Пользовательский поиск

Книга Линия аллигатора. Содержание - Глава 21

Кол-во голосов: 0

– Мы специально приехали, чтобы с вами поговорить, – начал Юдин. – Ваш сообщник Крутиков дал некоторые показания, и мы хотим их проверить.

– Какие показания? – Проколов не смотрел никому в глаза, словно боялся себя выдать. – Я ничего не знаю.

– Несколько дней назад, – не обращая внимания на его слова, начал говорить Юдин, – вы вместе с Крутиковым совершили нападение на автомобиль, в котором ехали сотрудники ФСБ. Вы подтверждаете эти показания?

– Какие сотрудники? – спросил Проколов. – Я не знаю, кто там был.

– Мы провели опознание, – сдерживаясь, напомнил Уханов, – и сотрудник ФСБ опознал в тебе того самого стервеца, который убил двух его товарищей. Не темни, Проколов. Ты ведь говорил мне, что был там, но не знал, в кого стреляешь.

– Да, – кивнул Казак, – и сейчас не знаю.

– Кто был еще в машине? – спросил Юдин. – сколько человек вас было?

– Сами ведь все знаете, – осторожно ответил Проколов, – трое нас было.

– Кто третий? – не отставал Виктор.

– Мужик какой-то, он за рулем сидел, – выдавил Проколов.

– Вы раньше его знали?

– Кого?

– Этого мужика.

– Может, и виделись. Я не помню.

– А как его звали?

– Не знаю, – осторожный взгляд в сторону все время молчавшего Самойлова и наконец еще одно добавление, – кажется, Марат.

– Кажется или точно?

– Может, точно.

– Где вы с ним встречались?

– Не помню. Меня туда Крутиков отвозил.

– А вот он утверждает, что его вы отвозили.

– Врет, – подпрыгнул Проколов, – точно, врет. Я вообще ничего не знал. Мне Крутиков сказал: «Поедем, выгодное дело есть». А когда приехали, меня в автомобиль посадили и автомат дали. А отказываться в таких случаях нельзя. Вы ведь видели, какой он бандит. Товарища убил и меня хотел замочить.

Самойлов по-прежнему молчал, и это все больше нервировало бандита, который не понимал, отчего молчит этот пожилой начальник. В его молчании было нечто зловещее, отчего Проколов нервничал все сильнее.

– Как зовут Марата? – спросил Виктор.

– Не знаю. Мы его называли Марат.

– А где его можно найти?

– Никак не знаю. Я у него только один раз был.

Самойлов вдруг поднялся со своего места и подошел к бандиту.

– Хватит, – сказал он, с презрением глядя на попытавшегося встать Проколова, – ты не в цирке. Там будешь слоном стоять. А нам врать не нужно. Ты все знаешь. Напрасно дурачка из себя строишь.

– Не знаю я ничего, – испуганно прижал руки к груди Казак.

– Какой ты Казак? – с презрением сказал Самойлов. – Я сам настоящий казак и скажу тебе, что такую гниду, как ты, ни в один дом настоящий казак не пустит. Тебя за твои вислые усы Казаком назвали, а на самом деле ты дерьмо.

Проколов снова попытался вскочить, но под взглядом полковника остался на месте.

Тот, высказав все, что хотел, повернулся и вышел. Наступило молчание.

– По-моему, будет лучше, если ты начнешь говорить правду, – невозмутимо заметил Уханов.

Через десять минут Проколов вернулся в камеру. Он молча прошел к своему месту, где уже сидел один из его сокамерников. Это был единственный человек в их камере, которому Проколов доверял. Он слышал о нем, сидя в лагере под Семипалатинском, когда Казахстан еще входил в единое государство. Уже тогда все говорили о мастерстве Барона. И теперь, узнав, что его сосед – Барон, он проникся особым доверием к этому малоразговорчивому соседу, не пытавшемуся влезть к нему в душу. Скорее, наоборот, сам Проколов пытался навязать свое соседство Барону.

Барон ничего не спрашивал. Проколов сел рядом и вздохнул.

– Опять мучили, – сказал он. – Гнида Крутиков, все им выложил.

– А где он сам? – лениво спросил Барон.

– В больнице, гнида. Я бы его удавил.

– Он раскололся?

– Да. Рассказал, как мы убивали офицеров ФСБ. Все рассказал, мерзавец. А сам в спину мне стрелял.

Барон долго молчал. Так долго, что Проколов уже решил, что с этой темой закончено. Пока минут через пятнадцать сам Барон наконец не сказал:

– «Мертвяки» на тебе, Казак. Офицеры ФСБ. За это меньше «вышки» никак не дадут. Это уж точно.

– Да я знаю, – занервничал Проколов, – что же мне делать? Из Лефортово убежать нельзя.

– Убежать нельзя, а придумать что-нибудь можно, – усмехнулся Барон и повернулся, собираясь ложиться спать.

Проколов долго терпел. Потом наконец наклонился к Барону.

– Ты чего сказал? – спросил он.

– Спи, – коротко ответил Барон, – и никогда не торопись. Спешка нужна в другом месте, сам ведь знаешь. А у тебя дерьма столько, что тебе торопиться не стоит.

– Что мне делать? – не унимался Казак.

– Ничего. Я до утра что-нибудь придумаю. А ты лучше спи. И никому не доверяй. В таком деле товарищей не бывает. От тебя уже падалью пахнет, поэтому все бояться будут.

Барон умолк и не проронил больше ни слова. А испуганный Казак так и остался сидеть на своей койке, медленно соображая, что ему сказал его авторитетный напарник.

Глава 21

Водитель, сидевший за рулем автомобиля, повернул направо, чуть сбавляя скорость. Сидевший рядом с ним рыжеволосый повернулся к Дронго.

– Оружие есть? – спросил он по-русски.

– Я плохо говорить, – пробормотал Дронго. Все-таки они предусмотрели и этот вариант, решив, что проверку лучше проводить в другом месте, не рядом с отелем.

– Выходи из автомобиля, – предложил рыжеволосый. Машина остановилась, и Дронго открыл дверцу, шагнул на тротуар. Следом за ним вылез и рыжеволосый. Он проверил карманы его плаща и костюма. Очевидно, был уверен, что журналист не имеет оружия, но тем не менее обшарил достаточно тщательно. Найдя складной швейцарский нож, усмехнулся, открыл лезвие, закрыл и, переложив его к себе в карман, знаком разрешил Дронго вернуться в автомобиль.

– Салага, – сказал рыжеволосый, усаживаясь рядом с водителем, – решил ножиком поиграть.

Дронго усмехнулся, но не стал ничего говорить. Просто развалился на заднем сиденье, ожидая, когда они наконец приедут. Автомобиль катил по Ленинградскому проспекту. Затем свернул куда-то в сторону, но пока невозможно было определить, куда они едут. Через полчаса машина сбавила скорость. Было уже темно, но иногда в окнах небольших домов, расположенных вдоль дороги, мелькали огни. Очевидно, они были теперь где-то на окраине Москвы, по расчетам Дронго, недалеко от аэропорта Шереметьево.

Машина свернула на небольшую проселочную дорогу, а уже затем затормозила, чтобы въехать во двор довольно большого двухэтажного дома. Именно в этот момент Дронго проверил оружие, приклеенное к ноге, и осторожно открепил пластырь. Автомобиль остановился.

– Приехали, – повернулся к нему рыжеволосый и почти сразу получил сильный удар пистолетом по голове. Обливаясь кровью, он дернулся и, потеряв сознание, сполз на сиденье. Водитель даже не успел понять, что происходит, как Дронго вдавил свой пистолет в его скулу.

– Не дергайся, салага, – насмешливо повторил он выражение рыжеволосого, еще больше пугая водителя, – сиди спокойно и останешься в живых.

– Ты знаешь русский! – ужаснулся молодой парень.

– Кто в доме? – спросил Дронго, игнорируя его реплику. – Быстро, сколько человек в доме?

– Двое, нет, трое, – пробормотал водитель.

– Где женщина? Женщина где? – угрожающе выдохнул Дронго.

– Какая женщина? – не понял водитель.

– Которую вы захватили?

– Я ничего не знаю. Они сказали, чтобы мы просто тебя привезли. Больше ничего не знаю, – дрожащим голосом пролепетал водитель.

– Охотно верю, – Дронго чуть ослабил давление пистолета. Затем тихо сказал: – Достань свой ремень. Но делай все очень медленно, иначе я прострелю тебе голову.

Водитель кивнул, доставая свой ремень. Дрожащими руками протянул его Дронго.

– Подними обе руки вверх, – велел Дронго, и едва водитель выполнил требование, Дронго, сделав петлю, накинул ремень на руки парня, туго затянул его.

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru