Пользовательский поиск

Книга Бремя идолов. Содержание - ГЛАВА 31

Кол-во голосов: 0

– Это Кошкин, – сказал полковник. – Думаешь, он один?

– Нет, – ответил Дронго. – Такой профессионал знает, что в одиночку не справится. Может, водитель или дипломат с ним в сговоре?

– Сейчас мы их проверяем. Я попрошу доставить нам фотографию Кошкина, может, посол его узнает. Черт подери, получается, что он сел вместе с ребятами в автобус. Прямо на глазах у всех.

В этот момент в комнату кто-то вбежал.

– Они выбросили из автобуса одного человека! – закричал вбежавший офицер.

Все замерли. Мэр вскочил со стула. Министр внутренних дел нахмурился. Потом сказал:

– Узнайте, что там случилось. И доложите как положено, не бегайте по комнате.

– Если они начнут стрелять в детей… – пробормотал мэр, подходя к окну. Он не договорил, но министр его понял: если они начнут стрелять в детей, на карьере обоих можно поставить крест.

ГЛАВА 31

Автобус катил в сторону Шереметьева. Некоторые ребята заснули. Мужчина, сидевший на переднем сиденье, тоже задремал. Кошкин, взглянув на своих, покачал головой, призывая их не торопиться. Роман явно нервничал. Павел же, напротив, был спокоен. Коля смотрел на них и чувствовал, как гулко бьется его сердце.

Когда свернули на аэропортовскую дорогу, Кошкин встал и прошел к водителю. Ребята поняли его знак и подняли сумки, разбирая оружие. Проснувшиеся на заднем сиденье дети в недоумении смотрели на парней-переростков, игравших с оружием. Они еще не поняли, что происходит.

Когда автобус выехал на самую пустынную часть дороги, Кошкин поднял руку.

– Внимание! – громко сказал он. – Внимание! Это захват… – Мужчина, сидевший на переднем сиденье, открыл глаза и приподнялся, но Кошкин прикладом автомата – оружие протянул ему Тарас – ударил дипломата по лицу, и тот откинулся на спинку кресла. – Мы захватываем автобус, – продолжал Кошкин. – Прошу всех оставаться на своих местах. И опустите занавески. Давайте, ребята, – обратился он к своим.

Кошкинские ребята заняли места по обеим сторонам салона, как их учил шеф. Дети в испуге замерли. Во втором ряду заплакала девочка.

– Что вы делаете?! – закричала Эльмира Мамедовна. – Здесь же дети!..

– Молчи! – взглянул на нее Кошкин. – А у нас детей, думаешь, нет? Вы наших детей в Воронеже взрываете, вот и мы вам устроим…

– Как вам не стыдно. – Она все еще не понимала, с кем имеет дело.

Роман, стоявший рядом с женщиной, схватил ее за волосы и швырнул на сиденье.

– Сядь и не вякай! – приказал он.

– Уйди, – толкнул его мальчик с шахматной доской.

Роман хотел ударить его, но, заметив взгляд Коли, опустил руку.

– Ладно, – сказал, не глядя на товарища. – Чего на меня пялишься? Я бы его все равно не ударил.

– Въезжаем на территорию аэропорта, – приказал Кошкин, обращаясь к водителю. – Если нас остановят, будем стрелять. Передай им, что автобус захвачен. В нем заложники-дети. Автобус заминирован. Так что без глупостей, иначе все взлетим на воздух.

Ехавшая впереди машина ГАИ вильнула в сторону – автобус, увеличив скорость, пошел на обгон. Офицер милиции, сидевший за рулем, вопросительно взглянул на своего напарника. Тот потянулся к переговорному устройству – и тут раздалась автоматная очередь. Высунув ствол в открытое окно, Кошкин дал предупредительную очередь – прямо над крышей машины.

Автомобиль ГАИ остановился на обочине дороги. Автобус же мчался к аэропорту. Минуту спустя о случившемся узнал начальник ГАИ. Еще через пять минут о захвате автобуса знали в аэропорту. Когда автобус наконец остановился у летного поля, о случившемся знали все.

Кошкин, то и дело затягиваясь сигаретой, сидел на ступеньках, рядом с водителем. Чемоданчик лежал рядом.

– Почему вы курите? Здесь дети! – подала голос Эльмира Мамедовна.

Кошкин продолжал курить, не обращая внимания на это дерзкое замечание. Докурив, повернулся к водителю:

– Позвони и скажи, чтобы принесли воду и еду для детей. Только чтобы к автобусу не подходили. Дети сами выйдут и заберут все, что доставят к автобусу.

Водитель подчинился. Через полчаса вода и еда были на месте. Кошкин приказал Роману и Славику – они выглядели помоложе других – убрать оружие и грузить ящики и коробки в автобус. Со стороны казалось, что обреченные дети-заложники работают на террористов.

Мальчик-»шахматист» засунул в сумку свою доску и, вытащив из кармана какое-то радиоустройство, принялся его разбирать.

Ровно в двенадцать Кошкин снова потребовал воды. На все предложения о переговорах он отвечал, что совещается со своими людьми. В штабе по освобождению заложников ничего не могли понять. Такого еще не бывало никогда. Но воду к автобусу регулярно подвозили. И так же регулярно из салона выходили двое ребят и забирали ящики с водой. Наконец в половине первого Кошкин объявил условия переговоров: десять миллионов долларов наличными и самолет с экипажем, который доставит их в ту страну, в какую они пожелают.

В штабе снова недоумевали. Куда они могли улететь? Европейские страны отпадали. Ни одно уважающее себя государство не приняло бы у себя террористов. В лучшем случае они угодили бы за решетку. Но и «лучшего случая» никто не мог гарантировать. В Европе давно поняли: бороться с угонщиками самолетов и террористами можно лишь одним способом: немедленно выдавать всех преступников.

Некоторые предполагали, что террористы задумали лететь в страны Прибалтики. Но это – еще более рискованное предприятие. Ни одна прибалтийская республика не посмела бы приютить у себя террористов. И не только потому, что это был бы дерзкий вызов России, который невозможно потом оправдать. Это одновременно был бы и вызов мировому сообществу, в том числе европейскому, – а ведь прибалтийские республики так стремились в Европу.

Следовательно, оставался юг. Но Ирак и Иран выдали бы террористов немедленно, чтобы не портить отношения с Москвой. Турция отправила бы всех в Москву в этом же самолете. Возможно, в Пакистане террористы могли рассчитывать на более «радушный прием». Там им с гарантией давали пятнадцать лет тюрьмы в ужасающих условиях пакистанских мест лишения свободы.

В Китае тюрьмы были получше, но пятнадцать-двадцать лет могли рассматриваться лишь как альтернатива немедленной выдаче. Аналитики МВД и ФСБ терялись в догадках: они не понимали, чего же хотят террористы. По логике вещей террористы могли скрыться в Чечне, где им предоставили бы убежище. Но в данном случае такая логика не «работала». Захватив автобус азербайджанского посольства, террористы лишили себя возможности укрыться в Чечне. Потому что в Баку никогда бы не простили чеченским властям столь недружественную акцию. А какой смысл Грозному ссориться с соседями-единоверцами?

В час дня пришло сообщение из Чечни, разрешившее все сомнения. Выступивший на пресс-конференции в Грозном Президент Чечни назвал акцию «бесчеловечной и вызывающей» и заявил, что в их республике «подобных террористов не примет ни один населенный пункт, ни одна семья». Стало ясно: либо захватившие автобус террористы – безумные авантюристы, либо расчетливые игроки, просчитавшие каждый ход гораздо лучше аналитиков правоохранительных служб.

Коля и Павел сидели в конце автобуса, даже не прислушиваясь к переговорам, которые вел по доставленному для них переговорному устройству Кошкин. Он сидел рядом с водителем и говорил, все время поглядывая по сторонам. Рядом находился Тарас. Остальные двое стояли в середине салона.

– Долго будем тут торчать? – прошептал Коля; у него вдруг разболелась голова.

– Он говорил, до вечера, – ответил Павел, кивая на Кошкина.

– А потом… как выйдем отсюда?

– Все продумано, – улыбнулся Павел. – Не бойся. Сделаем, как нужно. Он же вчера все объяснял.

– Я не слушал, – признался Коля. – Про Артема думал.

– Жалко его, – согласился Павел. – Очень жалко. Ну ничего, мы им еще покажем, как поезда взрывать. Правда, мы не такие звери, как они, живых людей взрывать не будем, только автобус спалим.

49
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru