Пользовательский поиск

Книга Потерянный родственник. Содержание - Глава 16

Кол-во голосов: 0

– Пускай как устный, – согласился Балуев. – Ему от этого хуже не будет.

– Нам тоже ни холодно ни жарко, – произнес Гуров. – Устный приказ как ветер – пролетел, и только его и видели.

– Это как же понимать? – опять сощурился Балуев.

– Кофейку хочешь? – спросил Гуров. – Хороший кофе. Особенно когда другого нет.

– Выпью чашечку, – милостиво сказал Балуев. – Только ты все-таки скажи, как понимать твой поэтический образ насчет ветра?

Гуров достал из шкафа чистую чашку, щедро насыпал в нее кофе из банки, залил кипятком и обернулся к следователю.

– Тебе сахару сколько кусков? Сахару у нас полно, так что можешь не стесняться.

– Меня сахаром не купишь, – заявил Балуев. – Поэтому три куска клади.

Гуров выполнил его просьбу, поставил чашку на край стола перед Балуевым и сказал:

– Я насчет образов не силен, поэтому не знаю, сумею ли понятно объяснить... В общем, пока там будут координировать и анализировать, времени пройдет немало. А глотку человеку перерезать – секундное дело. Поэтому мы с Крячко займемся все-таки пока своим прямым делом – будем и дальше искать бандитов. Тем более что эти бандиты на мою собственную квартиру и жизнь покушались. Имею полное моральное право.

– А как же приказ? – удивился Балуев.

– Это устный-то? – в свою очередь удивился Гуров. – Тут ведь вот какое дело. Ты к нам приехал, а нас уже и след простыл – вот ведь какая незадача! Бывает, когда предварительно не созвонишься.

– Так ведь я вас застал! – возразил Балуев.

– Ну так это просто повезло! – с невинным видом сказал Крячко. – Не можем же мы в нашем серьезном деле рассчитывать на везение. Это не карты.

– Вы меня силлогизмами не сбивайте, – нахмурился Балуев. – Повезло, не повезло... Я приказ до вас довел, и баста. Наломаете дров, кто отвечать будет?

– Отвечать, конечно, мы будем, – ответил Гуров. – Кто бы сомневался. Но мы, сам знаешь, дровами не занимаемся. Мы – сыщики. А ты своей принципиальностью нам лебединую песню портишь.

– Анархисты вы, по-моему, а никакие не сыщики, – пробурчал Балуев. – Во всяком случае, я всякую ответственность с себя снимаю.

– Кто бы возражал, – миролюбиво сказал Гуров. – А еще лучше напряги фантазию и представь, что ты к нам пришел, а здесь уже пусто – только забытая чашка кофе на столе дымится. Мистика! Читал про «Марию Селесту»?

– Я лучше кодекс почитаю, – сказал Балуев и выплеснул в рот остатки кофе. – Так вы что задумали, мистики?

– Да ничего особенного, – махнул рукой Гуров. – Пошарим немного в том месте, где Перфилов Аслана встретил. Может, набредем на похожий подвал. Если обнаружим гнездо террористов, обещаю никаких необдуманных мер не предпринимать и немедленно ставить в известность руководство.

– Хорошо, если вы их обнаружите, а не они вас, – ядовито заметил Балуев. – Кто кого тогда в известность ставить будет?

– Разберемся, – уверенно сказал Гуров.

– Ну, попутного ветра вам в зад, – с сомнением сказал Балуев. – Наверное, не перестану я вам удивляться, ребята. Говорят, баба с возу – кобыле легче. А вы наоборот – приключений ищете.

– Сыщики же, – усмехнулся Крячко.

– Махновцы, – вздохнул Балуев и безнадежно махнул рукой.

Глава 16

Когда Гуров и Крячко садились в машину, на сотовый позвонила Мария. Гуров уже не ждал этого звонка и чуть-чуть растерялся. Он предполагал, что придется выслушать нечто резкое и нелицеприятное. Как оперативник, он очень хорошо знал, какой стресс и депрессию испытывают люди, чье жилище подверглось нападению грабителей. Изменения в психике неизбежны – иногда они сохраняются в течение долгих месяцев. Человек необычайно остро чувствует свою незащищенность, ему кажется, что он до предела унижен и бессовестно обманут. А в том, что в подобную ситуацию попала жена главного сыщика, была какая-то особенная издевка.

Но тон Марии удивил Гурова. В нем не было ни капли вчерашнего разочарования и досады. Жена была удивительно тиха и заботлива. И первый ее вопрос был о Гурове.

– Наконец-то! Как ты? Я вся уже извелась, – призналась Мария. – Мерещились черт-те какие ужасы, а позвонить с обычного телефона никак не могла догадаться. После вчерашнего у меня абсолютно не работает голова. Во-первых, я забыла вчера в театре свой мобильник, а во-вторых, совершенно забыла о том, что забыла. Искала его у подруги, где его и в помине не было, представляешь, какая дура? Ну и в довершение ко всему забыла, что существуют обычные телефоны. Что теперь делать?

– Не волнуйся, все в порядке, – сказал Гуров. – Просто нужно забрать мобильник обратно, и все встанет на свои места. У нас дома ничего не пропало. Все как обычно. Можешь возвращаться. Преступники уже не появятся. Понимаю, что тебя это мало утешит, но похоже, что они забрались к нам по ошибке.

– А вдруг они снова ошибутся? – нервно спросила Мария. – Нет уж, я пока воздержусь. Только вместе с тобой.

– Не знаю, когда освобожусь, – виновато сказал Гуров. – У нас тут дым коромыслом.

– Ничего, я буду ждать тебя, – ответила Мария. – Весь день буду в театре, на людях. А вечером, если ты не освободишься, опять поеду к подруге. Мне теперь наша квартира кажется прозрачной, как стекло. Вот такая я трусиха. Ты разочарован?

– Наоборот – очарован, – серьезно сказал Гуров. – Когда буду посвободнее, обязательно позвоню. Целую тебя.

– Будь осторожнее! – с тревогой предупредила Мария.

– А у нас тут не опасно, – соврал Гуров. – Просто суеты много.

– А как... – Мария запнулась. – Что-нибудь слышно про Генку?

– Про Генку? – переспросил Гуров, невольно стараясь хотя бы на секунду оттянуть неизбежность ответа. – Про Генку, увы, пока ничего. Кроме того, что влип он в очень серьезную историю. И должен сказать откровенно, шансов выпутаться из нее у него катастрофически мало. Ты должна быть к этому готова.

Мария вздохнула:

– Странно! Никогда не испытывала к этому человеку слишком теплых чувств. А теперь будто в чем-то перед ним виновата...

– Тебе не в чем себя винить, – мягко сказал Гуров. – Объективно говоря, во всем виноват он сам. Даже в том... – Здесь Гуров запнулся и после секундного колебания продолжил: – Впрочем, это сейчас уже неважно. Будем думать о будущем.

– Береги себя! – еще раз предупредила Мария.

– Со мной Крячко, – пошутил Гуров. – Он не даст пропасть.

Они распрощались. В продолжение всего разговора Крячко молчал и был необычно грустен. Потом, уже когда они ехали в Свиблово, спросил:

– Мария ничего не говорила про меня?

– Ничего, – улыбнулся Гуров. – Но фамилию твою выслушала благосклонно. Тебе не о чем беспокоиться.

– Тебе хорошо говорить, – покачал головой Стас. – Ты-то никого не пристреливал на глазах у жены.

– Еще только этого не хватало! – сказал Гуров. – Для этого существуешь ты. А если серьезно, то ты становишься чересчур сентиментальным, старик! В следующий раз подари налетчику розу...

– Тебе смешно, – проворчал Крячко. – А мне действительно не по себе. Все-таки не в Средние века живем, не в джунглях. Украшать себя черепами убитых врагов давно вышло из моды.

Гуров на это заявление ничего не сказал, но впал в некоторую задумчивость. Только через несколько долгих минут он наконец заметил с затаенной грустью:

– Наверное, и правда наше время проходит, Стас! Пора на пенсию – камин, теплые носки, воспоминания... Ты будешь пить чай с шиповником и посыпать главу пеплом. А я буду вытирать тебе слезы. У тебя это, кажется, называется закончить карьеру на вершине славы?

– Не пытайся острить, – проворчал Крячко. – У тебя это получается совсем не смешно.

– Просто скоро ты вообще разучишься смеяться, как я подозреваю, – неумолимо заявил Гуров. – Будешь рыцарь печального образа Стас Крячко.

– Прекращай свои безнадежные упражнения и скажи лучше, с чего думаешь начать? – перебил его Крячко. – Опять будем обходить двор за двором? Может, стоит заглянуть в районное отделение? Кто-нибудь из участковых может узнать подвал, который на снимке.

35
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru