Пользовательский поиск

Книга Тайна древнего саркофага. Содержание - Глава 28

Кол-во голосов: 0

– Да, сидим, сна ни в одном глазу, – мрачно подтвердил профессор. – Теперь уж я и вовсе не представляю, что делать.

Он смотрел на Прынцаева, который отвел глаза в сторону и вдруг начал медленно, как рыба, открывать рот, отчего его лицо стало удлиняться и брови поползли наверх.

Профессор обернулся, чтобы посмотреть, что же так изумило его ассистента?

На крыльце дачи стояла в одной ночной рубашке Брунгильда.

Она хотела спуститься по ступенькам, но, сделав шаг босой ножкой и почувствовав шершавую поверхность дощатого настила, отступила. Она подняла глаза и устремила умоляющий взор на отца.

Профессор Муромцев, сорвавшись с места, бросился к дочери:

– Брунгильда, милая! Что случилось?

Бледные дрожащие губы красавицы медленно разомкнулись, и ее тихие слова оглушили профессора, как удар грома:

– Папа! Маши нет! Кажется, ее похитили!

Глава 28

Это было удивительное создание природы – Белый камень. Обломок белой скалы причудливой формы находился чуть в стороне от традиционных мест отдыха дачной публики. Вероятно, в незапамятные времена его оторвал от каменного ложа ледник и вместе со льдом и другими, меньшими по размерам валунами занес сюда, где гранитный исполин и остановился, уткнувшись носом в воду. Время сделало свое дело: с одной стороны каменной глыбы успела образоваться земляная насыпь, на которой разрослись буйные кущи ольхи, по очертаниям весь камень более всего походил на высовывающийся из-под земли кривой корабельный нос поросшего лесом судна. Своей свободной от растительности, скошенной к земле поверхностью Белый камень открывался взорам тех, кто отважился бы подойти к нему по грудам скользких и омерзительно пахнущих валунов меньшего размера. Но никто не отваживался – купаться здесь все равно нельзя, да и запах стоял препротивный. Зато из ольховой чащи хорошо был виден любой пытающийся подойти к Белому камню.

Именно по направлению к ольшанику и шла, медленно ступая по скользким камням, Мария Николаевна Муромцева. Она сжимала на груди обеими руками накинутый на голову и плечи Глашин платок – под платком в руке она прятала листок бумаги с рядами непонятных цифр и латинских букв.

Она не торопилась. Но не потому, что боялась, – она знала, что находится под наблюдением графа Сантамери, неотступно следовавшего за ней. Правда, двигался он на изрядном отдалении, за кустами, еще совсем недавно так пугавшими ее своими таинственными очертаниями. Но сквозь них неплохо просматривалось пространство между дорогой и линией морского прибоя. Граф видел, как девушка медленно идет вдоль кромки воды, – ее фигура отчетливо вырисовывалась на фоне светлого неба и светлой воды, лишь иногда силуэт ее скрывался, когда в поле зрения графа оказывались редкие деревья, стоящие вдоль дороги... Но деревьев становилось все больше и больше, встречались они все чаще – и граф Сантамери остановился в тот момент, когда понял, что достиг наилучшего места, откуда он сможет наблюдать дальнейшее.

Он хотел убедиться, что человек, на встречу с которым отправилась девушка, уже находится на месте. Он напряженно вглядывался в ольховые заросли, темнеющие над белым боком громадного камня, но не замечал среди них никакого движения.

Мура находилась шагах в тридцати от Белого камня, когда графу почудилось какое-то шевеление в ольшанике. Впрочем, рассмотреть что-либо со своего наблюдательного поста в темных кустах он не смог. Возможно, просто от порыва морского ветра дрогнула ветка и задела остальные, которые ей отозвались. Или кто-то там таится?

Рене собирался двинуться дальше и быстро перебежать дорогу, чтобы отрезать негодяю путь к отступлению, но тут он заметил, что кто-то его опередил. Граф с удивлением наблюдал, как какой-то юркий человечек, чуть пригнувшись и ступая по-кошачьи, перешел пустынную в ночной час приморскую дорогу и скрылся в траве. Кажется, он собирался двигаться в ней по-пластунски. Следовало переждать, чтобы не столкнуться со злоумышленником раньше времени. Граф присел и бросил взгляд в ту сторону, где двигалась по направлению к Белому камню Мария Муромцева. Она, похоже, приостановилась и прислушалась – кажется, девушка все-таки изрядно волновалась.

Впрочем, не удивительно. Одна ночью – и отправилась на встречу со злодеем, похитившим ее собаку и угрожавшим сделать из животного фарш! Храбрая девушка. Она объяснила Рене, что не могла рассказать об угрозах родным, потому что они бы ее не пустили, Пузик бы погиб, да и полиция бы не дала им покоя.

Граф вздохнул – какое необычное приключение выпало на его долю на прощание! В России не соскучишься!

Он уже собирался вновь встать и перебежать через проплешину в зарослях к следующей группе кустов, растущих вдоль дороги, как увидел, что еще кто-то выходит из кустов буквально в десяти метрах от него и быстро перебегает через небольшую лужайку!

Ему показалось, что он узнал в нескладной фигуре студента, которого он встречал на даче Муромцевых, хотя разглядеть как следует быстро промелькнувшего человека так и не удалось, – и вообще было похоже, что лицо его чем-то специально намазано, чтобы его не смогли узнать при встрече. Неужели неуклюжий юнец тоже находится в сговоре с бандитами? Неужели он тоже принимал участие в нападении на горничную Муромцевых во время велопробега?

Граф Сантамери нащупал в кармане небольшой пистолет. Справится ли он? Он видел двух человек, пробирающихся среди ночи к Белому камню, а может быть, их еще больше?

Наконец он, убедившись в том, что Мура подошла вплотную к камню, быстро перебежал дорогу и стал продвигаться вперед, останавливаясь на каждом шагу и прислушиваясь. Он перемещался так, чтобы не выпускать из виду стоящую перед камнем девушку, но одновременно слева внимательно ощупывал взглядом каждое двигающееся пятно.

У Белого камня ничего не происходило. Девушка повернулась к морю и сделала два шага вперед – левым плечом она прислонилась к камню, как бы надеясь на его поддержку.

Граф Сантамери считал, что все держит под контролем и что ничего пока не происходит. Но он ошибался. Мария Николаевна Муромцева не по собственной воле сделала два шага к воде и прислонилась к камню. Она исполняла команду, раздавшуюся из-за каменного выступа. Ее фигура заслонила для графа появившегося серого человека – тот, выйдя из-за камня, прошел по воде, толкая перед собой короб с открытой крышкой, в руке он держал пистолет.

– Бумагу, – скомандовал он, едва разомкнув губы, скрытые густыми пышными усами. – И без баловства.

Мура с ужасом смотрела в глубь открытого короба – на его дне безвольно лежал Пузик, на морде его болталась мокрая тряпка. Мура узнала сладковатый запах – хлороформ!

– Бумагу! И живее! – повторил незнакомец. – Или я застрелю вас и собаку!

– Он не дышит? – Мура не сводила глаз с Цузика, в голосе девушки слышались слезы. Незнакомец направил на нее дуло пистолета. – Вот, возьмите. – Мура протянула ему вынутую из-под Глашиной шали бумагу. Незнакомец, не отводя пистолета, тряхнул бумагу, пробежал по ней взглядом и хмыкнул.

– Полчаса не двигаться с места, – приказал он с угрозой, повернулся и удивительно проворно скрылся за Белым камнем Мура поняла, что он уходит, но боялась что-то предпринимать, она надеялась на то, что Пузиков учитель попадется в засаду графа Сантамери. А граф теперь все хорошо видел. Видел, как девушка наклонилась вперед и что-то вытащила на берег, – к его удивлению, какой-то короб. Мура склонилась над ним. Видел, как с другой стороны Белого камня, за редкими деревцами ольхи, медленно удалялся в сторону небольшого перелеска, выходящего к дороге, человек в шляпе и сером костюме. Рене сделал еще несколько шагов вперед. Он убедился в том, что Мура жива, что никакая опасность ей не грозит, и теперь пытался выяснить, где же те два сообщника негодяя, что недавно пробирались сквозь кусты и крались к месту назначенной встречи. Но никого вокруг не было.

Граф взглянул в сторону Муры.

63
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru