Пользовательский поиск

Книга Переговоры. Страница 88

Кол-во голосов: 0

– А что насчет прозападного саудовского принца, который придет ему на смену? – спросил Кобб. – А вдруг его постигнет неудача?..

– Исключено, – твердо заявил полковник. – Так же как военные грузовики и самолеты-штурмовики были выведены из строя, когда они могли бы предотвратить бойню, они снова вступят в строй и сплотятся вокруг принца. Об этом позаботятся палестинцы. Принц Халиди-ибн-Судайри заедет ко мне по пути на генеральную репетицию. Она выпьет у меня, в этом нет сомнения, так как он алкоголик. В напитке будет снотворное. В течение трех дней двое моих слуг из Йемена будут держать его в подвале. Там он подготовит свое выступление на видеопленке и в магнитофонной записи, где он заявит, что он жив и является законным наследником своего дяди, и попросит у Америки помощи в восстановлении законности. Заметьте, джентльмены, Соединенные Штаты вмешаются не для того, чтобы совершить контрпереворот, а ради восстановления законности при полной поддержке арабского мира. Затем я переведу принца для его же безопасности в посольство США, что вовлечет Америку в это дело, хочет она этого или не хочет, поскольку ему придется защищаться от толпы шиитов, требующих выдачи принца. Но религиозной полиции, армии и народу все еще нужен будет какой-то толчок, чтобы обрушиться на шиитских узурпаторов и уничтожить их до последнего человека. И таким побудительным моментом явится прибытие первых американских десантных частей.

– А что будет потом, полковник? – спросил Миллер. – Получим ли мы то, что нам нужно, – нефть для Америки?

– Мы все получим то, что нам нужно, джентльмены. Палестинцы получат родину, египтяне – нефть, чтобы удовлетворить массы. Дядя Сэм станет контролировать резервы Саудовской Аравии и Кувейта, а следовательно, и мировые цены на нефть на благо всего человечества. Принц становится новым королем, вечно пьяный алкаш, но рядом с ним все время буду я. Только саудовские арабы будут лишены наследства и вернутся к своим козам. Суннитские арабские государства получат хороший урок. Перед гневом шиитов, вызванным их поражением, когда победа казалась столь близкой, у светских государств не будет иного выбора, как покончить с фундаментализмом, пока они все не стали его жертвой. В течение пяти лет над пространством от Каспийского моря до Бенгальского залива воссияет полумесяц мира.

Пятерка «Аламо» сидела в молчании. Двое из них хотели лишь направить саудовскую нефть в Америку и ничего больше. Остальные три согласились идти дальше. Они только что услышали план перестройки одной трети мира.

Потрясенные Мойр и Кобб, но не остальные три участника и, конечно, не полковник, подумали, что Истерхауз страдает классической манией величия.

Слишком поздно они поняли, что их повозка мчится вниз и ни остановить ее, ни соскочить они не могут.

Сайрус Миллер пригласил Истерхауза на приватный ленч в соседней комнате.

– Какие-нибудь проблемы, полковник? – спросил он, когда подали свежие персики из его оранжереи. – Действительно, никаких проблем?

– Может возникнуть одна, сэр, – сказал он осторожно. – До решающего часа осталось всего сто сорок дней. И достаточно одной утечки информации, чтобы все сорвалось. Есть один молодой человек, бывший банковский чиновник, он живет сейчас в Лондоне. Зовут его Лэинг. Я бы хотел, чтобы кто-нибудь поговорил с ним.

– Расскажите мне об этом мистере Лэинге, – попросил Миллер.

* * *

Через два часа после бегства из Ольденбурга Куинн и Сэм въехали в Гронинген, город на севере Голландии, столицу провинции, носящей то же название. Как и другие города по ту сторону границы, он уходит корнями в средние века и имеет свой внутренний город, Старый город, защищенный кольцом канала. В старые времена горожане могли укрыться в центре города, поднять четырнадцать мостов и отсиживаться за водным прикрытием.

Мудрый городской совет постановил, что Старый город не должен быть обезображен промышленными предприятиями и заливным бетоном, этой модной идеей конца двадцатого века. Вместо этого он был обновлен и восстановлен. Это был круг, в котором были аллеи, рынки, улицы, площади, церкви, рестораны, отели и торговые центры только для пешеходов. Почти все улицы были вымощены камнем. Под руководством Куинна Сэм подъехала к гостинице «Де Долен» на улице Гроте-Маркт, где они и остановились.

В Старом городе было мало современных зданий, и одно из них – пятиэтажный дом из красного кирпича, находилось на Раде-Маркт. Это было полицейское управление.

– Ты знаешь кого-нибудь здесь? – спросила Сэм.

– Знал когда-то, – ответил Куинн. – Возможно, он уже ушел в отставку. Надеюсь, что нет.

Он действительно еще не ушел в отставку. Молодой офицер в приемной подтвердил это. «Да, инспектор Де Гроот был теперь старшим инспектором и командовал коммунальной полицией. Как прикажете объявить о вас?»

Куинн слышал крики по телефону, когда офицер позвонил наверх. Молодой человек улыбнулся.

– Кажется, он знает вас, mijnheer.

Их тут же провели в офис старшего инспектора Де Гроота. Он ожидал их и пошел навстречу, чтобы поздороваться. Это был большой цветущий мужчина, настоящий медведь с редеющими волосами, в полной форме, но в домашних тапочках в качестве уступки ногам, топтавшим тридцать лет булыжные мостовые.

В полиции Голландии имеются три отдела: коммунальная полиция, криминальная полиция и дорожная. Де Гроот был похож на главу коммунальной полиции, его добродушная внешность и манера обращения снискали ему среди подчиненных и населения прозвище «Папа Де Гроот».

– Куинн, Боже праведный! Куинн, много лет прошло со времени Ассена.

– Четырнадцать лет, – признал Куинн, когда они пожали руки, и он представил Сэм.

Он не упомянул о ее статусе в ФБР. У нее не было никаких прав в королевстве Нидерландов, к тому же они были здесь неофициально.

Папа Де Гроот заказал кофе, это было вскоре после завтрака, и спросил, что привело их в этот город.

– Я ищу одного человека, – сказал Куинн, – полагаю, что он может жить в Голландии.

– Вероятно, старый друг? Кто-то знакомый со старых добрых времен?

– Нет, я никогда не встречался с ним.

Светлый лучик в глазах Де Гроота не дрогнул, но кофе он стал размешивать медленнее.

– Я слышал, вы ушли из Ллойда, – сказал он.

– Верно, – ответил Куинн, – мой друг и я делаем одолжение нашим друзьям.

– Разыскивание пропавших людей? – спросил Де Гроот. – Это новая сфера деятельности. Хорошо, как его имя и где он живет?

Де Гроот был обязан Куинну. В мае 1977 года группа южномолуккских фанатиков, пытаясь восстановить свою страну в бывшей голландской колонии Индонезии, решила привлечь внимание к своей борьбе, угнав поезд и захватив школу неподалеку от Ассена. В поезде было 54 пассажира, а в школе – около ста учеников. Голландия не знала подобных акций, и у нее в то время не было подготовленных бригад для освобождения заложников.

Куинн тогда работал первый год в компании Ллойд, которая специализировалась на таких операциях. Его послали туда в качестве советника вместе с двумя исключительно вежливыми сержантами британских спецслужб, таков был официальный вклад Лондона. Поскольку Ассен находился в соседней провинции Дренте, местной полицией командовал Де Гроот, а сержанты служили для связи с армией Нидерландов.

Де Гроот выслушал худого американца, который, казалось, понимал образ мыслей людей, захвативших поезд и школу. Он предположил, что может произойти, если начнет действовать армия, а террористы откроют огонь. Де Гроот приказал своим людям сделать так, как советовал американец, и в результате потери оказались минимальными. В конце концов поезд и школа были взяты штурмом, шесть террористов были убиты и два пассажира погибли в перестрелке. Ни один солдат или полицейский не пострадал.

– Его зовут Преториус, Янни Преториус, – сказал Куинн.

Де Гроот нахмурил брови.

– Довольно распространенное имя – Преториус. А вы знаете город или деревню, где он живет?

88
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru