Пользовательский поиск

Книга Дело о «красном орле». Страница 43

Кол-во голосов: 0

Настроение было умиротворенным.

— А почему ты так уверена, что он обязательно клюнет? — отхлебывая кофе, логично поинтересовалась Нонна.

— Не уверена. Но почему бы не попробовать?

— А если он все-таки не клюнет, что ты тогда будешь делать? — не отставала Нонна.

— Не знаю. Наверное, плюну на всю эту затею. Только попробовать все равно хочется.

Мы распрощались с Ионной, договорившись, что пленку она по дороге отдаст в круглосуточный пункт «Кодак». Если все получится, то к завтрашнему вечеру фотографии будут готовы.

***

Больше всего на следующий день я боялась попасться на глаза Обнорскому. Вчерашний задор прошел, и мне очень не хотелось, чтобы пришедший в себя после вчерашнего визита шеф сморозил при всех что-нибудь язвительное в мой адрес. Однако мне повезло — выяснилось, что Обнорский с Кашириным и Повзло отбыли в недельную командировку.

Ужасно хотелось кофе. Обследовав запасы, я с грустью убедилась, что банка из-под «Нескафе» пуста. Бежать за кофе в магазин было неохота, пойду попрошу у кого-нибудь.

В поисках вожделенного напитка я зашла в репортерский отдел. Комплект репортеров наличествовал не в полном составе: отсутствовал начальник. В его отсутствие подчиненные развивали бурную деятельность: Завгородняя с кем-то щебетала по телефону;

Горностаева что-то печатала на компьютере, изредка сверяясь с записями в блокноте; Аня Соболина вязала.

— У вас кофе есть?

— Нет, весь выпили. Может, чаю хочешь?

Ежевичного, — предложила Валя.

От чая я отказалась. У репортеров в кабинете, в отличие от остальных помещений Агентства, царила приятная прохлада.

— А где Соболин? — спросила я, плюхнувшись на мягкий кожаный диван.

— На убийстве, в Морском районе. Он тебе нужен? Минут через десять должен вернуться, уже отзвонился, — неохотно оторвавшись от вязания, отозвалась Аня.

Через пятнадцать минут в отдел действительно ворвался запыхавшийся Соболин.

— Съездил не зря. Барышню убили банально — кухонным ножом. Трижды ударили в шею и один раз — в область сердца. Из квартиры унесли деньги — пятнадцать тысяч баксов, шубу норковую, кое-какие драгоценности. В общем, похоже на банальный разбой, но муженек нашей погибшей знаете кто? Ярышев Сергей Васильевич!

Соболин произнес это с таким пафосом, что стало понятно: фамилия должна быть известна всем без исключения. В самом деле — Ярышев, Ярышев… Что-то до боли знакомое.

— Кстати, Анька! — повернулся ко мне начальник всех репортеров. — Хочешь интересную деталь — вы с убитой госпожой Ярышевой похожи, как два плевка! Просто какой-то феномен природы!

Я поморщилась — артистические аллегории Соболина были не всегда понятны и приятны. Но Володя на мою мимику внимания не обратил.

— Я сначала обомлел: представьте, захожу в комнату убиенной — а на полу Лукошкина лежит! — разглагольствовал он. — Я даже испугался немного, думал, не дай Бог, с Анькой что-то случилось. Потом вспомнил, что утром видел ее, живую и здоровую, совсем в другом имидже. Но похожи вы с Ярышевой все-таки колоссально! Прямо близнецы — стопроцентное сходство!

— Стопроцентного сходства не бывает даже у близнецов, — охолонула я репортерский пыл.

— Не веришь — можешь убедиться, — обиделся Соболин. — Посмотри на ее фото, а потом в зеркало.

— Откуда у тебя фото? Тебе что, дали фотографию трупа с места происшествия? — изумилась я.

— Да нет, у Спозаранника в архиве должно быть фото этого субчика вместе с женушкой и приятелями. Если интересно, сходи к расследователям, я Глебу уже все рассказал, он как раз сейчас все документы по Ярышеву поднимает.

В кабинет Спозаранника я не вошла — влетела.

— Глеб, пожалуйста, покажи снимок Ярышева с женой. Соболин уверяет, что мы с ней — одно лицо!

— Госпожа Лукошкина, позволю себе напомнить вам, что мы сегодня еще не виделись, а значит, нужно здороваться. — Однако распространяться на эту тему далее Спозаранник не стал — видимо, ему все еще было неудобно за историю с моей пилочкой для ногтей.

Поэтому Глеб ограничился лишь тем, что мрачно блеснул очками и извлек из недр своего письменного стола пачку фотографий.

— Любуйся. Ярышев на первом снимке, в центре, жена рядом.

Я схватила фотографии, впилась в них глазами и буквально остолбенела.

Собственно, ничего особенного в фотографиях не было — обычные снимки, сделанные на каком-то празднике в ресторане.

В центре, вальяжно развалившись на стуле, сидел грузный усатый мужчина, надо полагать, новоиспеченный вдовец — Сергей Ярышев. Он по-хозяйски обнимал за бедра стоящую рядом улыбающуюся женщину в длинном платье. Да, Соболин оказался прав — покойная мадам Ярышева при жизни была необыкновенно на меня похожа.

Даже прически мы с ней носили почти одинаковые.

Однако кратковременный столбняк вызвало не это фото: на другом снимке, сделанном уже в другом кабаке, слева от Ярышева за столом сидел Станислав! Тот самый брачный аферист, собственной персоной!

— Это же Стас! — непроизвольно вырвалось у меня. И тут же я прикусила язык. Но было уже поздно. Спозаранник и сидевший у него в кабинете Шаховский оторвались от изучения документов и пристально уставились на меня.

— Кто такой Стас, госпожа Лукошкина? — поинтересовался Глеб.

— Да так, один знакомый, — попыталась я выкрутиться.

— Что за знакомые появились у вас среди окружения мошенника, коим является господин Ярышев?

— Мошенником человека у нас может признать только суд. А в чем провинился Ярышев?

— Ты что, не помнишь? Полгода назад в «Явке» про него материал выходил. Ты же сама его читала и подписывала. Схема возврата экспортного НДС.

Тут я наконец вспомнила, откуда мне знакома фамилия Сергея Ярышева. Приблизительно в феврале-марте в «Явке с повинной» вышла серия статей про махинации, связанные со схемой возврата экспортного налога на добавленную стоимость. Суть схемы проста: фирмой фабрикуется экспортная сделка (фактически, разумеется, не проводившаяся), затем в налоговую инспекцию и Арбитражный суд направляются соответствующие документы. После чего предприятию из федерального бюджета РФ возмещается налог на добавленную стоимость от суммы всех затрат, произведенных по экспортному контракту. Учитывая, что никаких затрат предприятием не производилось, получается, что из федерального бюджета обманным путем возмещаются деньги в размере 20% от осуществляемых по экспортной сделке затрат.

Так вот, весной было возбуждено несколько подобных дел, и наши расследователи не замедлили отразить это на страницах газеты. В числе фигурантов проходил и хозяин ряда фирм Сергей Владимирович Ярышев. Кстати, насколько я помню, ему и его компаньону удалось тогда каким-то образом уйти от ответственности, вся вина была возложена на третье лицо.

— А почему я эту фотографию раньше не видела? — Я понимала, что Глеб от меня не отвяжется, и пыталась сбить его со следа.

— А фотографии в «Явке» и не было. Она лежит у меня для служебного пользования.

Не отвлекайтесь, Анна Яковлевна. Что за интересы — если это, конечно, не страшная тайна — связывали вас и Станислава Звягина? Кстати, именно он был тем компаньоном Ярышева, с которым они проворачивали сделку и впоследствии улизнули от расплаты.

Делать было нечего: я рассказала Спозараннику авантюру с фотографией на сайте знакомств. Правда, подставлять Нонну Железняк я не стала и сказала, что идея была общей. Умолчала я и о мерах, предпринимаемых мною для поисков Стаса. При этом я взяла с Шаха и Спозаранника честное слово, что об этом, кроме них, никто больше не узнает.

— Я думаю, что Звягин — обычный брачный аферист. Узнав, что я работаю в «Золотой пуле», вспомнил публикации Кононова на эту тему и счел за благо слинять, пока не поздно, — закончила я свое почти правдивое повествование.

— Может, и аферист. Мошенник и брачный аферист — шампунь и кондиционер в одном флаконе. Правдоподобно, — согласился Щах.

43

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru