамилии Сушкова, очевидно, тот считал для себя необязательным быть членом этого клуба, доступ в «Орфей» и так был открыт для него в любое время.

А вот и Самедов. Тот самый исчезнувший Мехти Самедов, о котором ему говорили в Сыктывкаре. Значит, и он был членом клуба. Ну конечно, они все принадлежат к одному клубу. У них свой круг общения.

Теперь посмотрим финансовые документы. Что здесь такого важного, что Мальгасаров прятал их в своем сейфе? Обычные платежи в клуб, квитанции об уплате членских взносов. Ничего особенного. Стоп. Копия платежного поручения. Интересное число. За несколько дней до своей смерти Салим Мурсаев, как обычно, внес квартальную плату. Но не только за себя. Заплатил за пятерых. Тут так и написано. За пятерых членов клуба. Пятеро – это очевидно, он сам, его жена и сестра. Кто остальные двое? И почему он за них платит? Очень интересно. Может быть, Авдеечев с женой? Нет, в списках членов клуба нет их жен. Вернее, они вписаны в одну строчку рядом с мужьями. Значит, можно было вписать одного члена семьи и приходить с супругой. Логично. Но тогда почему пятеро? Может быть, двое из них – как раз те, кто стоит рядом с Мурсаевым и Ивашовым на снимке?

Дронго закончил просматривать документы в четвертом часу утра. Интересно, чего так боится Сафиев, что не решается вернуться в Москву? Неужели своих сообщников, вместе с которыми он убрал своего друга? Но они могли убрать его вместе с Мурсаевым. Им бы никто не помешал. Однако они этого не сделали, а потом Сафиев сбежал.

Он заснул в половине пятого и уже в половине седьмого, проснувшись, отправился принимать душ.

39
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru