Пользовательский поиск

Книга Колдовская любовь. Содержание - Глава 24

Кол-во голосов: 0

«Что делают, подонки! – с раздражением подумал он. – Стрелять днем в жилом дворе... Дети ведь ходят, пенсионеры, Кисловский, в конце концов. Непременно угробят кого-нибудь!»

Бросив взгляд налево, Гуров почувствовал холодок в груди – его мрачное пророчество уже сбылось. Кисловский лежал на боку, уткнувшись лицом в асфальт, и на его груди расползалось темно-красное пятно.

Сам Гуров стрелять не собирался ни при каких обстоятельствах. Единственное, на что он рассчитывал, доставая оружие, – это припугнуть противника. Но сразу понял, что с тем же успехом мог грозить им зубной щеткой, – эти молодцы ничего не боялись.

Гуров видел, как они перебегают от укрытия к укрытию, оказываясь все ближе и ближе. Времени у него оставалось совсем немного. Но он еще успел поменять пистолет на мобильник, набрать номер Крячко и прохрипеть в трубку:

– Немедленно хватай девчонку и катись отсюда! Все! Вопросы потом!

Глава 23

Мобильник полетел в пыль, а Гуров, преодолев естественное человеческое желание избежать опасности, рывком поднялся во весь рост и шагнул навстречу убийцам. Какого-то определенного расчета у него в этот миг не было. Но Гуров был уверен – щадить его не станут, а поэтому намеревался сделать то единственное, что оставалось в его распоряжении, – сделать свою гибель как можно заметнее. Тогда появлялась надежда, что местные жители успеют вызвать милицию прежде, чем нападающие сумеют безнаказанно уйти. Возможно, в этом случае замять скандал не удастся.

Это было слабое утешение, и, возможно, расчет этот был абсолютно неверен, но ничего другого в распоряжении Гурова не имелось. Он не хотел проигрывать, но раз уж такой жребий выпал, то урвать хотя бы несколько очков напоследок Гуров считал делом чести.

И все-таки это не было тщательно продуманным, осознанным решением – скорее сработал инстинкт старого сыщика, который готов лучше умереть, чем увидеть, как уходит цель, которую он долго и терпеливо преследовал.

В груди его опять возник неприятный расслабляющий холодок, но голова была совершенно ясной, и видел Гуров все совершенно отчетливо – весь большой двор, блеск стекол в окнах, зелень деревьев, обмякшее тело на асфальте и зловещие фигуры с бесшумными пистолетами наготове. Они были совсем рядом – Гуров прекрасно различал лица, они казались совершенно равнодушными. Надеяться было не на что.

Но ничего не произошло. То есть произошло, но совершенно не то, чего ожидал Гуров.

Неожиданно нападавшие разом остановились и принялись недоуменно оглядываться по сторонам. На какой-то момент они потеряли всякий интерес к Гурову. Это была микроскопическая, но все же лазейка – в этот короткий миг он еще мог улизнуть. Но он остался на месте, потому что сам был удивлен не меньше, чем команда Любимова.

Во дворе что-то изменилось – появились еще какие-то люди с оружием. Они, как тени, вдруг возникали в самых неожиданных местах, занимая удобную позицию. Гуров не мог понять, откуда они взялись, – должно быть, просочились через проходные дворы. Но, видимо, действовали они не сгоряча, а по заранее продуманному плану. В считаные секунды люди Любимова растеряли все преимущество и теперь сами оказались на мушке. Они занервничали и стали медленно отходить к своему командиру.

И тут Гуров услышал знакомый неторопливый голос, который неожиданно раздался из-за металлического гаража за спиной Любимова. Невидимый Палыч именно к нему и обращался:

– Сандро, дорогой, что ты тут затеял? Скажи своим архаровцам, чтобы спрятали пушки! Не ровен час перестреляем друг друга!

Любимов, который, как догадался Гуров, среди своих отзывался на прозвище Сандро, казался необычно растерянным. Он уже освободился из объятий Натальи Жуковой, но все еще держал ее за руку, словно боялся, что она в любой момент может упорхнуть от него. Однако, услышав голос Палыча, он вздрогнул и отстранился от женщины.

Гурову показалось, что на грубом лице полковника промелькнуло выражение отчаяния. Он обшарил взглядом двор и сделал знак своим людям. Те спрятали пистолеты и, кажется, приготовились покинуть поле боя.

Из-за гаража вышел Палыч.

– Так-то оно лучше, – заметил он негромко, направляясь к Любимову. – И чего ты тут пальбу развел – долго ли мирных жителей покалечить? Вижу, что бабу взял, а ты все-таки поостерегся бы... И Гурова твои чуть в расход не пустили, а я ведь тебя предупреждал! Баба – полдела, а документы-то у него!

Любимов ничего не ответил – на этого могучего, беззастенчивого человека будто столбняк напал. Выкатив глаза, он бессмысленно смотрел на Палыча и не говорил ни слова. Зато неожиданно заговорила Жукова. Она закричала.

– Ты же обещал увезти меня, скотина! Что ты стоишь? – кричала она, сильно толкая полковника в плечо. – Ты же губишь меня, сволочь! Что ты стоишь как пень?! Думаешь выйти сухим из воды? Не выйдешь!

Любимов медленно, как сомнамбула, обернулся к ней. На его лице появилась растерянная жалкая улыбка, которой никак не ожидал от него Гуров. А Жукова вдруг выдернула из сумочки револьвер с коротким стволом и почти в упор, не целясь, выпалила в Палыча.

Гуров не видел, насколько серьезно он ранен, но после выстрела Палыч отшатнулся, медленно осел на землю и так и остался сидеть, уронив голову на грудь, как хорошо подгулявший человек.

На секунду все опешили, и лишь полковник Любимов сделал инстинктивную попытку задержать Жукову. Однако действовал он на удивление медленно и неловко, чем-то напоминая со стороны человека, впервые пришедшего на урок танца. Но даже эти неуклюжие попытки привели Жукову в бешенство, и она, не раздумывая, выстрелила в Любимова.

Все это произошло так быстро, что никто из вооруженных людей во дворе ничего не сумел предпринять. Жукова повернулась и побежала туда, где ее дожидался единственный и последний шанс – серебристый «Субару». Ее никто не преследовал.

Позднее, вспоминая этот эпизод, Гуров решил, что дело было вовсе не в растерянности и нерасторопности людей из обеих команд. Просто у тех и других были четкие инструкции – женщину брать живой. Но желающих остановить разъяренную фурию с револьвером, выпускающую пулю за пулей во все, что движется, в тот момент не нашлось.

Не было такого желания и у Гурова. Но Жукова бежала прямо на него, и по выражению ее лица было ясно, что она намерена выжать из своего последнего шанса все до последней капли. И еще Гурову показалось, что он успеет остановить Жукову прежде, чем она сумеет воспользоваться револьвером. Но он не успел.

В последнюю секунду, когда Гуров уже было решил, что все получилось, он вдруг увидел перед собой ослепительную вспышку и почувствовал мощнейший толчок в грудь – никакой женщине такое было не под силу. Его отбросило назад. Мгновенно ослабевшее тело не сумело удержать равновесия – Гуров рухнул на землю, и день медленно померк в его глазах.

Глава 24

43
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru