Пользовательский поиск

Книга Школа двойников. Содержание - ВЫПУСКНОЙ БАЛ

Кол-во голосов: 0

В новой столице дома строили не просто так, а сообразно правилам гармонии и порядка – определенной высоты, определенной ширины, никаких перепадов, все по ординару. Строились встык – столичная земля была дорогой. Но вот кто-то не стал экономить – отделил свой дом от других, и получился неширокий проем. Его дно было теперь усыпано обломками кирпичей, битым стеклом и бытовым мусором. Именно такие проемы, а еще проходные дворы, парадные и черные лестницы и подвальные катакомбы превращают Петербург в каменные джунгли, увлекательные и захватывающие. Хочешь – путешествуешь под землей (по слухам, даже под Невой можно пройти: есть ход из Петропавловки в Зимний), хочешь – гуляй по крышам вдоль Невского, по Литейному и далее везде. Гуляй, пока не наткнешься на такую вот редкую щель, тогда поворачивай назад.

Однако в данный конкретный момент Саша и Лизавета были не в состоянии должным образом оценить прелесть архитектурных неожиданностей. О пути назад не могло быть и речи, а прыжки в длину на уровне пятого этажа не навевают радостных воспоминаний о школьных уроках физкультуры.

Георгий снова выстрелил по крыше дома напротив.

– Там кто-то есть? – с тревогой спросила Лизавета.

– Ага, какой-то фраер с пушкой… – Георгий выпустил еще одну пулю, крякнул от досады – видимо, промахнулся – и прикрикнул на раскисших молодых людей: – Чего расселись, как бабы на базаре? Живо туда!

– Куда? – Маневич, конечно, видел, куда именно они должны прыгнуть, но на всякий случай переспросил.

– На ту сторону!

– Я не допрыгну!

– И я тоже, особенно на каблуках… – подала голос Лизавета.

– Никуда не денетесь, допрыгнете… Ага! – воскликнул Георгий и молниеносно, почти не целясь, выстрелил. Оказывается, агитируя их за физкультуру, он успевал следить за тем, что творится вокруг. – Есть!

Только тут Лизавета увидела человека на крыше дома напротив. Он прямо-таки выпал из-за башенки – точной копии той, за которой прятались они сами.

– Вот что, сначала прыгайте, а потом рассуждать будем.

– Говорю же, я не смогу на каблуках…

– Сапоги сними, и будешь без каблуков. – Снова рецепт, выписанный Георгием, был прост, как мычание или пареная репа. – Давай их сюда…

Лизавета послушно стянула сапожки и отдала Георгию. Тот сунул их в свои бездонные карманы. Там уже лежали нож и фонарик.

– Давай я тебя подсажу…

И впрямь – прыгать с небольшого возвышения башенки было проще, да и два шага для разбега там были.

– Не смотри, не смотри направо. – Георгий держал ее за руку. Потом отпустил. Лизавета отошла на край башенки, разбежалась, оттолкнулась и… опять зажмурилась.

Она открыла глаза уже на другой стороне и только тут осознала, что такое полное, совершенное, абсолютное счастье.

– Прыгай, это легко! – крикнула она Маневичу.

Саша переминался с ноги на ногу там, где мгновение назад стояла Лизавета.

– Тебе хорошо говорить!

– Но я же прыгнула… Тоже мне, спецназовец!

– Это было триста лет назад!

– Быстрее, у меня последний патрон! – Георгий опять выстрелил куда-то назад.

Саша оттолкнулся и…

Дальше все было действительно легко. Они стремительно долетели до чердачного окна, проломились сквозь него, словно это была театральная бутафория, и понеслись по чердаку. Выход, как и следовало ожидать, был закрыт – в целях борьбы с мелкой преступностью, а также с бомжами, ЖЭКи держат чердаки и подвалы под замком. Чертыхаясь, Георгий всем телом высадил дверь, они скатились по лестнице, и вот он, пьяный воздух свободы!

Едва оказавшись на улице, Саша и босая Лизавета остановились, чтобы перевести дух. Саша даже повалился в сугроб.

– Отставить, голуби мои! – рявкнул Георгий. – Вы что, решили – дело в шляпе?

– Да, – честно ответила Лизавета. – Только вот ноги мерзнут.

– А ну, обувайся. – Георгий кинул ей сапожки. – И приоденься. Твое пальтецо уже ни к черту. – Он сбросил с плеч свою фантастическую белую хламиду.

Георгий поднял руку. Возле них остановилась темно-серая «девятка».

– Куда едем? – спросил Георгий, когда они уселись в машину. Лизавета назвала свой адрес.

– У тебя приведем себя в порядок, а потом на студию, – решительно заявил Маневич. – Такой материал, просто убойный!

Георгий, сидевший впереди, повернулся и с изумлением уставился на Сашу.

– Видишь ли… – начала Лизавета, но не договорила.

– Ты набросаешь текст, а я еще покопаюсь в архиве. Это же волчье логово! Тут выкармливают двойников, которые могут изменить Россию! Это настоящая бомба…

– Для президента… Бомба для будущего президента, – вяло пошутила Лизавета. Она смотрела назад – там вовсю полыхало логово, о разоблачении которого с упоением грезил Саша Маневич.

Грезы долгими не бывают. Всегда найдется охотник вылить на мечтателя ушат ледяной воды.

– Вы с разоблачениями повремените, ребята…

– Почему? – Саша все еще витал в облаках.

– Я вам объясню. Только потом, – спокойно сказал Георгий и отвернулся.

– А если мы не послушаемся? – так же вяло спросила Лизавета.

– Это вряд ли, вы ведь умные, я это давно понял…

«Девятка» свернула на Литейный и встала: навстречу с диким воем неслись пожарные машины…

ВЫПУСКНОЙ БАЛ

Для того чтобы правильно снять выборы президента России, одного корреспондента и одного оператора явно недостаточно – так решили в редакции. В результате командировка в Москву досталась Лизавете и Саше Маневичу как политически подкованным и технически грамотным. За Лизавету говорил еще и опыт предыдущих, парламентских выборов. В силу тех же соображений одним из операторов стал Славик Гайский, а вторую камеру решили доверить Ромуальду Борисовичу, человеку опытному и заслуженному…

В самый последний момент Савва умудрился внушить руководству, что на Западе без продюсера, обеспечивающего тылы, даже в соседнюю пивную на съемки не ездят, а уж в Москву… на эпохальные выборы… куда съедутся тысячи журналистов со всего мира… «Да без соответствующей подготовки их затрут!» – не уставал повторять Савва. И, ко всеобщему удовольствию, его прикомандировали к двум бригадам. Случай беспрецедентный – на студии не любили тратиться на «лишних» людей, вроде мифических продюсеров с непонятным кругом обязанностей.

Оператор – понятно, камеру возит и носит. Корреспондент – тоже понятно, с микрофоном бегает. Простыми и понятными были осветители, водители, видеоинженеры, звукооператоры. Продюсер же – личность загадочная, скорее всего, тунеядец, намеревающийся прокатиться за государственный счет. До сих пор не разрешали ездить с продюсерами, а тут вдруг разрешили – и впрямь беспрецедентные съемки.

В Москву все пятеро приехали заранее, в пятницу, чтобы на месте осмотреться, в гостинице поселиться, проверить, заказаны ли перегоны и готовы ли аккредитации.

Народу, пишущего и снимающего, было не просто много, а невероятно много. Журналисты бродили и ездили по Москве табунами. Только «Си-эн-эн» прислало нехилый батальон особого назначения – человек пятьсот. Остальные тоже не ударили лицом в грязь. Практически на каждом перекрестке в центре российской столицы можно было увидеть человека с микрофоном, человека с камерой или человека с портативным компьютером. Что уж говорить о парламентском центре на Цветном бульваре!

Проколов, несмотря на столпотворение, не было. Аккредитационные карточки, с цветными фотографиями, выдали без всяких-яких. Сражаться с охраной тоже не пришлось: пресс-центровские столы установили прямо в фойе. Учли, учли прошлогодний опыт!

Коллеги на Российской студии подтвердили перегон. В гостиницу поселили без осложнений – молодая и уже уставшая от жизни женщина полистала допотопный журнал, нашла их фамилии и выдала ключи.

Савва, с удовольствием игравший роль усердного продюсера, тут же кинулся к телефону. Проверил, будет ли у них завтра и послезавтра автомобиль, составил график поездок и монтажей.

75
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru