Пользовательский поиск

Книга Смерть в прямом эфире. Содержание - Глава четвертая

Кол-во голосов: 0

На заводе, особенно в литейном, он еще поднатаскался железа, поздоровел и обгорел, никак не выглядел на свои шестнадцать с небольшим, смотрелся мужиком. Улица его уважала, хотя и непьющий, а толковый, и в домино, и в карты соображает, а про драку, слов нет, хулиганы его сторонились. Особо после того, как он одного залетного в больницу отправил, ребро сломал. Хотели ему привод оформить, но завод вступился, да и свидетели нашлись. Люди видели, как он чужака ударил только после того, как тот Авилову по уху заехал.

В девятом он уже на первой парте сидел, отличником не был, но учился прилично, почти без троек. Домой он заходил редко, отец спился, мать другого привела, который тоже употреблял, так что дружбы не получилось.

На заводе его ценили, оформили подсобным, являлся он после школы, порой задерживался, но никакого дела не гнушался.

Одному человеку, чтобы спиться, нужны годы, другой не пьет всю жизнь, опрокинул стакан – и алкоголик. До своего первого убийства Авилов был парнем мирным, а как убил, стал другим. И не то что он стремился убивать и на людей бросался, но он неожиданно понял, жизнь человека – штука хлипкая, поломать ее не вопрос, сон не портит.

Случилось это зимой. Футбольное поле, которое Авилов летом тщательно поливал, даже пропалывал, зимой превращалось в каток. По беговым дорожкам спортсмены наматывали свои километры, а футбольный газон за деньги отдавался «чайникам», среди которых порой появлялся и Авилов. Он неплохо стоял на канадках, но в основном проводил время с девицами, липнувшими к его атлетической фигуре.

Однажды в самый обычный вечер он уже переобулся, коньки у него привязывались друг к другу, ботинки сжимались, лезвия образовали некоторый ятаган. Авилов стоял у забора и уговаривал полногрудую хохотушку, которая в принципе была очень даже «за», но на глазах у подруг желала отыграть свою роль до конца. Он понимал правила игры, не злился, не торопился, чувствуя, что эта муха запуталась в его сетях окончательно. Неожиданно какой-то выпивший парень прохромал по глубокому снегу, попытался сбить Авилова с ног, сел, затем поднялся и с пафосом заявил:

– Слушай, Сталлоне, это место уже оплачено, – и указал на группу парней лет двадцати, которые курили у забора.

– Мальвина, это твой Пьеро? – спросил Авилов.

– Да первый раз его вижу! – пискнула девица.

Авилов повернулся к парню:

– У тебя со слухом нормально? Вали отсюда!

«Пьеро» не стал бы возникать, но «группа поддержки» цыкнула сигаретами и двинулась к «непонимающему» парню. Авилов отстранил девицу, сказал:

– Жди на остановке. – Повернулся к парням и отчетливо сказал: – Стойте! А кто хочет со мной потолковать, зайдем за завод, там места много, а милиции нету.

И они пошли. Это и спасло в дальнейшем Авилова от срока, десятки людей видели, как идет один подросток, а следом несколько парней. Они зашли за заводской корпус, Авилов повернулся, компания разом навалилась на него. Но снег был глубокий, парни провалились в него, мешали друг другу, он ударил ближайшего, коньки в руке неловко повернулись, удар пришелся не лезвием, а ботинком, кто-то подсек парню ноги, и он рухнул навзничь.

Следствие установило, парень умер мгновенно, сломав основание черепа об торчавшую из-под снега водопроводную трубу. Случился переполох, несколько парней сбежали, их, конечно, быстро установили, день они провели в милиции, но Авилов выглядел абсолютно невинным. Он был один против пятерых, никуда не бежал, сам пришел в отделение, следов от коньков на трупе не было.

Дело даже не возбудили, списали как несчастный случай. Но Авилов считал, что грохнул парня сам, так считала вся улица и участковый. Но он был на стороне рабочего парня, на которого накинулась компания подвыпивших папенькиных сынков. Молва об Авилове пошла соответствующая.

Не прошло и года, как ночью на него накинулись трое, ну об этом мы уже рассказывали. Тут вывернуться ему не удалось и, если бы не вмешательство полковника Гурова, у которого на парня были свои виды, Авилов бы схлопотал срок серьезный. Имя, как и собирался, он сменил и стал Юрием. Дальнейшее из жизни героя нам более или менее известно.

Глава четвертая

Заказывать официально наружку на Юрия Авилова полковник Гуров не хотел. Распоряжения генерала Орлова для проведения подобной акции было мало, а идти выше – значило объявлять всему свету, что у группы имеется подозреваемый. И наблюдать за Авиловым отправили сыгранную пару Нестеренко – Котов, тем более что у них не был закончен спор о Христе. Григорий своими еврейскими шутками допер Валентина окончательно, и он начал читать Библию. А Григорий друга подначивал, обещая, что в ближайшее время тот без чтения не останется.

Они смотрели на свое задание как на дело дохлое. Если Авилов убийца, то никак себя не проявит, на связь с постановщиком не пойдет. Коли он в тире тренировался, то там больше не появится. Но Гуров приказал, а слово Гурова было больше чем закон.

Они взяли потрепанный «жигуленок», запаслись едой. О сроках Лев Иванович ничего не сказал, значит, как в анекдоте: «От забора и до вечера».

На вторые сутки Нестеренко не выдержал:

– Он сыщик от Бога, но с придурью.

Григорий тоже считал, что они гонят пустую воду, однако обсуждать приказы Гурова, даже про себя, не решался.

Авилов сидел дома, изредка ходил в кино, гулял с девушкой, со знакомыми лишь здоровался. А какая может быть дружба, когда интересы парней вертелись вокруг универсама да палаток, а Юрий не употреблял. Пару раз его останавливали ребята из местной группировки, но разговор явно не клеился: видно, поступали предложения, которые его не интересовали.

Девушку звали Валентиной, она жила с родителями, училась в десятом классе, он встречал ее у школы. Установка показала, что семья девицы еле сводит концы с концами и у самого Авилова денег не густо, так что парочка в основном гуляла.

На третий день, когда сыщики от скуки зевали, Юрий что-то сказал подружке, она зашла в обменный пункт и поменяла на рубли триста долларов. Юрий взял у нее деньги, сунул в карман, словно для него это дело обычное.

Котов дернул Нестеренко за плечо и зло спросил:

– Так что ты, дубина, о шефе говорил? С придурью он?

– Да-а, – протянул Валентин. – Кто бы мог подумать?

Молодая парочка зашла в магазин, купили девчонке туфли, старые выбросили в урну.

– Я думаю, парень клад нашел, – сказал Котов. – Интересно, сколько ему заплатили?

– Ты не пыли, как скажет Гуров, еще не вечер, – огрызнулся Нестеренко.

Авилов с Валентиной зашли в приличное кафе, перекусили, девчонка выпила рюмку, Юрий был явно задумчив.

– Кто сказал «а», тот скажет «б», – пробормотал Котов.

– Разошлись, вместе не держимся. Ты за баранку, я пехом. Передай в кабинет, мол, внимание, будьте готовы выехать.

Но в этот день больше ничего не произошло. Вечером Гуров выслушал Котова, кивнул, дескать, я этого и ждал, сказал:

– Пришпильте девчонке передатчик, послушаем ее. Авилов ничего лишнего не скажет, а девушка может. Конечно, это надо было сегодня сделать, я прошляпил. Дома она должна про новые итальянские туфли родителям объяснить. Хотя Юрий ей такое объяснение заготовил. Видится мне, что он завтра в тир потянется. Внутрь не заходить. Главное, фиксируйте любые его контакты на улице. Купил что-либо, человек спросил у Авилова, как по городу пройти. Всех фотографировать. Как вы извернетесь, меня не касается. У парня должен иметься контакт, от которого до головы – как от этого кабинета до Владивостока. В этот раз я до головы доберусь, или вы будете меня скромно хоронить.

– В случае опасности парня просто убьют, – философски изрек Котов.

– А вот и нет! – азартно ответил Гуров. – Потому что в данном случае они игру затеяли. Они желают не просто результат получить, а обыграть. Вот им! – Гуров сделал непристойный жест. – Мелко плавают, твари!

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru