Пользовательский поиск

Книга Любовница президента. Содержание - 13

Кол-во голосов: 0

– Я готова, – сказала Венди.

– Нервничаешь?

– Разве что самую малость.

– Не волнуйся, малышка. Ты будешь бесподобна.

– Ха! Он в этом убедится.

Риддл усмехнулся.

– Оценить тебя полностью он не сможет. Только смотри, не забудь о свете. Скажи ему, что свет тебя возбуждает. Что хочешь видеть его смазливую рожу. Скажи что угодно, но не гаси свет!

– Успокойтесь, доктор Грин. Можете на меня положиться.

– Молодчина. Ну ладно, мне нужно идти.

– Скажите, а когда я теперь увижу вас? Чтобы получить остальные деньги.

– Завтра позвоню, – пообещал Риддл. – Только не волнуйся. Ты будешь бесподобна.

Он спустился по лестнице мимо громадной картины, где был изображен Джордж Вашингтон, переправляющийся через реку Делавэр, и, проходя по Ротонде, увидел идущего навстречу в сопровождении полудюжины старшеклассников крепко сложенного человека, показавшегося знакомым. Заметив Риддла, этот человек извинился перед школьниками и бросился к нему, протянув для пожатия руку.

– Байрон, старый бандит, как дела, черт возьми?

– Отлично, сенатор. Как у вас?

– Брось ты величать меня сенатором. Для тебя я Билл, дружище. Говорят, дела твои идут, как по маслу.

– Не жалуюсь.

Сенатор рассмеялся и затряс руку Риддла.

– «Не жалуюсь». Ха. Все тот же старина Байрон. Знаешь, какой нужен тебе девиз? «Я люблю тайну». Старина Байрон! Такого человека еще поискать.

Недоумевая, что нужно его собеседнику, Риддл высвободил руку и взглянул на часы.

– А как дела у тебя, Билл?

Усмешка сенатора исчезла.

– Дела скверно, – угрюмо сказал он. – Избирают человека, чтобы он работал, а потом не дают работать. Представляешь, мне приходится платить из своего кармана за информационный бюллетень. Вынужден читать лекции, чтобы свести концы с концами. Иногда я думаю, стоит ли быть сенатором.

– Тебе нужно повидаться с одним человеком, – сказал Риддл. – У него соевая плантация. В городе он новичок. Хочет познакомиться с нужными людьми. Может выручить тебя.

– Пришли его ко мне, Байрон, пришли. Рад буду видеть твоих друзей в любое время.

– Ладно, – ответил Риддл и хотел уходить.

– Послушай, Байрон, может, ты сможешь помочь мне кое-чем. – Сенатор обнял Риддла за плечи и отвел к статуе давно забытого вице-президента. – Сюда вернулось несколько смутьянов. Один из них именует себя врачом. Открыл клинику, но вместо пилюль дает политические советы. Я хотел бы узнать, кто он такой и кто стоит за ним.

– С нашими друзьями не говорил?

– От них мало толку. Все напуганы до полусмерти. Не то что в прежние дни. Слушай, Байрон, я думал, что, если ты сможешь выяснить…

– Постараюсь. Дел у меня куча, но я постараюсь.

– Отлично. Слушай, Байрон, я хотел спросить, что ты знаешь о той женщине, убитой в Джорджтауне?

– Ничего.

– Странная история, – сказал сенатор. – Я думал, в газетах осветят ее пошире.

– Сам знаешь, какие у нас газеты.

– Да, конечно. Что ж, был очень рад тебя видеть. Звони.

Сенатор подмигнул и направился к ждущим школьникам. Риддл торопливо вышел из Капитолия и спустился по длинному ряду ступеней восточного фасада на Конститьюшн-авеню. Прежде чем Донован Рипли вышел из старого здания сената, он выкурил две сигареты. Рипли быстро пошел по Первой-стрит мимо Верховного суда и свернул на Ист-Кэпитол-стрит. Риддл в отдалении следовал за ним. Расчеты его оказались правильны. На Четвертой-стрит сенатор свернул направо, дошел до середины темного квартала, потом юркнул в подъезд старого особняка, разделенного на три квартиры. Риддл прекрасно знал этот особняк; в настоящее время все три квартиры снимал он. На другой стороне улицы стояла машина, Риддл влез в нее. Минуту спустя он увидел, как Венди подошла к окну и опустила шторы. Свет продолжал гореть. Риддл закурил «Мальборо» и засмеялся. Все очень просто, думал он, все очень просто, когда твои враги тупы, как Донован Рипли. Два часа, пока Рипли не вышел на улицу, он сидел в машине, то посмеиваясь, то спокойно думая о своем будущем и о том, какой козырь идет ему в руки. Это была крупнейшая его удача, бесценная удача, и теперь он мог добиться всего.

13

Едва Нортон вернулся с ленча, как неожиданно позвонила секретарша босса: мистер Стоун хочет немедленно видеть мистера Нортона. Три минуты спустя он вошел в большой, тускло освещенный кабинет Уитни Стоуна и увидел его, неподвижно сидящего за антикварным столом с недоуменной улыбкой на лице. Стоун поглядел на Нортона, потом жестом пригласил его сесть в кресло.

– Я только что получил скверные новости, Бен, – начал он.

– Какие?

– Как ты знаешь, на основании твоих сведений из министерства юстиции мистер Бакстер тут же занялся приобретением радиостанций. Вчера утром он подписал бумаги.

– Так.

– А сегодня утром представитель антитрестовского отдела сообщил мистеру Бакстеру, что у министерства есть серьезные вопросы по поводу этого приобретения и оно готовит судебный запрет.

Нортон был так поражен, что не смог ответить; ему нанесли удар в спину, и он догадывался почему.

– Я хотел бы знать, Бен, – продолжал Уитни Стоун самым любезным, а в его устах – наиболее зловещим тоном, – можешь ли ты пролить какой-то свет на этот весьма нежелательный поворот событий. Мы, разумеется, полагались на твою оценку настроения в антитрестовском отделе. Может, ты ошибся? Или тебя ввели в заблуждение?

Нортон был в таком гневе, что не мог сказать ничего, кроме правды.

– Нет, я не ошибся. Видимо, дело тут в одной довольно специфичной проблеме. Мы с Эдом Мерфи… ну, скажем, не сошлись во взглядах по одному личному делу. Я думаю, что организатором министерской политики открытых дверей был Эд. Надеялся урезонить меня таким образом по-хорошему. Но потом у нас состоялся еще один разговор, я по-прежнему не соглашался с ним в том вопросе, и он разозлился.

Уитни Стоун свел кончики пальцев и уставился в потолок, словно ожидая наставления свыше.

– Ценю твою искренность, – наконец сказал он. – Видишь ли, Бен, мне известно кое-что о твоем… э… несходстве во взглядах с Эдом Мерфи. Насколько я понимаю, оно связано со смертью твоей приятельницы мисс Хендрикс.

– Да.

– И Мерфи считает, что ты проявляешь к этому делу слишком большой интерес, с его точки зрения, довольно назойливый. Поэтому он воспользовался этим антитрестовским делом, чтобы поднять тебя, а потом сбить. Ты так это понял?

– В основном да.

– Тогда, видимо, главный вопрос заключается в том, не слишком ли воинственно ты ведешь себя?

– Думаю, что нет, – ответил Нортон. – Донна была убита при очень странных обстоятельствах. Никто не может сказать, почему она находилась в Вашингтоне, в этом особняке, в это время. По-моему, Эд Мерфи знает и лжет мне.

– Бен, подозреваешь ты, что президент Уитмор имеет какое-то отношение к ее смерти?

– Для такого предположения у меня нет оснований, – сказал Нортон.

Это было истинной правдой. В то же время, как понимали и он, и Стоун, это не прозвучало и категоричным отрицанием.

– Но ты думаешь, что Уитмор и Мерфи могли знать, почему она находится в Вашингтоне, и даже общаться с нею?

– Совершенно верно.

– И настаиваешь, чтобы Мерфи удовлетворил твое любопытство по этим пунктам?

– Это не просто любопытство, Уит. Я считаю, что правда о ее смерти должна быть раскрыта, если это возможно.

– Правда о ее смерти, Бен, или о любовных делах?

Нортон ощутил, как в нем закипает гнев.

– Постой-ка, Уит, – сказал он. – Я считаю…

– Не обижайся, – перебил Стоун. – Дай мне, пожалуйста, развить эту мысль. Предположим для начала, что мисс Хендрикс была убита грабителем. Теперь предположим, что вечером накануне убийства она говорила с президентом или виделась с ним. Считаешь ты, что эти сведения важны для расследования?

– Не исключено. В любом обычном расследовании были бы.

23
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru