Пользовательский поиск

Книга Самурай-буги. Содержание - Двадцать два

Кол-во голосов: 0

Двадцать два

Середина августа, Праздник мертвых. Шесть миллионов сарариманов отбыли домой в родные городки в поездах, упакованных на 180 %. На несколько дней улицы становятся необычно пусты и спокойны. Большинство баров и ресторанов Гиндзы закрыты, но в Синдзюку все работает – для тех, у кого нет родного городка, или нет зарплаты, или для тех, кто просто не хочет слишком много перемещаться в такой зной.

Кабинет Мори – без штор, без кондиционера – превратился в бетонную печку. Закинув нога на стол, Мори обмахивает лицо веером, на котором изображен иероглиф «прохлада». Вид этого иероглифа мало помогает. Разгрызать кубики льда помогает лучше. Эту привычку он перенял у отца. А еще в жару его отец снимал штаны и бродил по окрестностям в хлопчатобумажных трусах. В наши дни так не сделаешь. Окрестностям это не понравится, клиентам тоже. Особенно тому конкретному клиенту, который с минуты на минуту должен постучаться в дверь.

Мори поворачивается к окну. Небо глубокое, угнетающе синее; ни клочка облака, ни дыхания ветерка. У маленького храма на той стороне улицы цикады стрекочут в ветвях деревьев. Внизу, прямо напротив, останавливается такси. Дверь открывается, появляется конфетнорозовый зонтик от солнца. Скорее всего, это она. Кто еще приедет с такой штукой в такое место? Как подтверждение на тротуар выпрыгивает тускло-коричневое пятно. Это Кэндзи, собака, которая научилась бесшумно лаять.

Когда в дверь звонят, Мори уже надел ботинки и носки и приготовил две чашки кофе со льдом. Кимико Ито входит в комнату, властно-элегантная, за ней трусит Кэндзи, черно-розовый язык свешивается из пасти.

– Сидеть! – приказывает Кимико Ито.

Кэндзи плюхается провисшим брюхом на пол и поджимает лапы. Он выглядит хуже, чем в прошлый раз, тусклее и толще. От уголков глаз разбегаются серебристые полоски – выглядит так, будто он плакал. Что может довести немецкую овчарку до слез? Прошлое, конечно, и потерянное будущее. Все неубитые олени, все непокрытые суки, вся собачья суть, вынутая из него беспощадной добротой Кимико Ито.

Она недоуменно озирается:

– И это ваш офис?

– Да, – как бы извиняется Мори.

– Здесь так жарко. Вам не трудно сосредоточиться?

– Привык.

Кимико Ито кивает. Она сделана из фарфора, выглядит так, будто ни разу в жизни не выделила ни молекулы пота.

– Кофе со льдом? – указывает Мори.

Она профессионально улыбается, слегка отряхивает диван ребром ладони и садится. К кофе со льдом не притрагивается.

– В записке вы сообщили, что расследование пришло к успешному завершению. Это очень хорошие новости, Мори-сан. Ваша высокая репутация очевидно вами заслужена.

– Спасибо.

– Что же вам удалось выяснить?

Мори достает из стола простую коричневую папку:

– Все здесь, в отчете, включая описание хода расследования по дням, краткое содержание всех интервью и все детали, которые вам могут быть интересны.

Ее глаза впиваются в него:

– Я хочу узнать имя убийцы.

– Все здесь.

Кимико Ито протягивает руку. Мори берет папку и с большой осторожностью подает ей. Она извлекает из сумки очки и водружает на кончик своего ненормально точеного носа. Пока она читает, Мори смотрит в окно и слушает громкую панику цикад в храмовом саду. Начинает всегда одна. Остальные автоматически присоединяются, формируя волну звука, которая постепенно достигает пика, а потом вдруг обрывается и угасает. Эти насекомые явно ориентированы на консенсус. Думают, что в единстве спасение. Но спустя несколько недель каждая останется в одиночестве умирать среди палой листвы.

Кимико Ито в молчании просматривает материалы, листая страницы яростным движением запястья. Закончив, кладет папку на диван рядом с собой.

– Это странная история, Мори-сан. Вы уверены, что нашли нужного человека?

Мори садится на край стола, медленно и уверенно кивает.

– Двух мнений быть не может.

– Но нет реального доказательства.

– Реального доказательства! – восклицает Мори. Вы прочли его признание. Этого достаточно, не так ли?

– О? Так сказала полиция?

– Полиция еще ничего не сказала. Я не хотел впутывать их без вашего одобрения.

Изящные брови слегка приподнимаются:

– Вы хотите сказать, что этот человек еще на свободе?

– Да, вроде того.

– Вроде того?

Мори, покорный судьбе, пожимает плечами:

– Его машина была найдена на долгосрочной парковке в аэропорту Нарита. Похоже, он улетел из страны.

Кимико Ито устремляет на Мори долгий тяжелый взгляд.

– Этого недостаточно, Мори-сан. Я дала вам задание: установить виновника преступления и добиться его ареста. Вы установили его – по крайней мере, вы так утверждаете, – но он не пойман.

– Вы хотите сказать, никакого бонуса, пока он не будет обнаружен?

Кимико Ито приторно улыбается.

– Простите, Мори-сан, – воркует она. – Не только никакого бонуса. Вообще никакой оплаты.

Мори спрыгивает со стола. Он ожидал трудностей с бонусом, но стандартная оплата была оговорена заранее!

– Постойте! А расходы, которые я понес? А другая работа, которую я вынужден был отложить?

Кимико Ито встает.

– Я плачу за результат, Мори-сан. Таков мой стиль ведения дел. Вы даете мне результат и получаете вознаграждение. Вы не дали мне ничего – соответственно, ничего не получаете взамен. Не звоните мне, пока не найдете этого человека!

Мори молча смотрит, как она рывком поднимает на ноги полусонного Кэндзи и волочит его к двери. Там поворачивается и отдает официальный поклон.

– Прошу прощения за доставленные неудобства. Вежливость агрессивная, как пинок в пах. Мори слушает, как ее высокие каблуки стучат вниз по лестнице. Нарушение клиентом условий договора – случай беспрецедентный. Но он не имеет права жаловаться. То, что он сделал, также не имеет прецедентов.

Идея пришла ему в голову после того, как из аэропорта позвонила Ангел.

– Детектив-сан, можете не беспокоиться. Волка больше нет.

Почему именно «Волка больше нет», Ангел не объяснила, а Мори не спросил. Но подарки, предложенные с благородными намерениями, должны быть приняты с благосклонностью, даже если дарят не совсем то, чего бы вам хотелось.

Танигути лечится в психиатрической клинике, Фурумото благополучно отбыл в Калифорнию, и Мори подумал, что может попытать удачи с Кимико Ито. Не сработало. Она ушла и забрала с собой новый диван, и новые цилиндры для «хонды», и полный набор альбомов Телониуса Монка, выставленный на продажу в журнале для коллекционеров. Все эти расходы откладываются на неопределенный срок – как и многое другое в его жизни.

Мори расстегивает рубашку до пупка и кладет в рот еще один кубик льда. Жара начинает его пробирать.

* * *

За прошедшие несколько недель жизнь Митчелла набрала скорость. Вдруг все, всюду хотят с ним поговорить – аналитики, специалисты по стратегическому планированию, управляющие фондов, даже члены правления во Франкфурте. Он уже совершил одно кругосветное маркетинговое путешествие – места в переднем салоне самолета, лимузины в аэропортах, – и Хауптман заставляет его предпринять еще одно. Но Митчеллу уже не приходится разъезжать, чтобы транслировать людям свои слова. Волшебство СМИ сделало его вездесущим. Его комментарии ежедневно появляются на экранах «Блумберга» и «Рейтере», у него берут интервью на каналах «Си-эн-эн» и «Би-би-си», цитируют в «Бизнес-Уик», «Форбс» и «Экономисте», о нем поместили короткую статью – с лестным карандашным портретом – в «Уолл-Стрит Джорнэл». Он даже принял участие в ночных дебатах о технологии, обществе и будущем человечества на «Асахи-ТВ».

Еще приятнее перемена отношения коллег. Когда он идет через торговый зал, трейдеры и продавцы поднимают на него глаза с невинной жадностью, как морские львы, ждущие кормежки.

– Нет ли интересной информации, Митчелл-сан?

Люди, которые прежде смотрели на него с холодным презрением, теперь встречают его улыбками, поклонами, жестами приветствия. Женщины, которые его полностью игнорировали, теперь предлагают ему булочки и массаж плеч, говорят комплименты его вкусу в одежде и делают робкие намеки насчет того, чтобы пойти вместе на дискотеку или отправиться на горячие источники.

76
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru