Пользовательский поиск

Книга Преступление без наказания. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

— Ну и я так подумала. А что было в портфеле? — задала Маринка самый важный для себя вопрос.

— Не знаю, — ответила я, — у тебя как раз хотела спросить.

— Но я тоже не знаю! — Маринка пожала плечами и устроилась на диване поудобнее. — Несколько раз спрашивала его, но что он мне отвечал, уже не помню. Это ж так давно было, наверное, целая неделя прошла!

Я немного посидела, побарабанила пальчиками по коленке, взяла чашку с чаем и осторожно отпила глоток. Чай оказался не очень горячим. Немного подумав, я продолжила расспросы:

— А когда вы возвращались с этой дачи, портфель был с ним?

— Не-а! Он его там забыл. Я уже в городе спросила про портфель, а Паша хлопнул себя по лбу и сказал, что забыл. Еще бы ему не забыть: он ночью на рыбалку ездил, я слышала, но быстро вернулся: холодно было и рыба не клевала.

Я посмотрела на Виктора.

— Где у нас тут есть озера?

— Не озера, а озеро, — важно поправила меня Маринка, — озер полно в Чардыме, а там, где дача, было одно озеро. Прямо как Женевское, круглое такое! Ну почти круглое. Овальное.

— Точно! — сказала я. — Вспомнила', есть такое озеро! Как раз по той трассе, что ты описала! Там еще пансионат есть с двусмысленным таким названием!

Маринка непонимающе посмотрела сначала на меня, потом на усмехнувшегося Виктора.

— И что же? Почему ты думаешь, что я стану врать? — забормотала она. — Если озеро было, значит, было и…

— Ты на самом деле не поняла! — сказала я. — Получается вот что: если твой Павел оставил там портфель, с которым сел в машину, значит, в том месте у него находится что-то вроде тайника. Нужно поехать туда и найти этот бандитский склад.

— И поделить! — крикнула Маринка, быстро забывая про свою несчастную любовь. — Они же взяли ювелирный магазин! Ты представляешь, сколько там всего может быть?!

— Насчет предложения поделить, мне кажется, ты погорячилась, — заметила я. — А вот обнаружить этот клад и сдать, а потом описать все это приключение, — я бросила быстрый взгляд на нее, — ну или почти все — вот это будет интересно.

Виктор шевельнулся и молча показал два пальца. На его индейском языке это означало, что надо поинтересоваться вторым человеком; я поняла его правильно.

— Да, был ведь и другой член банды. Или, как минимум, еще один, — сказала я, — а это означает, что ехать нужно сразу, как только рассветет, чтобы его опередить. Вряд ли за эти несколько часов станет известно о смерти Косульского, или как его там по-другому еще зовут, не помню.

Я посмотрела на часы, потом то же самое сделала Маринка. Как-то молча мы обе поняли, что, если нужно ложиться спать, лучше всего это сделать прямо сейчас, а то минутой позже может начать и светать.

Глава 11

Меня разбудил Виктор как раз в тот момент, когда, как мне показалось, я только-только собиралась уснуть. Не став спорить, я стала подниматься с дивана.

Как это было трудно, рассказывать не стану, и так ясно, что не со свежим личиком и не с прекрасным настроением, но с более-менее терпимым, если меня не раздражать. Закутавшись в халат, я побрела будить Маринку.

Она долго сопротивлялась, потом все-таки села, зевнула и голосом страдающей Дездемоны заявила, что всю ночь не сомкнула глаз и у нее очень болит голова. После этой декламации она навострилась снова лечь, но я быстренько выдернула у нее из-под головы подушку. Почему это она должна спать, если я уже давно встала? Несправедливо!

— Когда же я наконец сдохну? — привычно пробормотала Маринка, снова принимая вертикальное положение на диване. — А мы завтракать будем или это тоже входит в программу издевательства?

— Если успеешь — позавтракаешь, не успеешь — поужинаешь, — посулила я и не ушла из комнаты раньше ее. Знаю я эти штучки: только выйди, так она снова завалится дрыхнуть.

Маринка не завалилась: поняла, видимо, что этот фокус у нее не пройдет и не прокатит. Продолжая ворчать, как водопроводный кран, когда в нем или в трубе за ним прыгает давление. Маринка сползла с дивана и поволоклась в ванную.

Плескалась она там долго, и я даже заподозрила, что она, изображая деятельность, все-таки прикорнула рядом с ванной. Но, когда я уже собралась ручкой от швабры постучать в дверь и потребовать вменяемого ответа. Маринка вышла сама и заказала «покушать». Покушать она получила, но только по пути к машине на лестнице. Одного бутербродика ей показалось мало, ну а на большее у нее не хватило времени. Кто не спрятался, я не виноват!

На поиски дачи, стоящей на берегу круглого озера и скрывающей для нас и наших читателей целый портфель изделий из драг-металлов, мы поехали на моей «ладушке». Она второй уж день терпеливо подкарауливала меня напротив подъезда и вот наконец дождалась. Вчера я немного изменила ей, пофлиртовав с «Ауди» Романа, но, несмотря на гипотетическую обиду, «Лада» завелась с полоборота, только попав в надежные руки Виктора.

Мы с Маринкой сидели на заднем сиденье и молчали. В такое раннее утро видеть себя в зеркале неприятно, не то что еще с кем-то разговаривать.

Я курила, Маринка начала прикрывать глаза и зевать. Это было самое подлое, что она могла придумать, словно ей одной хотелось спать, но ей же не объяснишь такие сложные вещи: сделает вид, что не понимает. А может быть, она и на самом деле такая.

Непонятливая.

Мы подъехали к КП ГАИ, отметились на нем, как и положено по всем правилам: до шести утра оставалось еще целых двадцать минут, и дежурный сержант, очевидно, устав за ночь бегать и уже набрав себе на вечернее пиво, а своей жене на вечернее платье, просто махнул нам рукой и равнодушно отвернулся. Все пути были открыты, и равнодушие нашего Тарасовского ГАИ однозначно можно было принимать за благоприятный знак судьбы.

Виктор неторопливо отъехал от КП и, свернув влево, начал постепенно увеличивать скорость: дорога была практически пустой, в такое раннее время желающих кататься за городом было мало. Кроме нас, впереди еще маячила какая-то машина, впрочем, ехавшая навстречу.

Мы добрались до нужного поворота к пансионату «Голубые дали», и Маринка, очнувшись, когда машина, подпрыгнув на кочке, тряхнула ее так, что она едва не упала на пол салона, нахмурилась и посмотрела в окно.

— А правильно едем, я во-он то-от пейзаж узнаю! — Она махнула рукой и кашлянула.

Я взглянула на узнанный пейзаж. Он оказался большой мусоркой, оставшейся после строительства нового моста через Волгу, строительства, совершенно непонятного и, как мне кажется, экономически не обусловленного, я имею в виду, конечно же, выгоду с государственной точки зрения — А дальше куда ехать, ты помнишь? — спросила я. — Озеро будет минут через пять за следующим поворотом, так нам потом налево или направо?

Маринка посмотрела на меня и покрутила в воздухе пальцами.

— Налево? — спросила она будто саму себя и вслух же себе пояснила:

— Право — это какой рукой пишу, а лево…

— А лево — это слева, — раздраженно сказала я, — не помнишь, значит?

— Прекрасно помню, — обиделась Маринка, — но забыла. Пока.

Виктор повернул к озеру и поехал вправо вдоль него. Я попеременно смотрела то вперед, то на Маринку, ожидая от нее хоть какой-то реакции, но она молчала и вся как-то ушла в свои собственные мысли, словно и не она должна была найти ту самую необходимую нам дачу.

Мы ехали уже достаточно долго, и тут Маринка, вытянув шею, пальцем показала в сторону озера, задумчиво проговорив:

— А кажется, вон она!

— Дача? — спросила я, всматриваясь туда же.

— Какая дача? Коряга! — сказала Маринка. — А я разве не говорила тебе? Мы когда плавали на лодке, то зацепились за корягу, так она во-он торчит. А может быть, я тебе и не говорила. Ну зато теперь сказала!

— Поехали ближе к берегу, Виктор, — предложила я.

Мы спустились еще ближе к озеру по ближайшей дорожке, и из-за деревянного забора выглянула высокая шиферная крыша.

— Это здесь! — твердо заявила Маринка. — Точно здесь! — повторила она уже не так уверенно, но по-прежнему напористо.

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru