Пользовательский поиск

Книга Идеальная мишень. Содержание - За несколько дней до начала Москва. 6 апреля

Кол-во голосов: 0

За несколько дней до начала

Москва. 6 апреля

Утром позвонила Галя Сиренко. Зная, что телефон может прослушиваться, она была немногословна.

– Я все узнала. Его убили, выманив из квартиры, когда он был без охраны. Приеду, расскажу подробности.

Он не любил вставать рано утром. В его «вольной» профессии эксперта самым ценным была возможность читать по ночам любимых авторов, а потом отсыпаться. Он был ярко выраженной «совой» и привык к подобному образу жизни. Обычно он спал до одиннадцати-двенадцати. Но на этот раз поднялся в десять, чтобы побриться, привести себя в порядок и в одиннадцать часов принять женщину. Она приехала в половине двенадцатого. На ней был темный тяжелый плащ. Сняв его, она оказалась в темно-зеленом платье, довольно прилично сидевшем на ее несколько тяжеловатой фигуре. Дронго с удовольствием отметил ее нерабочий наряд, приглашая в комнату. За чашкой кофе Галина рассказала подробности вчерашнего убийства Филиппа Артемьева.

– Кто-то позвонил ему в восемь вечера. Жена утверждала, что разговор был коротким. Очевидно, Артемьеву сообщили, что к нему должен зайти посыльный от его знакомого и передать ему какой-то пакет. Через десять минут после звонка Артемьев предупредил жену, что сейчас вернется, и вышел на лестничную клетку. Его уже ждали. Два выстрела в грудь, третий, контрольный, в голову. Соседи и жена ничего не слышали. Еще минут через десять она забеспокоилась, на улице холодно, а он, как оказалось, не взял с собой шапку. Несчастная женщина выглянула на лестничную клетку, увидела убитого мужа, и ей стало плохо. Потом вызвали милицию. Вот, собственно, и все.

– В его подъезде есть код?

– Есть. Но он, очевидно, сам сообщил комбинацию своему знакомому. Позвонившему он явно полностью доверял, если решился выйти из своей квартиры без охраны и даже в тапочках.

– Вы так думаете? – спросил Дронго.

– Разумеется. Если бы он не верил этому человеку, то не вел бы себя так опрометчиво. А вы думаете как-то иначе?

– Тут есть вопросы, – нахмурился Дронго. – Конечно, это его близкий знакомый. Но смотрите, как странно он себя повел. Во-первых, не сказал жене, кто ему звонил. Во-вторых, решил встретить этого человека на лестничной клетке. Если он ему доверял, почему не впустил в дом? Почему нужно было выходить в домашних тапочках на лестничную клетку, не проще ли впустить знакомого человека в квартиру? Отсюда вывод – он не хотел, чтобы гость входил в его жилище. Значит ли это, что он ему не доверял? Думаю, нет. Скорее не хотел, чтобы жена увидела гостя. Отсюда следует вывод: жена его знала. Итак, убийцу или пособника убийцы нужно искать среди тех знакомых Артемьевых, которых могли знать оба супруга.

– Здорово, – усмехнулась Галина, – а я-то хвасталась своей догадливостью, мол, поняла, почему Артемьев вышел на лестничную клетку.

– Ну и правильно делали. Он бы к незнакомцу не стал выходить. Это тоже важный факт. Теперь нужно установить, кто именно ему звонил и почему решили так внезапно убрать его.

– Всеволод Борисович взял дело под личный контроль, – уточнила Галина. – Вы же знаете, что всеми убийствами занимается прокуратура. Он позвонил в городскую прокуратуру и потребовал данные по этому делу.

– Пусть и дальше держит нас в курсе дела, – попросил Дронго. – Вы можете сообщить мне что-нибудь о другом объекте нашего внимания?

– Не очень много, – призналась она. – Руководитель службы безопасности полковник Кочиевский восемнадцать лет работал в военной разведке. В девяносто втором вышел на пенсию. В девяносто шестом стал руководителем службы безопасности. Женат. Двое детей. Есть внук. Вот, собственно, и все.

– Интересно, – пробормотал Дронго, – значит, он работал в ГРУ?

– Да, в аппарате ГРУ. Но нам не удалось установить за такое короткое время, мог ли он общаться с Труфиловым, – пояснила Галина, глядя ему в глаза.

– Я вам ничего не говорил про Труфилова, – нахмурился Дронго.

– Верно. Но все сотрудники его группы знают, что для Романенко главное – это найти Дмитрия Труфилова до того, как берлинский суд вынесет решение по делу Чиряева. Он главный свидетель обвинения. Без него все наши доказательства будут неубедительны. И тогда развалится все дело.

– Вы знаете гораздо больше, чем я предполагал, – пробормотал Дронго, – хотя это действительно был секрет Полишинеля. Значит, вы считаете, что Кочиевский и Труфилов никогда не встречались друг с другом?

– Этого мы не сумели узнать, – смутилась Галина. – У меня было слишком мало времени. Если вы дадите мне хотя бы два дня, я постараюсь все выяснить.

– Каким образом? Проникнете в архивы ГРУ? Они умеют хранить свои секреты. В отличие от разгромленного КГБ, в архивы которого лезли все, кому не лень, и где сменился добрый десяток начальников, военная разведка так просто свои секреты не открывала. Непросто узнать, встречались ли Кочиевский с Труфиловым, а если и встречались, то при каких обстоятельствах.

– Я попробую, – упрямо сказала женщина, глядя ему в глаза.

– Пробуйте, – улыбнулся Дронго, – сегодня шестое число. Я жду вас через два дня. Восьмого апреля в двенадцать. Сорок восемь часов вам хватит?

– Можно мне закурить? – вдруг спросила Галина, оглядываясь в поисках пепельницы.

– Можно, – кивнул он, – сейчас принесу пепельницу. Она, кажется, на кухне.

Вернулся он с пустой коробкой спичек.

– Не нашел пепельницу, – усмехнулся Дронго. – Так вам действительно хватит двух дней?

– Постараюсь успеть, – ответила Галина, – хотя... – она чуть запнулась, – может, вы дадите мне еще один день? – вдруг спросила она улыбаясь.

– Идет, – согласился он, – тогда встретимся девятого в двенадцать. Честно говоря, я могу не вернуться восьмого, и мне будет перед вами неудобно. Пусть будет девятое, мне так даже удобнее.

– Не вернуться? – не поняла женщина.

– Меня не будет два дня в городе, – пояснил Дронго, – я прилечу только восьмого числа вечером.

– У вас важные дела? – спросила она.

– Не очень, – улыбнулся Дронго, – скорее личные.

Она удивленно взглянула на него. Стряхнула пепел в коробок.

– Вся Москва знает, что вы женоненавистник и холостяк, – с явным вызовом сказала Галина. – Или вы решили изменить свои принципы?

– Решил, – подтвердил Дронго, все еще улыбаясь, – по-моему, я тоже имею право на личную жизнь. Тем более что вы сами просите у меня три дня.

– Вы, наверное, шутите?

– Нет. Все объясняется довольно просто. У меня завтра день рождения. Я улечу из Москвы в свой родной город, чтобы встретить его с родителями. И если все будет нормально, ночью перелечу в другой город, чтобы встретиться на следующий день еще с одним человеком. А восьмого вечером я вернусь в Москву.

– Этот человек женщина? – спросила Галина, потушив сигарету. Он обратил внимание, что вместо вчерашней обуви на ней были довольно дорогие итальянские сапожки. Дронго едва заметно улыбнулся.

– Надеюсь, вы не ревнуете?

– Ревную, – неожиданно произнесла Галина, вставая. – О вас так много говорят. Достаточно раз побеседовать с вами, чтобы подпасть под ваше обаяние. Честно говоря, не думала, что со мной может такое произойти. Но мне нравится в вас многое – как вы держитесь, как разговариваете со мной, как ведете себя под пулями. Вы как-то серьезны и бесшабашны одновременно. Это редкое качество.

Она повернулась и пошла к двери. Потом остановилась.

– У вас будут еще какие-нибудь задания? – спросила бесстрастным голосом.

– Будьте осторожны, – мягко попросил Дронго.

– Хорошо, – сказала она, кивая ему на прощание и снимая с вешалки свой тяжелый кожаный плащ, – но вы так и не ответили на мой вопрос.

– Какой? – Он помнил ее вопрос, но почему-то медлил с ответом.

– Вы летите на встречу с женщиной? – Очевидно, профессия выработала в ней умение задавать прямые вопросы. И получать прямые ответы.

– Да, – ответил Дронго. – Да, на встречу с любимой женщиной.

30
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru