Пользовательский поиск

Книга Коррупция. Страница 23

Кол-во голосов: 0

– Да при чем же тут я? – искренне возмутился Гуров. – Если человек годами не моется, то не должен возмущаться, что от него дурно пахнет.

– А вы что, ассенизатор? Банщик? – Лебедев выпрямился в кресле. – Вы всерьез верите в возможность очистить общество от правонарушителей?

– От преступников, – поправил Гуров.

– Я не боюсь этого слова. Я преступил… Ваше общество, законы, прозябание, на которое вы обрекли людей, мне не нравятся.

Преступник говорил, Гуров практически не слушал, слова были знакомые, затертые, как всякие лозунги, например «Слава труду!».

Парадокс был в том, что сыщик решил задачу, которую не смог решить Лебедев. Каким образом с противником замириться и что конкретно за этот мир дать? «Ему нужен покой и гарантия безопасности, – рассуждал Гуров. – Но ни того, ни другого я ему обещать не могу. Но если ничего не даешь, ничего и не получаешь. А без его помощи мне не обойтись. Лебедев – единственное слабое звено в руководстве Корпорации. Вербовать можно только его, я обязан подобрать к нему ключ».

– Вы что, не слушаете?

– Виноват, – согласился Гуров. – Но могу повторить все ваши аргументы, я их слышал несколько раньше, и в не менее талантливом исполнении. Вернемся к сути проблемы. Вы сообщили в прокуратуру, что подполковник Гуров причастен к убийству генерала Потапова.

– Нет! Я ничего…

– Ну хватит! – Гуров хлопнул ладонью по плюшевой скатерти. – Времени в обрез, я буду говорить, вы – слушать. Найдем решение, приемлемое для обоих, – хорошо, не найдем – будем оба платить по счетам.

– Вы вербуете меня?

– Естественно. И выбора, на мой взгляд, у вас нет. В убийстве принимали участие три человека, знали о нем еще двое – организатор и финансист. Сообщить в прокуратуру могли только вы, и Патрон это поймет мгновенно. Приговор будет объявлен, исполнение – отложено.

Гуров сделал паузу, выждал, пока Лебедев не поднимет взгляд, и уточнил:

– Временно. Вам будет предложено перед уходом на пенсию сдать дела, финансы требуют отчетности. Вас убьют через месяц, через два… Но я могу и не сообщать Патрону…

– Это шантаж? – Лебедев вновь достал валидол.

– Оперативники говорят: «Применить силовое давление». Однако по сути, конечно, шантаж.

– Вы человек беспринципный. А как же с вашей хваленой моралью?

– Я принуждаю вас к предательству, вы хотите вынудить меня к признанию, что мы одного поля ягоды.

– Оба дерьмо.

– Когда вы начинали воровать, а я работать в «угро», понимали, что будем обитать не в розарии, – Гуров чуть было не сорвался и не взял лежавший на столе валидол. – Мы попытаемся найти решение или продолжим словоблудие?

– Я никакого решения не вижу. Вы угрожаете мне расправой. – Лебедев поперхнулся. – Может, рюмку коньяку?

– Пейте.

– А! Вы на работе. – Лебедев хмыкнул, вышел из-за стола, открыл бар.

Гуров быстро взял таблетку валидола, сунул под язык.

– Умный человек, могли бы жить как человек. – Лебедев налил в два бокала, пригубил, взглянул на Гурова осуждающе. – Мне жить не даете и сами не живете. Какой же смысл? Ладно, вернемся к нашим баранам… Как я понимаю, вы предлагаете сделку, принципиально новую, доселе людям неизвестную. Ты – мне, я – тебе.

Коньяк приятно согрел, да и в заключении сделок Лебедев был дока, настроение у него поднялось.

– Константин Васильевич не узнает. – Лебедев замолчал, смотрел в пустой бокал и думал… Собственно, ни о чем связном он не думал. О чем может думать человек, только что назвавший сыщику имя и отчество руководителя Корпорации?..

– Тоже мне, секрет полишинеля! – Гуров улыбнулся. – Продолжайте, Юрий Петрович. Если желаете, я продолжу. Значит, Патрон не узнает о вашем проступке. Как я мягко заменил слово «пpедательство»! И жизнь продолжается. Референт, то есть Руслан Алексеевич Волин, плетет против меня интриги, Эфенди ждет команды, вы занимаетесь сбором средств…

«Я не проговорился, сыщик знает Патрона, – успокаивал себя Лебедев. – Однако зачем он явился, чего добивается?»

– Патрон, как и полагается, руководит, – продолжал Гуров.

– Всех и все вы знаете, – сказал Лебедев. – Взятки не берете. Зачем же пришли?

– Знание – вещь хорошая, но не всегда достаточная, – ответил Гуров, кивнул хозяину и пригубил из рюмки. – Каждому овощу свое время, и кто вам сказал, что я взяток не беру? Я нормальный человек, во многом нуждаюсь.

– Это в чем же? – Лебедев подался вперед. – Назовите сумму!..

Гуров опустился на переднее сиденье «Вольво», откинулся, вытянул ноги, погладил мягкую кожу и взглянул на сидевшего за рулем Дениса.

– Мы удивляемся женщинам, когда они сходят с ума, примеривая норковую шубку, – сказал Денис и погладил руль. – Мужик тоже человек, – он поднял указательный палец, затем повернул ключ зажигания.

Машина покатилась, довольно урча от сознания собственной силы.

– Да, она получше «Жигулей» и даже, кажется, «Волги», – сказал Гуров.

Они рассмеялись, некоторое время молчали, получая удовольствие от плавного бесшумного скольжения.

– Ну, рассказывай. – Гуров проверил, как опускаются и поднимаются стекла, вздохнул… – Как тебе понравился новый хозяин?

– У меня отродясь хозяина не было, – ответил Сергачев. – Руслан нормальный, современный мужик, умный…

– Уже не совсем нормальный, – перебил Гуров. – Эти характеристики мне известны. Ты понял, зачем конкретно ему понадобился?

– Ничего странного. – Сергачев пожал широкими плечами. – Я парень видный, хоть и в прошлом, а с именем, знаю по сотне английских и немецких слов. Оклад мне идет от фирмы.

– Не будь наивным, Денис, – сказал раздраженно Гуров. – Ты знаком с подполковником Гуровым. Ни один нормальный человек, тем более фирмач, не посадит за руль своей машины приятеля своего врага.

– Лев Иванович, а ты уверен, что Волин видит в тебе врага? Он сегодня обмолвился о тебе, мол, крутой, упрямый, с идеологическим сдвигом по фазе, но работать с тобой можно…

В гостиной Референта в низком кресле полулежал Патрон и, прикрыв тяжелые веки, слушал беседу Сергачева и Гурова, которая доносилась из стоявшего на тумбочке изящного приемника.

– Не знаю, какие у него планы, но работать я с ним буду только до того момента, пока не смогу оторвать ему башку.

– А ты, Лев Иванович, действительно двинутый, извини, – сказал Сергачев. – Ну чего он тебе? Ну фирмач, ну тащит. А кто сейчас не тащит? Когда твоих девочек тронули и ты на стенку полез, тут я понимаю. А сейчас, извини…

– Слушай, ты, кажется, за эту тачку готов ему действительно служить.

– А тысяча в месяц плюс представительские? – В голосе Сергачева звучала насмешка. – А в журнальчике своем я не служу, творчеством занимаюсь? А ты не служишь? Если есть возможность работать за деньги, то не стоит выпендриваться. Я вчера этой колбасой, что мы в вонючем магазине получили, чуть не отравился. А сегодня на рынок заскочил и такую телятину купил… И пиво в багажнике, сейчас поедим как люди.

Референт выключил приемник и сказал:

– Я позже все это внимательно прослушаю и обдумаю…

– Этот Гуров не так уж умен. – Патрон выпрямился, усаживаясь в кресле, сел удобнее. – В чужой машине болтает, как у себя дома.

– Патрон, только Вселенная бесконечна, – сказал Референт. – А мой друг пока ничего еще лишнего не сказал. В принципе он мне и нравится, и не нравится.

– Ты девок себе подбирай по симпатии. – Патрон налил вина, выпил. – Он будет работать?

– Сегодня не будет. А завтра наступит только завтра.

– Хватит философствовать, давай о неотложном. В каком состоянии Лебедев? Ты ему веришь? Продать он не может. А испугаться?

– Да ему и не следует знать все в полном объеме, – ответил Референт. – Пусть соберет в кулак всю наличность, обрежет лишние ниточки и уходит на покой.

– Всю наличность не собрать, слишком широко разбросано. – Патрон поднялся и стал расхаживать по кабинету. – Бумажные деньги оставь людям и никогда не отбирай последнего. Собрать надо золото, камни…

23
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru