Пользовательский поиск

Книга Инстинкт женщины. Содержание - Глава 30

Кол-во голосов: 0

— Убедили, — кивнула Марина. Ей нравилась эта неглупая женщина, так тактично и мягко предложившая свои услуги. — С чего начнем?

— С вашего кабинета, — предложила Диана Анатольевна. — Давайте пройдем туда и конкретно решим, что вам сейчас нужно.

— Вы думаете, у нас будут в Англии приемы? — спросила с сомнением Марина. — Мне кажется, Валентин Давидович решил отвезти в Лондон свою дочь, а она не совсем…

— Он никогда не путает личные дела со служебными, — несколько напряженным голосом сообщила вступившая в разговор Лида. — Через неделю у вас в Париже будет прием, на который приглашен и Валентин Давидович. Обычно его супруга не ездит на такие приемы, а приходить одному не принято.

— Ясно, спасибо, Лида, за пояснение. — Марина подумала, что первый недоброжелатель у нее уже есть. Очевидно, Лиду нервировала новенькая, так неожиданно получившая столь вожделенный для многих пост.

Они вошли в ее кабинет, и Марина не увидела, как к Рашковскому прошел генерал Фомичев. И когда он тяжело опустился на стул, усаживаясь напротив Кудлина, хозяин кабинета спросил:

— Что у вас нового?

— Ничего подозрительного. Очевидно, Чернышева именно тот человек, за которого себя и выдает. Мы проверили и ее детские фотографии, и историю ее знакомства с Елизаветой Алексеевной. Все сходится. Если разрешите, мы устроим еще одну специальную проверку. По нашей обычной методике.

— В этом есть необходимость? — нахмурился Рашковский. Кудлин с тревогой следил за своим боссом. Очевидно, тому действительно очень понравилась новая сотрудница. Раньше он не задавал подобных вопросов.

— Есть, — решительно возразил Леонид Дмитриевич, — нужно иметь абсолютные гарантии, что ее к нам не подослали.

— Сейчас никто не может дать таких гарантий, — отмахнулся Рашковский. Затем, взяв лист бумаги, крупным почерком написал:

«Я завтра улетаю. Нужно предупредить всех, что это ненадолго. Никаких сплетен».

Фомичев, прочитав, кивнул в знак согласия. Потом взял другой лист и написал:

«У Звонкова появилась новая информация. Сейчас все проверяем».

Рашковский сделал жест рукой, означавший требование уточнить сказанное.

«Насчет нападения на ваши машины», — старательно вывел Фомичев.

Кудлин, читавший, что пишет бывший генерал, с тревогой взглянул на Рашковского. Он знал, как тот нервно реагирует даже на упоминание о ранении его дочери. Рашковский схватил лист бумаги и размашисто, почти разрывая бумагу, написал через весь лист:

«Я им этого не прощу».

Глава 30

Цапова везли довольно долго. Ему не стали завязывать глаза, и это был дурной знак. Очевидно, его похитители полагали, что он уже никому и ничего не сможет рассказать. Всю дорогу они молчали. Машина выехала за город и, свернув с оживленной трассы, оказалась на проселочной дороге. Минут через двадцать автомобиль остановился у небольшого дома, окруженного высоким забором. «Ниссан» въехал во двор, ворота закрылись. Цапова вытащили из машины и провели в дом. В большой комнате за столом уже сидел незнакомый Цапову мужчина средних лет, в очках с модной изогнутой оправой, редкими, еще не седыми волосами. Он молчал, ожидая, пока Цапова усадят перед ним на стул. Цапову заломили руки назад и надели наручники, приковав к стулу. Затем похитители вышли из комнаты, оставив его один на один с тем, кто будет его допрашивать. «Ловко работают ребята, — подумал Цапов, — как профессионалы. Возможно, раньше работали в МВД или КГБ. Очень серьезные парни. Как быстро они меня взяли. И как здорово, одним выстрелом убрали Цыгана». Вся операция была проведена на одном дыхании. Сначала выстрел снайпера в Цыгана, а когда он потерял на мгновение бдительность — один из похитителей уже стоял рядом. Пока прохожие смотрели туда, где замертво упал человек, его запихнули в машину и увезли. Теперь этот молчаливый тип с внешностью интеллигента молча рассматривал своего пленника.

— Значит, ты Фокусник? — спросил он.

— Если знаешь, то зачем спрашиваешь? — усмехнулся Цапов. — А если сомневаешься, зачем привез сюда?

— Вот ты какой, — сказал тип ровным баском, — давно хотел с тобой познакомиться.

— Может, сначала представишься? — спросил Цапов.

— Зачем? — хладнокровно возразил тот. — Ты ведь умный человек, все должен сам понимать. Если мы тебя сейчас уберем, какая тебе разница, кто это сделал? На том свете ты никому и ничего не расскажешь. Тогда какой смысл представляться? А если назову свое имя, то уж точно ты отсюда никогда не выйдешь.

— Это я понимаю. Зачем вы Цыгана убили? Что он вам сделал?

— Нос совал не в свое дело. Как и ты, Фокусник. Не нужно считать себя умнее всех. Так не бывает. Рано или поздно можешь проколоться, и тогда никто тебя не спасет.

— Зачем ты мне все это говоришь? — Цапов повертел головой. — Приволок меня сюда, чтобы издеваться?

— А ты как думаешь?

— Не знаю, не мое это дело. Только я знаю, что убивать меня вы не хотите. Если бы хотели, там бы и кокнули. Рядом с Цыганом. Так говори, зачем я тебе нужен?

— Это ты убил Суходолова?

— Какого Суходолова?

— Ты дурака не валяй. Отвечай на вопросы, когда я тебя спрашиваю.

— Не знаю я никакого Суходолова. Дурацкие у тебя вопросы.

— А Савраску — тоже ты? Есть свидетели, которые тебя видели.

— Ты и про них знаешь. — Цапов прикусил губу. Похоже, что этот очкастый тип послан Звонковым. Тогда пощады не будет. И ему придется еще попросить у неизвестного легкой смерти.

— Я все знаю, — неожиданно добродушно заметил незнакомец, — и про Цыгана знаю, и про Савраску, и про твои геройства. Говорят, двоих парней Звонкова ты в багажник сунул. Ну и молодец.

«Похоже, этот тип не имеет к Звонкову никакого отношения. Тогда кто он?»

— Мы знаем, что ты ищешь, Фокусник, — сказал, чуть понизив голос, очкастый. — Но мы работаем параллельно. Нам тоже интересно, кто напал на кортеж Рашковского и почему. Только в отличие от тебя мы не переодеваемся в уголовников и не общаемся с бандитами-рецидивистами.

— Что? — прохрипел Цапов напряженным голосом. Этого он не ожидал. Очкарик знал слишком много.

— Я думал, ты умнее, — продолжал интриговать очкарик, — сразу поймешь, что к чему.

Цапов молчал. Он не находил ответа. Если этот тип знает, что он «переодевается в уголовника», значит, ему известно, кто такой в действительности рецидивист Фокусник. И, словно прочитав его мысли, очкарик вдруг сказал:

— Вы напрасно так нервничаете, подполковник Цапов. Вы должны были понять, что имеете дело не с обычными уголовниками.

— Я вас не совсем… — Он вдруг поймал себя на том, что тоже обратился к незнакомцу на «вы», настолько невероятными были слова этого человека. Никто не мог знать, что он подполковник. Никто не должен был знать.

Но этот тип знал. Он посмотрел на Цапова, наслаждаясь произведенным эффектом. Затем подошел к стулу, взял ключи со стола и открыл наручники. Цапов потер затекшие руки. Все походило на дурной сон.

— Мы из контрразведки, — представился незнакомец, — я полковник ФСБ. И мы рассчитываем, что вы будете нам помогать, Цапов.

— Вы ошиблись, — упрямо возразил Цапов, — я Фокусник. Меня знает вся Москва. Я никогда не служил в контрразведке.

— Конечно, нет, — весело сказал полковник, — вы всю жизнь были офицером МВД. Для многих вы обычный рецидивист-уголовник по кличке Фокусник, а для нескольких людей из руководства МВД вы еще и подполковник Константин Цапов. Может, мне позвонить Игорю Николаевичу?

Да, этот человек знал все. Он знал не только его имя. Он даже знал, на кого выходит Цапов. Но ведь его внедрение всегда было абсолютно секретным. Откуда подобная информация у этого типа? И что делать в таком случае? Возможно, что это провокация, но откуда у него точные факты? В любом случае соглашаться на сотрудничество нельзя.

— У вас буйная фантазия, полковник, — сказал Цапов. — Я никогда в жизни не служил в МВД и выше сержанта в армии не поднимался.

58
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru