Пользовательский поиск

Книга День гнева. Содержание - День первый. Москва. 18 часов 11 минут

Кол-во голосов: 0

День первый. Москва.

17 часов 15 минут

О ЧП в министерстве он узнал последним. Служащие шепотом передавали новость друг другу. Потом о ней узнали его заместители. Чуть позже в министерство приехала большая группа сотрудников ФСБ во главе с полковником Корниенко. И только в шестом часу, когда Полетаев закончил переговоры с зарубежными банкирами, намереваясь отправиться к премьеру на встречу с американским послом, ему доложили о том, что произошло.

Он выслушал своего помощника мрачно и молча. Казалось, сегодня его уже ничто не могло удивить. Он только уточнил, что именно случилось с охранявшим его полковником Кикнадзе, и, когда ему сообщили, что тот тяжело ранен и находится в больнице, закурил и спросил:

— А с террористом что?

— Не знаю, Артем Сергеевич, нам не сообщают, — виновато ответил помощник, — может, тоже ранен или убит.

Полетаев посмотрел на помощника так, что тот поежился и торопливо добавил:

— Я постараюсь выяснить, Артем Сергеевич.

— У меня была его заместитель, кажется, подполковник Суслова. Она еще здесь?

— Да, Артем Сергеевич.

— Найдите ее, пусть зайдет, — распорядился Полетаев, стряхивая пепел в массивную пепельницу. После ухода помощника Полетаев взялся было за лежавшую перед ним на столе бумагу, но строчки плыли перед глазами. Еще один убитый. Или двое? Господи, как это страшно, когда из-за тебя гибнут люди.

Через несколько минут в кабинет вошла Суслова. Ей так и не удалось смыть до конца пятна крови на белом жакете, и они все еще были заметны. Полетаев привстал, предлагая ей сесть, протянул сигареты. Она покачала головой.

— Что с вашим полковником? — спросил министр. — Как он себя чувствует?

— Пока без сознания. Пуля попала в правый бок. Будем надеяться, что не задела печень, иначе он до вечера не проживет.

— Так, — мрачно произнес Артем Сергеевич, — понятно. Вы можете сказать, что с террористом?

— Могу. Он убит.

Полетаев бросил взгляд на ее жакет и поинтересовался:

— Кто его застрелил?

— Это не имеет значения, — ответила Суслова, — главное, что его больше не существует.

— Личность бандита установлена?

— Пока нет. Наши сотрудники как раз работают над этим. У него было журналистское удостоверение, фальшивое. Бандиты следили за одним из журналистов, привели в негодность его автомобиль и, очевидно, планировали его ликвидацию. Но помешал случай. Подъехала дежурившая рядом машина ГАИ, и в ней оказался его знакомый сержант. Журналист оставил под его присмотром машину, а сам на такси приехал сюда, с опозданием на десять минут.

— Значит, если бы не сержант… — он не договорил.

— Да, — сказала Суслова, — если бы не сержант, все могло бы кончиться гораздо хуже. Убийца уже стоял в вашей приемной.

Полетаев потушил сигарету. Посмотрел ей в глаза.

— Дважды быть на волосок от смерти и дважды чудом спастись. Не многовато ли для простого смертного?

— Это не чудо, — возразила Суслова, — в любом случае мы бы остановили террориста. Другое дело, что в вашем кабинете это было бы гораздо сложнее.

— Только этого не хватало, — в ужасе произнес Полетаев, — перестрелка в моем кабинете. Боюсь, мой завтрашний визит в Лондон потерял бы после этого всякий смысл. Все было бы кончено уже сегодня, независимо от того, остался бы я жив или нет.

— Мы понимаем, — вежливо ответила Суслова. — И чтобы не просочилась информация о случившемся, задержали трех журналистов.

— Вы не можете их держать двое суток.

— Можем, — ответила Суслова, — не отпустим до пятницы. Пока вы не выступите в Думе с проектом бюджета.

— Думаете, эти покушения связаны с моим выступлением? — спросил Полетаев. Он всегда ценил в женщинах ум. А тут еще женщина из контрразведки. Даже романтично. К тому же она была недурна собой. Он то и дело поглядывал на белый жакет, выпачканный кровью, что делало ее еще более привлекательной в глазах министра.

— Мы не исключаем такой возможности, — мягко ответила она. Женщины чувствуют, когда мужчины проявляют к ним интерес.

— Два покушения за один день. И трое убитых, — с нотками печали в голосе произнес Полетаев. — В восемнадцать ноль-ноль я должен быть у премьера, что делать?

— Я буду вас сопровождать, — сказала она, — вместо полковника Кикнадзе. Но думаю, через несколько часов меня заменит другой офицер.

— Другой офицер? — он не мог скрыть своего огорчения.

— Нет, — улыбнулась она, — я все равно останусь заместителем. Но Кикнадзе заменит другой сотрудник.

Артем Сергеевич умел нравиться женщинам. Почему-то считается, что женщину привлекают в мужчине его положение, деньги, наконец, внешность. На самом деле все это от лукавого. И если на протяжении тысячелетий самка подсознательно выбирала сильного самца, предпочитая его физические данные другим качествам, то с развитием цивилизации женщину стал привлекать мужской интеллект. С помощью грубой силы трудно приобрести влияние, продвинуться по службе или заработать много денег. Только интеллект помогает мужчине выжить в сложном информационном пространстве современной цивилизации.

Полетаев был именно тем мужчиной, который своим обаянием способен покорить женщину. Суслова же возбуждала его сильнее, чем любая из многочисленных знакомых девиц. Он как завороженный смотрел на пятна крови, все еще заметные на ее жакете. С такими женщинами ему не приходилось встречаться. Высокое положение придавало ему уверенности и приятно щекотало самолюбие. В то же время он подсознательно чувствовал себя в какой-то мере зависимым от женщины. Ощущение новое и непривычное.

Обычно в отношениях с женщинами он был лидером. Даже жене, которая уже достала его своими вечными придирками, не позволял главенствовать. Разве что во второстепенных вопросах.

Эта женщина не была похожа на других и именно поэтому заинтересовала Полетаева. Он вспомнил, как однажды в детстве увидел на кухне таракана и закричал от страха. Мать с отцом в это время находились в спальне. Только несколько лет спустя он догадался, чем они там занимались. Мать родила его в девятнадцать лет, когда ему исполнилось пять, ей было двадцать четыре. Она тогда прибежала на его крик и тапочкой раздавила таракана. Он потом много раз вспоминал эту сцену. Голая женщина вызвала в нем непонятное возбуждение, смешанное с любопытством. Он никогда не думал, что мать так красива без одежды. Пятно на полу от раздавленного таракана, испуг и внезапное чувство тепла, когда мать обняла его, успокаивая и утешая.

38
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru