Пользовательский поиск

Книга А я леплю горбатого. Содержание - Глава 6

Кол-во голосов: 0

Глава 6

«Надо как-то оградить Журавлева от нападок Данильченко», — почему-то подумала я сразу после того, как уже поздним вечером Маринка привезла хорошие вести с лыжной базы. Ярослав Сосновский действительно был зарегистрирован там шестого января и уехал только седьмого около десяти утра, но очень поспешно, отменив лыжную прогулку, на которую собирался вместе с другими отдыхающими.

В общем-то мы все даже обрадовались тому, что алиби секретаря подтвердилось. Виктор долго скептически смотрел на Маринку, пока я расспрашивала ее о предпринятых действиях, и, похоже, остался доволен: секретарша привезла письменные свидетельства консьержа и администратора гостиницы, показания нескольких постояльцев. Так что придраться было не к чему, хоть Виктор очень старался и на этот раз, желая показать свое истинное отношение к секретарю Владимирцева.

«Интересно, почему наш фотограф так невзлюбил его? — ломала я голову, уже вернувшись домой. — К другим Маринкиным ухажерам он относился вполне спокойно…» Но долго мучиться над этой проблемой у меня попросту не было времени — перед новым рабочим днем не мешало хорошо выспаться. Поэтому, несмотря на протесты сердца, жаждущего получения новых эмоций от продолжения мелодрамы, в одиннадцать я отключила телевизор и зарылась головой в любимую подушку.

* * *

Не успела я проглотить любимый тост с сыром, как затрезвонил сотовый. «Кроме Виктора, некому», — сразу сообразила я, на ходу дожевывая остатки завтрака. Я уже привыкла к тому, что по утрам меня обычно разыскивает только наш неугомонный фотограф, у которого для меня всегда находятся самые свежие и просто неотложные новости.

— Спишь? — задал Виктор свой любимый вопрос, на который, наверное, просто мечтал когда-нибудь получить утвердительный ответ.

— Ближе к делу, — скомандовала я, поздоровавшись.

— Арестовали убийцу, — как всегда лаконично, сообщил он.

Пока я судорожно соображала, кто и кого мог арестовать, Виктор выдерживал эффектную паузу. Так и не дождавшись продолжения, я решила продолжить разговор.

— Как и когда? — переспросила я, перебирая в уме всех наших подозреваемых и пытаясь угадать, на кого же именно из них пал роковой жребий.

«Скорее всего майор Данильченко уже успел позвонить нам в офис и сообщить эту сногсшибательную новость Виктору, который появился там раньше других, — подумала я. — Конечно, он старался не ради нас и не ради удачного материала, просто хотел узнать нашу реакцию». Впрочем, переживать по этому поводу я просто не имела права, потому что от моего настроения сейчас зависело настроение всей редакции.

— Кого именно задержали? Ты хотя бы фамилию запомнил? — снова спросила я, зная о невыносимой привычке фотографа не рассказывать о чем-нибудь как можно дольше.

— Обижаешь, начальник, — услышала я в трубке. — Электрика Белоусова.

Я почувствовала облегчение. И не потому, что смертно ненавидела неизвестного мне до сей поры электрика, — просто обрадовалась окончанию фразы, которую выслушала затаив дыхание.

— Стало быть, для задержания по подозрению в убийстве нашлись веские причины? — спросила я, уже представляя шрифт заголовка нашей будущей статьи в «Свидетеле», завершающей всю эту историю со смертью депутата городской Думы.

После того как Виктор фыркнул в трубку что-то неопределенное, я услышала голос Маринки, которая не выдержала и взяла инициативу рассказа в свои руки.

— Я как раз пришла на работу, когда Виктор с совершенно невозмутимым видом сказал Данильченко, что мы давно уже знаем его сногсшибательную новость про электрика, — усмехнулась она. — Представляешь, какое лицо было у майора?

Честно говоря, я не могла себе этого представить, но все-таки загордилась, что сотрудники не уронили чести газеты «Свидетель».

— Он буквально накануне, шестого января, приходил в дом Владимирцева, чтобы починить проводку, — стала объяснять Маринка. — Это зафиксировано в журнале вызовов в РЭУ. Кстати, мы тут посовещались и решили, что просто кто-то хочет подставить этого самого электрика, который никакого отношения к смерти Владимирцева не имеет. Правда, доказательств у нас пока нет. Оль, это все слишком субъективно: сначала на Журавлева все косвенные улики указывают, потому что он «в контрах» был с Геннадием Георгиевичем. Теперь — этот Белоусов, который случайно или намеренно приходил в квартиру прямо накануне смерти хозяина, да еще и в электричестве сечет.

— Думаешь, нас, как слепых котят, обводят вокруг пальца? — уточнила я, уже засовывая ногу в сапог и нащупывая в сумке ключи от офиса.

Маринка не удостоила меня ответом, но я уже и сама все поняла. Журналисты привыкают со временем больше полагаться на собственную интуицию, чем на заявления чиновников, поэтому в данном случае я, конечно, целиком доверяла своим сотрудникам. «Посмотреть бы на этого террориста-электрика», — усмехнулась я, паркуя машину возле редакции любимой газеты «Свидетель».

— Думаю, надо связаться с Ингой Львовной и порасспросить у нее о деталях, — услышала я голос Кряжимского, едва открыла дверь в приемную.

Все сотрудники мужского пола уже были в сборе, не наблюдалось только Мариночки, которая вышла за очередным пакетом сушек. Как я поняла с первых минут взаимных приветствий, Виктор уже успел объяснить сложившуюся ситуацию Сергею Ивановичу и они включились в работу. Я тоже сбросила шубу, нажала кнопку электрочайника и временно заняла Маринкин стул.

— Как полагаете, господа, Владимирцева в курсе?

— Однозначно, — повторил любимое слово известного политика Виктор, а Кряжимский добавил совершенно серьезно:

— Данильченко просил, по возможности, никому ничего не говорить о ходе расследования. Но если теперь официально задержали электрика, подозреваемого в убийстве, история с проводами в ванной комнате — уже не тайна. Не мог же майор милиции не взять показания у вдовы покойного, хотя бы для того, чтобы выяснить, не пропало ли что-то в квартире.

С этим я не могла не согласиться: с Ингой следователь в любом случае уже успел переговорить. Я пододвинула телефон и набрала уже запомнившуюся комбинацию цифр. Трубку взяла Каверина.

— Ольга Юрьевна! — обрадовалась она. — Я хотела позвонить в редакцию, но не посмела тревожить так рано. Знаете, у нас ЧП — задержали электрика.

— Это я и хотела обсудить, — подтвердила я.

Договорившись о встрече, я набрала номер Данильченко, который он оставил мне еще в самый первый свой визит, когда заподозрил Виктора в совершении преступления.

— Сергей Анатольевич, а как вы догадались, что именно Белоусов подсоединил электрические провода к душу? — спросила я после вежливого приветствия и поздравлений с удачным завершением дела.

Конечно, в завершение я не очень-то верила, но пришлось воспользоваться этим трюком, чтобы выудить нужные сведения у падкого на лесть милиционера.

— В этом нам очень помог товарищ Сосновский, — услышала я довольный голос майора. — Он вспомнил, что как раз шестого января Геннадий Георгиевич очень торопился из офиса домой, где они вместе с секретарем разрабатывали какой-то проект, потому что Владимирцев вызвал на вечер электрика. Кстати, в РЭУ мы эту информацию проверили, и документы подтверждают, что Белоусов в тот день действительно находился по вызову в квартире депутата.

Следователь многозначительно замолчал, очевидно, гордясь значимостью сообщения и ожидая моих новых вопросов. Конечно, разочаровывать его было жаль, но я тем не менее попрощалась и положила трубку. «Неужели на таких призрачных косвенных уликах можно состряпать обвинение в убийстве?» — подумала я. Впрочем, задать этот вопрос вслух я не решалась: о том, что милиция у нас частенько сначала сажает, а потом придумывает за что, я знала абсолютно точно.

— Думаю, путать карты милиции пока не стоит, — первым прервал молчание Сергей Иванович. — Лучше все-таки сначала поговорить с Ингой Львовной.

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru