Пользовательский поиск

Книга В поисках Рейчел Уоллес. Содержание - 21

Кол-во голосов: 0

Три квартала до Манфреда я прошел намного быстрее, чем двигался в обратном направлении за два часа до этого. Не очень бодрым, зато твердым шагом я шел вперед.

21

Когда я позвонил, к двери подошла мамаша Манфреда. Это была худая невысокая женщина в прямом платье в полоску и белых тапочках, в одном тапочке было прорезано отверстие, видимо, чтобы не натирало большой палец. Бе волосы были коротко подстрижены, и выглядело это так, будто их подрезали перочинным ножом. Лицо у нее было маленькое, а все черты будто съехались к середине. И никакой косметики.

– Добрый день, мэм, – поздоровался я. – Скажите, пожалуйста, Манфред Рой дома?

Она тревожно посмотрела на меня.

– Он обедает, – ответила она глубоким грудным голосом.

Я одной ногой перешагнул порог квартиры и продолжил:

– Я с радостью подожду здесь, мэм. Скажите ему, что у меня хорошие новости о Спенсере.

Она продолжала стоять в дверях. Я чуть дальше продвинулся в квартиру, она чуть отступила.

– Кто там, ма? – крикнул Манфред из другой комнаты.

– Какой-то человек говорит, что у него хорошие новости о Спенсере, – отозвалась женщина. Я ласково улыбнулся ей, как старый добрый приятель.

Манфред вышел из дверей справа от меня. За пояс у него была заправлена салфетка, на верхней губе блестели капельки молока. Увидев меня, он остановился как вкопанный.

– Хорошие новости заключаются в том, что я не слишком пострадал, приятель, – произнес я. – Разве это не здорово? Манфред сделал шаг назад:

– Я ничего не знаю об этом, Спенсер.

– О чем? – спросила его мать. Я прошел мимо нее.

– О чем, Манфред? – спросил я. Его мать все еще держалась за дверную ручку.

– Я не имею никакого отношения к тому, что вас избили.

– Что вам здесь нужно? – воскликнула миссис Рой. – Вы сказали, что у вас хорошие новости. Вы солгали, чтобы войти сюда.

– Правда, – ответил я. – Я солгал. Но, если бы я не солгал, вы бы меня не впустили и мне пришлось бы ломать вашу дверь. Я решил, что лучше солгать.

– Не угрожайте моей матери, – вмешался Манфред.

– Не буду. Я пришел угрожать тебе, Манфред.

– Манфред, я вызываю полицию, – заявила миссис Рой и направилась на лестничную площадку.

– Нет, ма, не надо, – остановил ее Манфред. Миссис Рой встала в дверях и посмотрела на него. В глазах ее читалось страдание.

– Почему не надо вызывать полицию, Манфред?

– Они не поймут, – ответил Манфред. – Он наврет им, а они поверят, и у меня будут неприятности.

– Вы что, от ниггеров? – обратилась она ко мне.

– Я представляю женщину по имени Рейчел Уоллес, миссис Рой. Бе похитили. Мне думается, ваш сын кое-что об этом знает. Я говорил с ним вчера и сказал, что зайду сегодня. А нынче утром четверо мужчин, которые знали, как меня зовут, и, видимо, узнали меня по описанию, припарковали машину у дверей вашего дома. Когда появился я, они меня избили.

В глазах миссис Рой проступила боль, которую она до сих пор тщательно прятала. Постоянно слышать намеки, что ее сын не прав, что он не тем занимается, что у него неприятности или что-нибудь в этом роде, постоянно видеть странных людей у двери и Манфреда, снующего туда-сюда и никогда не объясняющего толком, в чем дело, постоянно с тоской глушить в себе уверенность, что твой первенец очень и очень ошибается, – незавидная судьба.

– Я не имею к этому никакого отношения, ма. Я ничего не знаю о похищении. Спенсеру просто нравится трепать мне нервы. Он знает, что я не люблю его друзей-ниггеров. Ну а некоторым из моих друзей не нравится, что он треплет мне нервы.

– Мой мальчик не имеет к этому никакого отношения, – повторила миссис Рой дрожащим от напряжения голосом.

– Тогда вам следует вызвать полицию, миссис Рой. Я ворвался к вам и добровольно не уйду.

Миссис Рой не пошевелилась. Одна ее нога стояла на площадке, вторая в квартире.

Манфред вдруг повернулся и бросился вглубь квартиры. Я рванулся за ним.

Налево находилась кухня, направо – короткий коридор, в котором были две двери. Манфред заскочил в ближайшую, и, когда я настиг его, он наполовину вытащил из ящика комода короткоствольный автоматический пистолет. Ударом правой руки я задвинул ящик, защемив ему пальцы. Он вскрикнул. Я взял его сзади за рубашку, дернул на себя, вытащил в прихожую, перекинул через плечо и впечатал в стенку напротив двери в спальню. Потом я достал из ящика пистолет. Это был маузер-HSc калибра 7,65 мм, которым пользовались немецкие летчики во время второй мировой.

Я вынул обойму, передернул затвор, удостоверился, что в патроннике пусто, и сунул пистолет в задний карман.

Манфред стоял, прислонившись к стене, и посасывал раздавленные пальцы правой руки. Его мать стояла рядом с ним, уперев руки в бока.

– Что он у тебя отобрал? – спросила она у Манфреда.

– Вот это, – ответил я, доставая пистолет. – Вот это лежало в ящике комода.

– Это для самозащиты, ма.

– У тебя есть разрешение, Манфред?

– Конечно, есть.

– Покажи-ка мне его, – встрял я.

– Я не обязан вам его показывать. Вы уже не работаете в полиции.

– У тебя ведь нет разрешения, Манфред? – произнес я, широко улыбаясь. – А ты знаешь закон Массачусетса, который регулирует ношение личного оружия?

– У меня есть разрешение.

– Этот закон предусматривает, что любой человек, виновный в незаконном хранении личного огнестрельного оружия, приговаривается к одному году тюремного заключения. Приговор не откладывается, осужденный не подлежит условному досрочному освобождению. Год в камере тебе гарантирован, Манфред.

– Манфред, у тебя есть разрешение? – встревожилась его мать.

Он покачал головой. Засунув в рот все четыре раздавленных пальца, он обсасывал их. Миссис Рой посмотрела на меня.

– Не выдавайте его, – умоляюще попросила она.

– Ты когда-нибудь сидел, Манфред?

Не вынимая пальцев изо рта, Манфред покачал головой.

– А ведь в тюрьме занимаются всякими нехорошими вещами. Например, гомосексуализмом. До чего гнусно! Симпатичные светловолосые парни всегда пользуются спросом.

– Прекратите! – воскликнула его мать. Она встала передо мной, чтобы заслонить Манфреда. Манфред прищурил, почти закрыл глаза.

В их уголках заблестели слезы.

Я снова улыбнулся его матери широкой, ласковой, приятельской улыбкой. Старый добрый друг, который не может не рассказать любящей мамочке о том, что ждет ее сыночка за решеткой.

– Может быть, мы что-нибудь придумаем, – сказал я вслух. – Видите ли, я ищу Рейчел Уоллес. Если вы мне как-нибудь поможете, я верну вам маузер и ничего не сообщу в полицию.

Я смотрел на Манфреда, но обращался одновременно и к, его матери.

– Я ничего не знаю, – промямлил Манфред, не вынимая пальцы изо рта. Он как-то съежился, будто у него болел живот.

Я грустно покачал головой:

– Поговорите с ним, миссис Рой. Мне не хотелось бы упрятывать его в тюрьму, ведь он должен заботиться о вас.

Лицо миссис Рой было белее мела, вокруг рта и глаз обозначились резкие складки. Дыхание ее участилось, как будто она только что пробежала длинную дистанцию. Рот чуть приоткрылся, и я заметил, что у нее нет передних зубов.

– Ты сделаешь то, что он говорит, Манфред.

Ты поможешь этому человеку, как он того просит. – Она не смотрела на Манфреда, когда говорила. Она стояла между нами и глядела на меня.

Я ничего не сказал, и никто из нас ничего не сказал. Почти в полной тишине мы стояли в небольшой прихожей, только Манфред слегка сопел, да в трубах что-то шуршало.

Стоя спиной к Манфреду и глядя на меня, миссис Рой повторила:

– Черт тебя возьми, маленький паскудник, ты сделаешь все, что говорит этот человек. Ты опять попал в беду. Тебе тридцать лет, а ты все еще живешь с матерью и никуда не ходишь, кроме как на свои дурацкие собрания. Почему ты не оставишь этих негров в покое? Почему бы тебе не подыскать хорошую работу или не выучиться чему-нибудь, не найти бабу или не убраться хоть на какое-то время к черту из дома, чтобы не попадать в неприятности? Теперь этот человек засадит тебя в кутузку, если ты не сделаешь то, что он скажет, и, черт подери, тебе лучше его послушаться. – На середине этой тирады она заплакала, и ее некрасивое лицо стало еще некрасивее. Манфред тоже заплакал.

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru