Пользовательский поиск

Книга Смерть в осколках вазы мэбен. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

Он сидел на циновке, скрестив ноги и спокойно держа на коленях развернутые ладонями вверх руки. Тело было расслаблено, а глаза медленно скользили по стоящей на полу небольшой статуэтке. Магу — фея трав и цветов — была одета не как небожителъница, в полупрозрачное покрывало, сотканное из душистых лепестков, а в обычную ханбок [21]: чогори [22] цвета спелого персика, отделанную рубиново-красной тесьмой, и в чхима [23] цвета граната. Широкий бирюзовый кушак охватывал несколько раз тонкую талию и спускался красивыми складками до самой земли. Босыми ногами Магу ступала по лепесткам черного лотоса. Высокая прическа феи делала ее строгой, но лукавый взгляд бирюзовых глаз говорил о вечном женском непостоянстве. Он любил эту статуэтку, мог любоваться ею часами, хотя сейчас невольно возвращался к другому лицу. Какая тайна есть в женщинах, что они могут случайно задеть струну в глубине души и вызвать такую щемящую боль?Но он был согласен томиться и тосковать, пока она не будет принадлежать ему. И первое, что он ей подарит, будет ваза мэбен. А статуэтку Магу он спрячет, чтобы она однажды не раскрыла его постыдные тайны. Он ненавидел себя, когда приходилось подчиняться чужой воле и ломать себя. Он изнемогал под бременем гнусностей, что наполняли его жизнь. Но продолжал верить, что добро победит. И он когда-нибудь тоже станет чище.

Художник-авангардист Станислав Иванов поднялся с циновки. Совсем недолго оставалось Магу разделять его одиночество. Скоро в этом доме будет царить другая фея. Леда.

Глава 11

— Почему вы пришли на концерт? — Я в упор смотрела на Диану.

— Меня пригласили. — Изящным движением она поправила прядь волос. — А я вас уже где-то видела. И имя мне ваше почему-то знакомо. Такое необычное. Оно у вас настоящее?

— А у вас? — вызывающе спросила я.

— Нет, конечно. — Она и не думала обижаться. — У меня на самом деле имя самое обыкновенное — Дина. Но в агентстве, куда я пришла устраиваться на работу, посчитали, что оно не подходит, и добавили одну букву. Получилась Диана. Теперь все меня знают под этим именем.

— Вы так просто выкладываете все это журналистке? — Я не могла понять, чего в ней больше: наивности, хитрости или глупости.

— Если захотите, то все равно узнаете, — ее взгляд оставался по-прежнему безмятежным, — да и зачем это скрывать? Все равно меня все воспринимают и будут воспринимать, как Диану. Нам ведь довольно трудно бывает отказаться от одного имени и называть человека другим, потому что это влечет за собой ломку стереотипов.

— А вы случаем не поклонница Кьеркегора? — ядовито спросила я.

— Нет. — Она насмешливо улыбнулась. — А почему вы спросили?

— Слишком заумно изъясняетесь, — я не могла подавить свою злость.

— Это всего лишь Гессен. — Она рассмеялась. — По-вашему, все модели должны быть глупыми, как пробки?

— Нет, — я наконец-то взяла себя в руки и заговорила спокойно, — хотя красота, сопряженная с умом, знаете, это чревато…

— Хорошо, — Диана чуть прищурила глаза, — я постараюсь сыграть роль наивной дурочки.

— Боюсь, что у вас нет шансов, — вздохнула я, — для этого вы слишком…

— Умны, — закончил за меня парень, который нетерпеливо переминался с ноги на ногу рядом с нами.

— Красивы. — Я не дала сбить себя с толку и с вызовом посмотрела на Диану. Если после этого она откажется от интервью со мной, то это будет просто подарок судьбы.

— Надеюсь, вы уже все свои вопросы задали? — Парень не стал мириться с тем, что его игнорируют.

— Нет, — я снова отмахнулась от него, как от надоедливого насекомого, — собственно, я еще и не приступала.

— Спрашивайте, — повторила Диана.

— Вам нравится эта музыка, или вы пришли сюда просто так?

— Захотела развлечься, — призналась она, — а музыки здесь собственно никакой и не было, так… заумные тексты. Мне это не слишком близко, потому что все время кого-то напоминает.

— Неужели? — Меня неприятно кольнуло. — И кого же?

— Не знаю. Наверное, всех рок-музыкантов, что я иногда слышу по телевизору или по радио в машине.

— А вы, что же, рассчитывали услышать здесь что-то другое? Это ведь по меньшей мере наивно.

— Я вообще ни на что не рассчитывала, — она снова улыбнулась, — меня пригласили, и я пришла. На выставке я встретила своего старого знакомого Алексея, — она кивнула парню, не отходившему от нас, — мы поговорили, и он предложил мне сняться в клипе. Я согласилась. А чтобы лучше понять атмосферу рок-концерта, пришла сюда. Вот и все. Как видите, ничего необычного или загадочного в этом нет.

— Вы действительно будете сниматься в рок-клипе? — Я не могла поверить своим ушам.

— Да, — Диана кивнула и поправила непослушную прядь. — А разве это невозможно?

— А у вашего Алексея хватит бабок, чтобы заплатить вам за съемки? — Я старалась быть грубой и задеть ее, а также и его как можно сильнее.

— Послушайте, — Алексей зло посмотрел на меня, — вас это не касается.

— Деньги меня не интересуют, — Диана оставалась все такой же спокойной, все мои выпады не достигали цели, — мне просто интересно сняться в маленькой песне.

Гитаристы на сцене, похоже, все-таки сумели совладать со своими инструментами, раздались первые пробные аккорды. Пора было возвращаться на свое место к своему Герту и его пиву.

— Ладно, — проговорила я, — оставляю вас. Но вы знаете, Диана, что наша газета «Вечерние новости» планирует интервью с вами, поэтому нам вскоре предстоит снова встретиться.

— Хорошо, — Диана кивнула, — я рада нашей встрече, мне было приятно с вами пообщаться, поэтому с удовольствием поговорю с вами еще раз.

— Вы со всеми журналистами так любезны? — Я попыталась сдержать раздражение.

— Нет, — она снова улыбнулась, — но вы человек особенный. Мне жаль, что я вызываю у вас раздражение.

Вот так номер! Она еще и жалеет. За время нашего разговора она беспрестанно старалась меня убедить, что совершенно не похожа на красивых и пустых моделей, которых развелось в изобилии. Она демонстрировала мне, что является весьма тонкой и чувствительной натурой, к тому же умна… Но я постаралась не поддаться ее чарам. Клеймо порочности невозможно было прикрыть никакими заумными разговорами, никакой изысканной красотой.

— Простите, Леда, — обратилась она ко мне, — а о чем будет интервью, какие вопросы вы будете задавать?

— О ваших пристрастиях, разумеется, — я пожала плечами. — Что вам больше нравится, что вы больше любите, перечень стандартный. Кроме этого, обязательно о том, как вы попали в модельный бизнес и что вам нравится или не нравится в вашей работе.

— С удовольствием отвечу. — Диана держалась, как скромная школьница. — А когда будет интервью?

— Это решит наш главный редактор. До свидания, Диана, — у меня нашлись силы вежливо попрощаться.

— До встречи, Леда, — откликнулась она, — буду ждать звонка.

«Ну и девка! — думала я, поднимаясь наверх. — Надо же такое придумать! Она с удовольствием будет отвечать на мои вопросы. Нет, ну вы такое видели? А выдержка у нее не чета моей. Крепкий орешек, что и говорить. Но откуда эта снисходительность, это ощущение превосходства над другими? Да, эта шлюха знает себе цену и других заставляет поверить, что ее цена очень высока!»

Возмущению моему не было предела, я не замечала ничего вокруг и, разумеется, в тот момент не обратила внимания на странного пожилого человека, ставшего свидетелем нашей беседы с Дианой. Только раз, метнув взгляд в сторону, я почти физически ощутила на себе пронзительный взгляд колючих глаз и увидела мужчину в темных очках и молодцеватой бейсболке, полностью скрывающей волосы.

А все-таки на кой черт меня понесло с ней общаться, не могла спокойно посидеть на месте? Я ругала себя последними словами. Ведь о самом главном я ее так и не спросила. Несколько раз меня просто подмывало сказать про вазу, но что-то останавливало. Затмение на меня нашло — не иначе. А ваза эта… Ну что в ней такого особенного, что она любой ценой решила ее заиметь? Ничего не могу сказать — отличная работа, сразу видно настоящего мастера. Смотришь на нее, как на какое-то чудо. Но неужели Диана действительно способна отдаться совершенно незнакомому человеку за эту вещь? Или у молодых сейчас такие причуды? Может, я безнадежно отстала от жизни? Или она настолько бесстыдна, что не боится бросить вызов окружающим? Смело, ничего не скажешь…

вернуться

21

Ханбок — национальная корейская одежда.

вернуться

22

Чогори — узкая и короткая кофта, которая завязывается тесемками.

вернуться

23

Чхима — широкая юбка, пояс которой располагается выше талии.

29
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru