Пользовательский поиск

Книга Деньги или закон. Страница 33

Кол-во голосов: 0

* * *

Станислав обедал в затрапезном кафе, где скатерти были несвежие, а приборы алюминиевые, заведение либо только открылось, либо разорялось и еле дышало. Он мгновенно нашел отделение милиции, где служил Бестаев, но начальник розыска год назад сменился, начальник отделения отсутствовал, из оперативников Бестаева знал лишь капитан Осин, мужик лет сорока, усталый, ко всему равнодушный.

– Пойдем, капитан, обедать, угощаю.

На сером лице капитана проступила розовая сыпь, движения стали ловчее и быстрее, он сунул лежавшие на столе бумаги в сейф, запер его, схватил ментовский плащ без погон, которые сдернули, видно, для конспирации.

Забегаловка Крячко сразу не понравилась, здесь пахло любимым социализмом, несвежим бельем, плохо мытой посудой. Полковник решил было пойти куда-нибудь еще, но капитан весело поздоровался с неопрятной официанткой, занял стол у окна, и Станислав смирился.

– По сто пятьдесят? – спросил он.

– Побойтесь Бога, товарищ полковник, водой из-под крана напоят, – капитан сорвался с места, исчез за портьерой, вскоре вернулся, поставил на стол бутылку «Столичной».

– Кристалловская, проверял, – не скажи этого капитан, Станислав на бутылку и не обратил бы внимания, но после таких слов взял, осмотрел закупорку, встряхнул, затем бутылку перевернул.

На самом деле Крячко не мог отличить «самопал» от заводской продукции, но вид у него был такой серьезный и внушительный, что тут же появился мужчина с улыбкой на лице и перстнем на пальце. Он забрал у Станислава бутылку, исчез за шторой, тут же вернулся с другой, поставил на стол, сказал:

– За всем не уследишь, что раз говорено, а посуду не моют, черти.

Крячко посмотрел в лицо хозяина внимательно и сухо сказал:

– Обед на двоих, проследи, – и отвернулся. Когда хозяин отошел, Станислав спросил: – Капитан, почему ты ходишь в такую рыгаловку?

– Воровать не умею, хожу по деньгам, – капитан утер вспотевшее лицо мятым носовым платком. – Мне на день хозяйка восемь тысяч выделяет. Опер бегает не по расписанию, сам знаешь. Там пирожок неизвестно с чем, там тарелку щей, батон хлеба в карман и отщипываешь. На бутылку воды не хватает, заскочишь в контору, из графина напьешься.

– А чего хозяйка мало на день дает? Детей много? – спросил Станислав.

– Двое, так дети, они растут, и обувка, и жрать хотят. Не кормить – воровать начнут.

Станислав спихнул капитану со своей тарелки жесткий бифштекс. Выпили по второй, капитан сам спросил:

– А зачем вам Сережка Бестаев понадобился?

– По старому делу, – соврал Станислав, и чуть было не смутился, стыдно было обманывать замотанного, голодного человека. – Из зоны одна бумажка пришла, дело Бестаев вел. Хотел поговорить, а он куда-то пропал. Дома не живет.

– У него девок, как у сучки блох, – ответил капитан. – Сережка неплохой парень был, но какой-то темный. В отделении каждый опер на виду, даже его дела с лавочниками известны. Где рублем возьмет, где натурой. Сережка не такой, нигде, ничего, все по протоколу, однако всегда при деньгах.

– И вы, сыщики, разобраться не могли? – улыбнулся Станислав.

– Его дела, чего в чужой карман лезть? Однажды зашел о нем разговор, потрепались и решили, баба у него богатая, да не молодая, вот он нас и сторонится, неловко ему. А он у девок такой успех имел, прямо жуть. А у нас один молодой оперок смеется. Бросьте, братцы, Серега в автомастерской подрабатывает, стесняется говорить, мол, черной работой занимаюсь. А сейчас отрихтовать крыло иномарки кучу зеленых стоит. Он вечерами, а то и ночами вкалывает. У нас в сортире кран потек, работягу вызвали, он возился, возился, все без толку. Объясняет, мол, не в прокладке дело, гайка специальная нужна. А Серега усмехнулся, напильник взял и ту гайку подогнал. У него пальцы черные, не отмываются, от металла это. Нет, Сергей парень нормальный, только в компании нашей не держался, все один.

Станислав, как положено, написал рапорт. Гуров начал рапорт изучать, спрашивает:

– Где фанфары? Победный клич не слышу!

Победные выкрики Гурова прервал телефон, генерал просил срочно зайти.

– Вовремя, Петра обрадую! – Гуров поправил галстук, одернул пиджак, тряпкой протер и без того сверкающие ботинки, взял рапорт Крячко и отправился к Орлову.

Верочка встретила сыщика посередине приемной, поправляя ему воротничок рубашки, тихо сказала:

– Сначала звонили из канцелярии Президента, тут же прибежал генерал-полковник, фамилию не могу запомнить, Бардина замещает, грохотал, дверь дубовая дрожала.

– Не переживай, девочка, – Гуров погладил Верочку по щеке. – Знаю я, в чем дело. Пробьемся.

Гуров подмигнул девушке, прошел к генералу. Орлов сидел в кресле в расстегнутом мундире.

– Здравствуй, Петр. – Гуров прошел к шкафу, выдвинул нужный ящик, достал валокордин.

– Терпеть не могу. – Орлов поморщился.

– Я тоже предпочитаю коньяк, но тебя могут дернуть к Чубайсу, – Гуров плеснул в стакан половину пузырька, долил воды, протянул генералу, развернул «Орбит».

– А ты что, этого миллионщика укусил, что ли? – Орлов выпил валокордин, жевал «Орбит».

– Они повысили голос, я поинтересовался, кто они, собственно, будут, и вышел, – Гуров выбросил окурок, сел в кресло, вытянул длинные ноги.

– Увольняюсь, к чертовой матери! – заявил Орлов.

– Правильно, только побудь здесь, пока я это дело не добью. Иначе меня отстранят, будет обидно, – Гуров протянул Орлову рапорт Станислава.

– Думаешь, он? – Орлов положил рапорт на стол, поглаживал толстыми пальцами.

– Убежден! Найти трудно, постараемся. Его, сосунка, могут застрелить, ни пистолета, ни сидирома при нем не обнаружив. Мы останемся без доказательств.

– Так Турову, как я понимаю, главное – раздобыть свой аппаратик, – сказал Орлов.

– Бестаева пристрелят его люди, аппаратик вернется к хозяину. Нам о том не доложат. Труп Игоря Турова будет на нас висеть. Там хорошая компания имеется, Игорь не соскучится.

– Ты стал циником.

– Ты только заметил? Как из танков по Белому дому шарахнули, так и стал, а как всех преступников амнистировали, понял, только циником и жить можно. В «Матросскую тишину» следовало подселить кое-кого, а они всех выпустили, в высокие кресла рассадили и с коррупцией борются. Слушай, Петр, – Гуров сел на подлокотник кресла, заулыбался, – помнишь цирковой номер, когда один акробат двоих изображает, борется, кувыркается. В точности борьба наших правителей с коррупцией и оргпреступностью, – он довольно рассмеялся. – Если бы только при этом людей не убивали. Все люди, но мне особо ментов жалко.

Орлов невольно оглянулся.

– Кончай болтать, думай, как мы с Туром работать будем. Станислава к нему не пошлешь, разговаривать не будет. Я бы сам пошел, да недостаточно в курсе дела, да и боюсь, не заладится у меня с ним.

– Определенно не заладится. Мы к нему прокурора пошлем, пусть допросит по факту знакомства, – Гуров постучал по рапорту.

– Там нет никакого знакомства, – возразил Орлов.

– Возможно, но мы не уверены. Федул часа два ему одно место потрет, так через день Тур меня, словно родного, примет.

– И ты пойдешь? – Орлов смотрел недоверчиво.

– Обязательно. Главное дело, самолюбие – штука гибкая и мягкая, ее в любое место засунуть можно. А многие и обходятся, как без аппендицита. Звони Федулу и с нарочным посылай этот рапорт.

– Ты умный, понимаешь, этой информации цены нет. Одно дело, преступник стрелял в Нестеренко. Чей преступник, из какой группировки? А тут Сергей Бестаев по железу работает, а ключи в сейфе неродные.

Гуров вернулся в своей кабинет, насвистывая. Станислав смотрел недоверчиво, однако не преминул сказать:

– Я думал, ты с наградным листом и красной коробочкой вернешься.

Гуров молча занял свое место, двинул кресло в сторону, затем в другую, покрутил пальцем у виска, спросил:

– У тебя тут что-то имеется?

– Что-то имеется, за качество не отвечаем, – ответил Станислав.

33

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru