Пользовательский поиск

Книга Трое за те же деньги. Содержание - 14

Кол-во голосов: 0

– Мы хотели бы осмотреть его комнаты.

Она какой-то миг колебалась – ей явно не хотелось нас впускать, однако затем достала ключ и повела нас к боковому входу. А у двери удивленно замерла: замок был взломан. Женщина открыла дверь и внезапно вскрикнула.

Я мог ей посочувствовать. Кто-то основательно поработал в жилище «Француза». В большом прямоугольном помещении с ванной по одну сторону и маленькой кухней – по другую, мебель была старой и потертой, а тонкий ковер совершенно лысым. Незваный гость все здесь перерыл. Одежда валялась на полу, матрацы вспороты, их начинка вырвана. Даже кастрюли были вынуты из шкафа и брошены на пол.

Хозяйка застонала. Мы с Фридом вошли в комнату, поднимая с пола то здесь, то там отдельные предметы и осматривая их, без особых, впрочем, надежд.

Я велел Элу вызвать по радио экспертов из лаборатории. Затем повернулся к женщине.

– Когда вы здесь были в последний раз?

– Вчера. Вчера во второй половине дня. Одна женщина, сказавшая, что она вдова Фрэнчи, хотела взглянуть на его квартиру.

– Крупная, мощная женщина?

– Да. В красном платье.

– Как же вы ее впустили?

– Ну, у нее было водительское удостоверение на имя Ирис Мэлмен и… и она дала мне пять долларов.

– Это она устроила здесь такой погром?

Женщина покачала головой.

– Нет. Когда она ушла, квартира была в порядке. Я заглядывала еще раз.

– Вчера вечером вы были дома?

– Нет. Я ужинала у сестры и вернулась только к полуночи.

Похоже на правду, ибо такой обыск в квартире не мог обойтись без изрядного шума.

Хозяйка все оглядывалась по сторонам, словно не веря своим глазам.

– Как же можно было такое натворить?

– Ну, вероятно, искали двести тысяч долларов. Вы сегодня еще не читали газет? Якобы Фрэнчи где-то спрятал двести тысяч.

Она взглянула на меня, как на сумасшедшего. Но тут же вытаращила глаза и задохнулась в крике:

– Двести… Ящики! Ящики!

7

Теперь настала моя очередь уставиться на нее.

– Ящики? Какие ящики?

– У Фрэнчи в гараже стояли ящики. Держу пари, что в них деньги. – Ее лицо омрачилось. – Ах, лучше бы я этого не говорила. Мне полагается вознаграждение?

Этого я, к сожалению, не мог ей обещать.

– Пойдемте-ка, посмотрим.

Она повела меня вокруг дома. Шла быстро, почти бежала. Я редко видел кого-либо столь возбужденным, но я и сам был взволнован.

Дверь гаража охранял ржавый висячий замок. Женщина сняла ключ с гвоздя на боковой стене, скрытой кустами. Замок поддался, дверь со скрипом приоткрылась на несколько сантиметров. Пришлось мне подналечь, чтоб распахнуть ее.

В мрачном сарае не было никакого автомобиля, а только очень много пыли и несколько картонных коробок и ящиков в дальнем углу. Женщина проскользнула в дверь передо мной.

– Какой из них принадлежал «Французу»?

Она поспешила в угол и указала на деревянный ящик, размерами примерно вдвое больше ящика из-под яблок. Я поставил его на пол и обнаружил, что он тщательно заколочен гвоздями.

– У вас найдется молоток?

Она помчалась в дом, а я тем временем потащил ящик к двери. Он оказался поразительно тяжелым, и я задал себе вопрос, не хранил ли Мэлмен часть своих сокровищ в долларовых монетах.

Женщина вернулась с молотком и мощной отверткой. Я взял инструменты и вскрыл крышку. Внутри ящик был выстелен коричневой упаковочной бумагой. Женщина оттолкнула меня в сторону, разорвала бумагу… И остолбенела.

Ящик до краев заполняли газетные вырезки. Их были буквально тысячи. Я поворошил их рукой. Каждая вырезка содержала какую-то информацию или сообщение о Фрэнчи Мэлмене. Очевидно, он был тщеславнее, чем кинозвезда, и очень заботился о тщательном сохранении внешних атрибутов своей славы.

Я вынул стопку газетных вырезок. На дне ящика лежало несколько фотоальбомов, а под ними два конверта с документами. Даже не потрудившись на них взглянуть, я тут же уложил их обратно. Едва я с этим покончил, пришел Фрид с сообщением, что эксперты уже выехали.

Эл с любопытством взглянул на ящик.

– Что это?

– Прошлое «Француза». Он, видимо, вырезал и хранил каждую заметку, в которой упоминалось его имя. Некоторые могут в дальнейшем оказаться нам полезны.

– Но никаких денег?

– Никаких.

Я повернулся к женщине, которая все еще неподвижно стояла, уставившись в ящик.

– Это все, что оставил «Француз»?

Она молча кивнула.

Тогда я указал на другие ящики в углу.

– Что в них?

– Всякий хлам.

Я подошел, чтобы взглянуть. Не то, чтобы я ей не верил, но когда речь идет о двух сотнях тысяч долларов, никакая предусмотрительность не будет излишней. В двух ящиках лежали пустые стеклянные консервные банки, в других – тряпье. Я огляделся. Больше ничего видно не было.

– Ладно, я заберу этот ящик с собой. Эл, ты дождешься людей из лаборатории.

Поставив ящик в багажник, я поехал обратно на службу. И на стоянке позади меня тут же остановилась машина Пинки Уайта. Он ездил на допотопном «додже» с подвязанной дверцей и разбитым ветровым стеклом. Пинки был ярым приверженцем игры по системе и потому всегда проигрывал. Пока я вытаскивал ящик из багажника, он вылез из машины.

– Что у тебя здесь – очередной труп?

– История жизни Француза. Миллион газетных вырезок. И в каждой говорится, каким он был великолепным парнем. – Я покачал головой и зашагал ко входу.

Пинки шел следом. Мне хотелось от него отделаться, но полиции нельзя ссориться с прессой, так что мы вместе вошли в лифт.

– Как ты справляешься с гаремом Мэлмена? – спросил Пинки.

– Близко к себе не подпускаю, чтобы чего не вышло.

– А что случилось с маленькой блондинкой? В отеле мне сказали, что она выехала.

– В самом деле?

Он окинул меня долгим испытующим взглядом. Я, игнорируя его, внес ящик в кабинет Джо и водрузил на письменный стол. Не успел я сесть, как зазвонил телефон. Звонили из лаборатории и срочно хотели меня видеть.

– Пока я не вернусь, держи свои грязные пальцы подальше от этих вырезок, – предупредил я Пинки.

Я знал, что требую от него невозможного, но для меня это ничего не значило. Тогда я вряд ли мог представить себе что-нибудь менее существенное, чем газетные заметки о Фрэнчи Мэлмене.

В лаборатории я пробыл минут двадцать. А когда вернулся, Пинки уже разложил вырезки по всему письменному столу и с явным интересом листал один из фотоальбомов. Я заглянул через его плечо. На большинстве фотографий был запечатлен Фрэнчи с какими-то знаменитостями двадцатых и тридцатых годов. Нашлось среди них и семь-восемь снимков разных женщин. При всех его недостатках на женщин глаз у Фрэнчи был верный.

Пинки извлек из альбома одну фотографию и сунул ее мне под нос. Там крупным планом была снята девушка в матросской блузе.

– Не узнаешь?

Я наморщил лоб. Лицо было мне знакомо, но я никак не мог вспомнить, откуда именно.

– Не помнишь?

Пинки наклонился и, вытянув руку, поднес этот снимок к стоявшей на столе фотографии Китти Кейн. Целую минуту я рассматривал оба фотоснимка. Сходство ошеломляющее.

– Ты с ума сошел! – вскричал я.

– Неужели?

На углу стола лежал конверт. Пинки открыл его и вытащил свидетельство о браке, развернув передо мной на столе. Его пальцы скользнули по бумаге и указали на имена Алексиса Мэлмена и Кетлин Хейнс. Свидетельство было выдано в Стратфорде, Онтарио.

Меня словно обдало холодным душем. Я знал, что девичья фамилия Китти была Хейнс, и что она родом из Канады. Взяв в руки документ, я попытался выиграть время, чтобы обдумать ситуацию. Свидетельство было датировано 1928 годом и подписано священником по имени Гиббс и двумя свидетелями, Адой и Джоном Бартонами.

Джо с Китти поженились в 1931 году. Я присутствовал на праздновании тридцатой годовщины их свадьбы. Теперь меня как будто оглушили. Я попытался представить себе Китти, сияющую, живую, милую Китти рядом с Фрэнчи Мэлменом.

11
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru