Пользовательский поиск

Книга Идеальная мишень. Содержание - За несколько дней до начала Москва. 3 апреля

Кол-во голосов: 0

– Передайте в полицию, – приказал он чуть дрогнувшим голосом, – у нас на борту убитый.

Я все смотрел на лежавшего в углу человека. В девять часов вечера, у вокзала, сказал мне он. Речь идет о моей жизни. Получалось, что речь шла и о его жизни. Я смотрел на мертвого и понимал, что такое начало путешествия не сулило мне ничего хорошего.

За несколько дней до начала

Москва. 3 апреля

Они договорились с Романенко встречаться в заранее условленных местах, понимая, как важно не обнаруживать их связи. Дронго ждал руководителя следственной группы на квартире, расположенной в отдаленном районе Москвы. Каждый раз, начиная подобное расследование, Дронго снимал небольшую конспиративную квартирку, – его дом оставался вне подозрений. Романенко приехал с опозданием на пятнадцать минут. Раздевшись и пройдя в комнату, он с порога заявил:

– Вы были правы. За вашей квартирой установлено наблюдение. Я попросил ФСБ проверить, кто дежурит в автомобиле, стоящем перед вашим домом. Оказалось, частная охранная фирма «Чагчаран». Их пока не трогают. Вы убеждены, что поступили правильно, решив открыть все карты Бергману?

– Конечно, убежден. Сегодня уже третье апреля. Найти за месяц человека, скрывающегося в Европе, практически невозможно. Даже Интерпол может оказаться бессилен, если у Труфилова документы на чужое имя. А я не сомневаюсь, что так оно и есть. Мы все-таки имеем дело с бывшим военным разведчиком, а не с дилетантом. Значит, он выехал из Москвы под своей фамилией, а уже затем, по прибытии, пройдя регистрацию на границе, оказался в Шенгенской зоне с другим именем.

– Да, мы все проверили, – озабоченно вздохнул Романенко, усаживаясь за стол, – он вылетел из Москвы в Амстердам, а потом его след затерялся. Куда он направился, где скрывается все эти месяцы, один бог знает. Точно известно одно: он пока не выезжал за пределы Шенгенской зоны. Вернее, не выезжал человек с паспортом на имя Труфилова. Возможно, он улетел куда-нибудь в Африку или в Азию под другой фамилией.

– Не думаю. Судя по всему, деньги у него есть. И он понимает, что прятаться нужно среди европейцев или, в крайнем случае, в Северной Америке. Другие варианты исключены. В Африке или в Азии труднее затеряться. Кроме того, я ознакомился с некоторыми подробностями его биографии по материалам, которые вы мне дали. Этот господин работал ранее в странах Европы, знает немецкий и английский. Зачем ему страны Азии? Не исключены еще Австралия, ЮАР и Канада. Это страны, где он будет чувствовать себя достаточно уверенно. Но все же вероятнее Европа, где у него непременно должны остаться связи и знакомства. Если бы мы посмотрели его личное дело из ГРУ, стало бы куда легче.

– Нам его не дадут, – вздохнул Романенко, – мы трижды запрашивали Министерство обороны, ссылались на неотложность розысков, объясняли, что Труфилов уволен из ГРУ почти десять лет назад. Все безрезультатно. Я подозреваю, что они вообще никому не выдают подобных сведений. Мы получали только биографические данные, которые и без того известны. Их даже можно понять. Наверняка среди людей, с которыми общался Труфилов, были и граждане стран Шенгенской зоны, и ныне действующие агенты. В любом случае из ГРУ мы получали только вежливые отказы.

– Именно поэтому я пошел на вариант с Бергманом. Руководство компании «Роснефтегаз» может оказаться более заинтересованным в получении нужных нам сведений. И боюсь, будут куда настойчивее вашей организации.

– Вы хотите сказать, что они могут получить секретные материалы из ГРУ? – изумился Романенко. – Конечно, в нашей стране царит бардак, но не до такой степени.

– До такой, – печально отозвался Дронго, – За последние десять лет я уже ничему не удивляюсь. Мы обязаны предполагать самое худшее. Я думаю, что агентурные данные они, конечно, не получат, но подробности работы Труфилова за рубежом могут поиметь. Во всяком случае – адреса людей, с которыми он общался.

– А если они его уберут до того, как мы его найдем?

– Что мешало им сделать это раньше? Труфилов не мальчик. Он понимает степень риска, на который идет. Но надеюсь, что мы окажемся на финише вместе и я получу ценнейшего союзника в лице бывшего майора военной разведки. В конце концов, он просто обязан бороться за собственную жизнь.

– Надеюсь, что вы правы. А что делать с этими типами, которые дежурят у вашего дома?

– Ничего. Уберите оттуда сотрудников ФСБ, чтобы они не спугнули «дежурных». Иначе я не смогу действовать.

– Уже убрал. В агентстве работают бывшие сотрудники МВД и КГБ, я не хотел подставлять наших людей.

– Разумно, – согласился Дронго. – Как, вы сказали, называется это агентство?

– «Чагчаран». Что-то восточное. Сейчас наши выясняют, откуда такое экзотичное имечко. Странно... Мы проверяли, президент компании некто Артемьев, бывший сотрудник милиции, уроженец Перми...

– Чагчаран, – повторил Дронго, – а этот ваш Артемьев не был в Афганистане?

– Кажется, был. Его там ранили, но легко. После возвращения продолжал службу в милиции. А почему вы спрашиваете?

– Я, кажется, понял. Чагчаран – небольшой городок высоко в горах, на перевале Шутурхун. Это совсем недалеко от туркменской границы. Возможно, он там и был ранен. Или в горах погиб кто-нибудь из его друзей.

– Странно, что нам не пришло в голову проверить афганские названия. Мы считали, что это кавказское слово, обозначающее силу или волю. Два похожих слога – «чаг» и «чаран»...

– На какие деньги бывший «афганец» и сотрудник милиции открыл частное охранное агентство? – спросил Дронго.

– Их кредитовал банк «Роснефтегаза», – пояснил Романенко. – Все сходится. Он, очевидно, лично обязан кому-то из руководства компании. Теперь отрабатывает полученные кредиты.

– И много людей в агентстве?

– Человек сорок. Почему вы спрашиваете?

– Мне нужны точные данные. Адрес агентства. Где живет сам Артемьев, его биографические данные. У него есть охрана?

– Есть. Один телохранитель и водитель, выполняющий по совместительству роль телохранителя. По нашим сведениям, все его сотрудники вооружены. Есть официально оформленное разрешение на ношение оружия. Вам нужно быть очень осторожным. У вас, кстати, есть оружие?

– Есть, но я стараюсь обходиться без него. Странно, что, имея такую структуру, как агентство Артемьева, они использовали Чиряева и его людей. Гораздо легче поручить исполнение приговоров бывшим сотрудникам КГБ или МВД, чем уголовной шпане.

– Может быть, были какие-то мотивы?

– Все может быть, – согласился Дронго. – Но нужно выяснить эти мотивы. Что связывало бывшего майора ГРУ и вора в законе Чиряева? Почему Чиряев мог так легко оказывать давление на Труфилова? Что общего было у этих людей? Вы не проверяли? Труфилов и Артемьев не служили вместе?

– Проверял. Никогда не служили. Артемьев был обычным командиром роты, на западе страны. А Труфилов находился на востоке. Они никогда не встречались друг с другом. Во всяком случае, это следует из наших документов. Я думаю, что им можно доверять. На Артемьева нам выдали полное досье. Он был обычным старшим лейтенантом, и ничего секретного в его службе не было. После ранения лечился, потом пошел на службу в милицию. Будучи уже заместителем начальника РУВД, оставил работу в милиции в звании подполковника. Вышел на пенсию по выслуге лет. Через полгода открыл свое агентство. Вот, собственно, и все. Женат. Двое детей. Более точные данные мы получим к вечеру, но, кажется, один из его сыновей работает сейчас в милиции. Могу вас обрадовать: его супруга – сотрудница научно-исследовательского института «Роснефтегаза».

– Этого следовало ожидать. Он же не сам принял решение о наблюдении за моей квартирой. И вряд ли его наняли как частного детектива. Ему дали конкретное указание, и он выполняет это указание. Остается узнать, кто дал ему такой приказ?

– Это очень рискованно, – озабоченно заметил Романенко, – вы понимаете, что его люди имеют право ношения оружия? Для вас сложно подобраться к Артемьеву. Может, лучше мне вызвать его на допрос?

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru