Пользовательский поиск

Книга Дело о «красном орле». Страница 48

Кол-во голосов: 0

— Объясни мне, в каких случаях секретят уголовные дела.

Зверев не удивился и моментально ответил:

— Если дело содержит государственную или служебную тайну.

— С государственной понятно… а что значит «служебная тайна»?

— Ну например, если из материалов дела следует, от кого пришла агентурная информация. То есть, когда есть риск спалить агента. Но это, Андрюха, очень редко бывает…

Вся информация об агентуре и так проходит с грифом «Совершенно секретно». А ты почему спрашиваешь?

Я объяснил, и Сашка сразу пояснил:

— Секретить в этом случае совершенно нечего. Тем более приказом ГУВД. Ежели все так и было, как насвистела ваша Завгородняя, то есть произошло убийство со всеми этими ужасами, то из ГУВД вполне могли дать устную рекомендацию попридержать информацию, чтобы не сеять панику среди населения. А то мигом пойдут слухи про нового Чикатило.

Сашка помолчал, а потом добавил:

— А ты сам-то проверял? Было ли убийство?

Точно так же я вчера спросил у Володи Соболина, Точно так же, как Соболин мне, я ответил Сашке.

— Ну… вообще-то…

— Понятно, — вздохнул Зверев. — Ладно, зайду к твоим ребятам, проверим по сводке.

***

Я решил не ждать, пока Сашка проверит по сводке. Я избрал самый простой путь — снял трубку и позвонил начальнику РУВД

Красноармейского района. Однажды нам доводилось пересекаться, и у меня даже нашлась его визитка… Спрошу, решил я, за спрос денег не берут. Я набрал номер и через несколько секунд услышал голос полковника Крылова.

— Здравствуйте, Дмитрий Олегович. Журналист Серегин из Агентства «Золотая пуля». Не могли бы уделить мне пару минут?

— Здравствуйте, Андрей… э-э… Викторович, — ответил полковник. Хорошая у него память, даже отчество вспомнил. — Чем могу быть вам полезным?

— Дошли слухи, что у вас в районе некое жуткое убийство произошло. Хотелось бы получить какую-то достоверную информацию.

— Слухи дошли? Худо, господа журналисты, что вы опираетесь на слухи. Лучше бы на факты.

— Именно потому вам и звоню, товарищ полковник. Хочу познакомиться с фактами.

— Ага… с фактами? А вы какое убийство имеете в виду, Андрей Викторович?

— Примерно неделю назад на лестнице многоэтажки обнаружили труп молодой женщины… с (я чуть было не ляпнул: с «красным орлом») ребрами наружу.

Крылов несколько секунд молчал, потом сказал:

— Действительно, слухами питаетесь…

Имела место бытовуха на проспекте Рационализаторов. Какие еще «ребра наружу»? Что это за бред?

Полковник сказал это спокойно, уверенно, но я сразу уловил в его голосе какую-то неискренность. Впрочем, ожидать от матерого оперативника искренности и не приходится. Специфика службы учит их взвешивать слова.

— А вскрытая спина? Вывернутые ребра? — спросил я. — Это что — бытовуха?

— Вы же серьезный журналист, Андрей Викторович… зачем вам эта бульварная дешевка? Девку основательно порезали ножом, вот жильцам и показалось черт те что. Вы же понимаете — много крови, лохмотья порезанной одежды. С перепугу может показаться все что угодно — хоть ребра наружу, хоть сиськи внутрь. Верно?

Я ответил:

— Верно.

— Вот то-то и оно, — продолжил Крылов. — Плюньте вы на эту дешевую сенсацию. Яйца выеденного не стоит. А вот есть у нас хорошее раскрытие по разбою. Приезжайте, все расскажем, покажем… Ладушки?

Мы мирно потолковали с полковником еще минуту и закруглили разговор.

«Проспект Рационализаторов», — написал я на листке бумаги.

***

Спустя часа два после моего разговора с Крыловым появился Зверев. За это время меня трижды доставали с просьбами об интервью: почему-то коллеги считали, что, раз я служил на Ближнем Востоке, то непременно должен быть экспертом по арабскому терроризму… Сашка пришел и молча положил на стол ксерокопию оперативной сводки.

"Оперативная сводка.

3 сентября 2001 года.

О наиболее существенных уголовных проявлениях на территории Санкт-Петербурга.

Не раскрыто:

Убийство Красноармейское РУВД.

3 сентября 2001 года около 8.30 на запасном выходе 13 этажа дома №46 по проспекту Рационализаторов с множественными ножевыми ранениями различных частей тела обнаружен труп неизвестной женщины, на вид около 20 лет.

Инф. на 12.00.

Выезжали: зам. нач. УУР Сазонов, ст. наряда УУР Магомедов с оперсоставом, и.о. нач. РУВД Лыков, отв. от руководства нач.

КМ Пасечник, начальник ОУУР Кузьмин с оперсоставом, помощник пр-ра Яшин, СП

Коровина, ЭКО Тимохин, СМЭ Кириллов, кинолог Инин, о/у ОРО Раскатов, Иванов, уч. инспектор Лялин, инспектор ОППН

Козлов.

КП 420 по 308 о/м.

Возбуждено уголовное дело по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Сообщено ЭКУ (8-57).

С места происшествия изъяты: одна дактопленка с отпечатками следов пальцев рук, одежда со следами вещества бурого цвета, два презерватива (один — использованный), 6 окурков, осколки битого стекла.

В 308 о/м сообщили жильцы дома в 8.30.

В ГУВД сообщил ответственный руководства начальник КМ Пасечник в 11.57, окончание в 19.46 3.09.2001 года".

— Про «красного орла» здесь ничего нет, — сказал я, когда прочитал ксерокс с «Оперативной сводки».

Сашка закурил, пожал плечами и ответил:

— А здесь и не должно быть подробностей. Это сводка. В ней все формулируется коротко: множественные ножевые… А ты, кстати, уверен, что был этот «красный орел»?

Как— то уж больно экзотично.

— Не знаю, Саша, — ответил я. На самом деле у меня было чувство, что был «красный орел». Был!

— А по-моему, так запороли наркоманку-проститутку… и никакой тебе ритуальной чертовщины, — сказал Сашка. Он сидел на краю стола, курил и качал ногой.

— А почему проститутка и наркоманка?

— Не знаю, но мне так кажется… презервативы… и прочее. Не всякая телка пойдет трахаться на лестнице.

— Не всякая, — согласился я. — А ты обратил внимание, на каком этаже нашли тело?

— Обратил, на тринадцатом… Ну и что?

— Ничего. Запросто может оказаться, что совпадение. Но в сочетании с «красным орлом» наводит на размышления.

— Гляди сам, — сказал Сашка и протянул руку. — Звони, если что…

Я сидел, курил и думал: «А вдруг прав полковник Крылов, и никакого „орла“ не было? Вдруг перепуганные насмерть жильцы злосчастного дома приняли за ребра лохмотья куртки или плаща белого цвета… Нужно будет узнать, какого цвета была одежда у жертвы? Вон и Зверев сомневается. А у него опыт — будь здоров».

Я сидел, курил, думал. А потом пошел к моим операм.

***

Оба сыскаря — Зудинцев и Каширин — спокойно резались в нарды. Я не стал на этом акцентировать внимание. Когда требовалось, ребята могли пахать по двадцать четыре часа в сутки…

— Слушайте, орлы, — сказал я, — тело этой девахи сейчас где? В морге?

— Какой девахи? — спросил Зудинцев.

Я вдруг сообразил, что ребята об убийстве на проспекте Рационализаторов ничего не знают.

Я ввел их в курс дела.

— Как бы получить копию заключения?

— У-у, начальник… — протянул Зудинцев. — Это еще когда будет! Месяц пройдет или полтора. Заключение быстро не делают.

— А почему так долго? — удивился я.

Каширин ответил:

— Да потому, что следак наверняка назначил дополнительные экспертизы — гистологию, например, чтобы проверить ее на наркотики. А это довольно долгая история.

— Да мне хрен-то с ней, с гистологией, — сказал я. — Мне важно знать: были вывернуты ребра или нет?

— Щас возьмем эксперта за жабры — все объяснит, — обнадежил Зудинцев. Он достал из стола пухлую записную книжку, полистал ее и нашел то, что искал.

48
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru