Пользовательский поиск

Книга Защита Гурова. Содержание - Глава 12

Кол-во голосов: 0

– И это серьезно? – Соболь даже обомлел.

– Абсолютно, – Гуров пожал плечами. – Я даже не стану ни к кому обращаться. Мы со Станиславом сделаем это своими руками и с большим удовольствием.

Глава 12

Генерал Орлов сидел в своем кабинете за столом и ничего не делал. Он подвинул к себе календарь, в котором каждому дню отводилась страница, где он записывал, что и когда предстоит сделать, кому позвонить. Первым словом в дне сегодняшнем было написано и подчеркнуто слово «совещание». С данного совещания, которое проводил первый заместитель министра, Орлов только что и вернулся.

На совещании присутствовали заместители министра и начальники главков. Орлов собирался выступить с совершенно необходимым, на его взгляд, предложением по перестановке кадров как в министерстве, так и в главках, управлениях и далее, вплоть до районных отделений милиции. Он слишком давно служил, чтобы оставаться наивным, и понимал, что скорее всего предложение вызовет отрицательную реакцию, так как практическое осуществление его означало значительное снижение окладов руководителей и передвижение средств в нижние рабочие звенья, вплоть до рядовых оперативников и участковых.

Орлов взял за основу собственный главк, начинал с себя и, двигаясь вниз, доказывал, что система начисления заработной платы сотрудникам не действенна, так как в результате главная сила милиции – оперативники и участковые получают слишком мало, хотя основную и самую трудоемкую работу выполняют именно они – рядовые сотрудники.

Когда он пришел в милицию (тех лет уже никто не помнит), то в коридорах МУРа говорили о том же самом. Неоднократно готовились революционные решения, которые заканчивались тем, что генералу добавляли жирный кусок, а лейтенанту ничтожно малый остаток. В тогдашнем партийном руководстве города, а когда разрешали, то и в прессе, утверждали, что милиция постоянно просит денег. Деньги действительно просили, но не в свой карман, а на техническое оборудование. А оклады постоянно просили выравнять, чтобы не существовало этой несправедливой диспропорции.

Велись бесконечные разговоры, шли годы, появлялись новые подразделения и главки, соответственно, прибывали новые полковники и генералы, как правило, с милицейской работой незнакомые. Но людям нравились просторные кабинеты, спецмашины, спецсвязь, чинопочитание.

С каждым годом Орлов все отчетливее понимал: либо милиция выровняет свои ряды, превратится в воинство, защищающее Отечество, среди сотрудников вновь возникнет дружба, товарищество, духовное равноправие, либо наступит полный беспредел и обществом начнут командовать паханы и авторитеты преступного мира. Да, милиция – организация военная, приказы начальства – закон, но, учитывая, что данное войско обязано вести войну круглосуточно, практически всю жизнь, для руководителя лишней звезды на погонах недостаточно.

Орлов, понимая всю непопулярность своей затеи, подготовился все же к докладу обстоятельно. Генералу следовало начинать, и, когда первый зам открыл совещание, Петр Николаевич застегнул верхнюю пуговицу и готов был подняться, когда кто-то из присутствующих сказал:

– Минуточку, о своих делах и бандитах еще наговоримся. Как вам понравился Коржанов? Грозный генерал потеет и несет какую-то чушь, что его главное оружие не в документах, а в его лысой голове!

– Одиннадцать лет рядом с Президентом, много слышал, видел, и пусть вороги содрогнутся! – хохотнул другой генерал.

– Счастливый человек – мудростью не отягощен, полагает, что найдется следователь, который станет слушать дворцовые сплетни.

– Доказательства есть доказательства, а сплетни, что у пивного ларька, что в приемной Президента, только сплетни.

О повестке дня, докладе начальника главка уголовного розыска забыли, начали горячо обсуждать события последних дней, решая, что из сказанного имярек доказывается, а что нет, будет прокуратура вести расследование или все закончится газетно-телевизионным скандалом.

Больше половины из того, что говорили окружающие, генерал не понимал, не знал называемых фамилий, занимаемых должностей, или не смотрел, или не помнил телевизионного интервью, на которое ссылался очередной «оратор».

Неожиданно с пронзительной ясностью Орлов понял, что опоздал со своим докладом на многие годы, паханы и авторитеты уже правят, ничего поделать уже нельзя. Поезд ушел. Чтобы выросли злаки, сначала надо избавиться от плевел. И начинать следует с него, генерала Орлова, который сидит и молча слушает весь этот бред. Не стучит кулаком по столу, не кричит, не валится с сердечным приступом, а молча слушает.

Орлов тяжело поднялся, взял свою папочку и побрел на выход.

Сначала на него никто не обратил внимания, потом кто-то озабоченно спросил:

– Петр Николаевич, вам плохо?

Он кивнул, потер левую сторону генеральского кителя, прекрасно понимая, что он трус и симулянт, и вышел.

Теперь, сидя в своем кабинете за столом, он взял ручку и аккуратно зачеркнул сегодняшнюю страницу в календаре.

В кабинете бесшумно появился Станислав Крячко, подошел к столу, взглянул на календарь, спросил:

– Врач нужен?

– Психиатр.

– Понял! – Станислав вышел, обнял за плечи молоденькую медсестру с обязательным чемоданчиком в руке, повел к двери.

– Прелесть моя, мы сами решаем свои проблемы.

– У меня приказ…

– Машенька, скажешь, что дала валидол. – Крячко вывел медсестру в коридор.

– Я не Машенька…

– Тем более! – Станислав поцеловал девушку в щеку. – Иди, радость моя. Иди. – Он вернулся в приемную. – Верочка, ни с кем не соединять. Если будет звонить Лев Иванович, вызови меня.

– Станислав, почему вы целуете посторонних женщин? Кофе?

– Обязательно! – Станислав вошел в кабинет, посмотрел на Орлова, который безуспешно пытался открыть бутылку коньяка, отобрал ее, подтолкнул генерала к столу. – Сядь ты, ради бога, не мельтеши перед глазами и руководи. Бутылки открывать позволь профессионалам. Я знаю, что ты ушел с коллегии, знаю! По-человечески я тебя понимаю.

– А как ты меня не понимаешь? – перебил генерал и взял у Станислава рюмку.

– Ты же профессионал, обязан говорить на языке сокамерников. Ну если ты внедрился в банду, то начнешь «выкать» и демонстрировать белоснежный платок? Ты нормально матюгнешься, сморкнешься при помощи пальцев. Что это ты карандашом расчиркался? – Станислав указал на перечеркнутую страницу календаря. – А кто, позвольте спросить, все это будет делать? А ты знаешь, что Гуров банду за горло берет и скоро из них труха посыплется?

– Не надо, даже не смешно! Выгодно им убивать людей – будут убивать.

– Можно спасти хоть одного человека…

– Ты в церковь сходи! Покайся! – перебил Орлов.

– Я в церковь пойду! К черту в зубы заберусь… Но, как говорит мой друг и учитель, меня можно только убить.

– Убьют, – равнодушно сказал Орлов и выпил.

– Убьют! – согласился Станислав. – Но только с тобой, с Гуровым. Я могу насчитать немало парней. На Руси убивали издревле, однако еще люди остались.

Орлов выпил вторую рюмку, жестом велел коньяк убрать. Дверь приоткрылась, Верочка внесла кофе, поставила поднос на стол для совещаний, пошла к двери.

– Спасибо за кофе, девочка, – сказал Орлов. – Я на месте. Жизнь идет своим чередом.

– Ясно, мой генерал! – Верочка попыталась щелкнуть каблучками и вышла.

– Так, говоришь, Лева зацепился? – спросил Орлов.

– Молчит, но, судя по взгляду и порой скользящей улыбке, зацепился, – ответил Крячко.

– Присмотри за ним, Станислав.

– Не понял? – Станислав развел руками.

– Старайся не оставлять одного, будь рядом.

– Так он мгновенно поймет и прогонит.

– Не уходи. Начнет ругаться, скажи, я велел.

…Гэбэшник ушел, прислуга давно убрала номер. Иван сел в кресло, включил телевизор, звук убрал, безразлично смотрел на волооких красавиц и тщательно причесанных мужчин, которые бесконечно выясняли отношения. Вскоре он перестал их замечать, закрыл глаза.

52
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru