Пользовательский поиск

Книга Смерть раненого зверя с тонкой кожей. Содержание - Глава 20

Кол-во голосов: 0

В Англии его ожидали в конце апреля, как и грузовой корабль, но пунктуальностью грузовое судоходство не отличалось, поэтому при отсутствии удачи Эббот мог бы и разминуться со своей целью. Но в конечном итоге это все равно не имело бы никакого значения. Он последует за ним, куда бы тот ни поехал, как Божье Око.

Глава 20

Утро понедельника было спокойным и ясным, и они снова позавтракали у окна в желтом свете солнца. Оба молчали. И вдруг, ни с того ни с сего, поссорились из-за тоста.

Эббот съел один тост и выпил три чашки кофе, и Элис сказала, что он должен съесть что-нибудь еще, кроме тоста, а Эббот ответил, что ничего больше не хочет, эмоции переросли в банальную ругань из-за куска поджаренного хлеба, и вот они уже кричат друг на друга, словно давно женатая пара.

Затем Элис расплакалась, он, естественно, обнял ее, и оба притихли, успокаиваясь от прикосновений друг друга.

– Это случится сегодня, ведь так? – спросила она. Ричард кивнул:

– Если все получится.

– Что ты имеешь в виду?

– Планам человека и мыши может помешать что угодно – начиная от спущенного колеса, и заканчивая громким чихом.

– И что ты тогда будешь делать?

– Попробую все исправить и буду молиться, чтобы больше такого не случилось.

Ричард все еще держал ее в руках.

– Отпусти меня, – нежно проговорила Элис. – Или не отпускай никогда.

Он опустил руки, и девушка, встав на цыпочки, официально, как старая добрая английская жена, поцеловала его в щеку.

– Ненавижу прощаться.

– Да.

После недолгой паузы она сказала:

– Я лучше поеду к маме. Тебе понадобится машина?

Эббот помотал головой. Она направилась к двери.

– Странно, мы полжизни проводим, говоря "спасибо", и вдруг, когда тебе действительно хочется кого-то поблагодарить, сказать-то и нечего.

– Просто возвращайся ко мне, – сказала она и вышла.

Эббот прислушался к ее легким шагам на лестнице, затем подошел к окну и выглянул на улицу.

Ричард наблюдал за ней, пока она не скрылась из виду. Элис не обернулась.

После этого он подошел к столу, снял телефонную трубку и по памяти набрал номер Нового Скотланд-Ярда.

– Старшего суперинтенданта Шеппарда, пожалуйста.

Его попросили подождать, потом отрывистый женский голос произнес:

– Кабинет старшего суперинтенданта Шеппарда. Чем могу помочь?

– Департамент, О-А-шесть, – сказал он, называя идентификационный код (надеясь, что они не сменили его за последние пару лет, хотя для этого и не было никаких причин). – Могу я с ним поговорить?

– Он уехал в Питерсфилд.

– О, я думал, что он будет здесь после перестрелки на Ватерлоо.

– Он был здесь, но снова уехал.

– Ну хорошо, спасибо.

– Что ему передать?

– Скажите, что звонили из офиса Фрэнка Смита.

Он повесил трубку. Итак, убежище было в Питерсфилде. Все, что ему теперь было нужно, – это адрес.

* * *

Прежде чем посадить свою пассию на вертолет, улетающий обратно в Лондон, Нжала прогулялся с Дорис по окрестностям поместья.

Она была под большим впечатлением от количества окружавшей его охраны.

– Боже мой, все эти собаки и люди. Они, видать, и впрямь озабочены твоей судьбой.

Нжала рассмеялся.

– Да, это все из-за какой-то угрозы то ли от ИРА, то ли от какой-то другой террористической группы, мол, они собираются похитить приезжающих с визитами шишек. Англичане ведь очень пекутся о безопасности.

Широко раскрыв глаза, она забросала его всякого рода вопросами, на которые он отвечал со слегка покровительственным благодушием взрослого дяди, балующего школьницу.

Перед уходом Его Превосходительство сказал:

– Я хочу увидеть тебя снова. Скоро.

– Когда?

– Не могу сказать точно. Мои планы меняются внезапно. Но я тебе позвоню, самое позднее – через пару дней. Чтобы убедиться, что ты свободна.

– Не беспокойся, я буду.

* * *

А в квартире Эббот снова звонил по телефону, на этот раз в подразделения по обслуживанию и уходу за поместьями, принадлежащими Департаменту на юго-востоке. В разговоре он довольно удачно имитировал уэльский акцент.

– Послушай, парень, если вы там ничего не делали, так откуда у меня наряд на замену девяти метров водосточной трубы и повторную расшивку швов чертового фронтона? Скажи мне... Нет, я не Могу разобрать подпись. Но бумага прошла через старину Пилкингтона и подписана им, чувствуешь? Это должно быть правдой, не так ли? Загадка? Никаких загадок, приятель. Сказано тут, черным но белому: "Выполнить работу в Манор-Хаус, Лидии, Питерсфилд..." В каком смысле не тот адрес? Не говори мне, что у нас нет поместья в Питерсфилде, когда я знаю, что есть... О! О, точно – Лейфилд Холл. Так, дай-ка мне их номер телефона, не хочу, чтобы из меня сделали придурка... Так. Спасибо. Но как вообще так получилось, что кто-то из ваших взял и написал неправильный адрес на наряде? Ладно, парень, ладно, это даже не я все начал, это старик Гимбел из бюджетного, а ты знаешь, какой сволочью может быть этот ублюдок...

* * *

Телефон звонил и звонил, и Дорис наконец проснулась.

– Господи, – сказала она в телефонную трубку.

– Her, это всего лишь Джордж, – ответил Эббот.

– Ты знаешь, который час?

– Пять минут второго. Дня.

– Я легла только в десять утра. Я трахалась, Джордж, трахалась целые сутки без перерыва... Боже, как я трахалась.

– Деньги у нас в руках, крошка.

– Не говори мне про деньги, Джордж, просто дай мне поспать, хорошо?

– Даже про десять штук?

– Десять чего?

– Забудь, детка, спи дальше.

– Послушай, Джордж, не юли, скажи прямо.

– Я заключил сделку с журналами в пяти странах, и десять тысяч из них твои, если придешь с товаром. А если мы сможем предоставить еще и парочку фотографий, то прибавь еще двадцать пять процентов, впрочем, ты вряд ли в ладах с арифметикой.

На другом конце провода молчали.

– Ты снова заснула, крошка?

– Я все бодрее и бодрее. Чего ты хочешь?

– Встретимся в кафе на углу твоей улицы через два часа.

– Черт, Джордж, дай мне немного поспать, пожалуйста. Ты знаешь, где я живу. Приходи сюда через пару часов, и я поговорю с тобой лежа. Я все могу делать лежа.

– О'кей, о'кей, – вздохнул Эббот. – У тебя через два часа.

Она жила неподалеку от Мейда Вейл. Он поймал такси и уже через десять минут был на месте и барабанил в дверь.

Это была мера предосторожности. На тот случай, если она рассказала не тем людям о своем друге Джордже. Если за местом установят слежку, он хотел быть рядом, чтобы все видеть.

Дорис открыла дверь, завернутая в простыню.

– Боже, ты же сказал через два часа. Я сейчас сдохну. – Десять кусков поднимут тебя из мертвых. Я сварю тебе кофе, и ты расскажешь мне о Нжала и его гнездышке в английской деревне.

Ричард сделал кофе, и она начала рассказывать. Красавица выдала, рассказала все, что могла, о привычках Нжала (и не только в области секса) и мерах безопасности.

Она набросала приблизительный план поместья, отметив ручей, протекающий по его территории, и стену по периметру, вспомнила про охранников со сторожевыми собаками, провод под напряжением на стене, охрану на воротах, стражников у северной стены возле арки, через которую тек ручей. Эббот узнал все, что страстная чернокожая пассия смогла вспомнить. А это было немало.

– То есть, шансов у фотографа попасть туда нет?

– Никаких, приятель. Они все еще обыскивают меня, когда я прихожу. У них в поместье две полицейские суки, похожие на лесбиянок, которые меня жадно раздевают. Но я ему пока нравлюсь. Я снова чуда еду.

– Когда?

– Не знаю. Думаю, завтра или послезавтра. Он сказал, что позвонит.

– Посмотрим, сможешь ли ты уговорить его сфотографироваться с тобой. Это будет бомба.

– О'кей, попробую. А теперь, Джордж, пожалуйста, можно, я еще посплю?

45
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru