Пользовательский поиск

Книга Против лома нет приема. Содержание - ПОГОДА КЛЕВАЯ

Кол-во голосов: 0

— Слышали, — ответила Полина вызывающе. — Ну и что?

— Так вот, мне бы очень не хотелось, чтоб вы тут переругались, передрались или еще что-нибудь похуже отчудили.

— Например? — поднял бровь Таран.

— Например, чтоб ты ее сгоряча не придушил и сам не удавился. Хотя, конечно, это я так, перегибаю малость, такого мы ни за что не допустим, но все же, ежели начнете чувствовать, что надоедаете друг другу, — лучше сразу скажите. Рассадим по разным каютам. Другой вариант: если будем гулять по палубе, на берег на экскурсии ездить, то кое-какие контакты с посторонними на сто процентов исключить нельзя. Ничего страшного не будет, если вы, скажем, порадуетесь: «Ах, какой красивый монастырь по левому борту!» — или там еще о каком-нибудь памятнике архитектуры впечатлениями обменяетесь. Но ежели, допустим, Юрик начнет перемигиваться с какой-нибудь другой девочкой, а Полина другому мальчику глазки строить — это будет уже осложнение. Потому что оба вы довольно симпатичные и видные, с вами многие захотят познакомиться поближе. Но кто это будет, безобидная публика или нет, — сразу не скажешь…

В это время щелкнул замок в двери и на пороге появилась коротко стриженная, рослая, спортивного вида девица, на вид немного постарше Полины, одетая в голубой халатик и белый передник. Она вкатила сервировочный столик, на котором стояла вазочка с тремя алыми розами, бутылка шампанского, два хрустальных бокала, а также блюдо с фруктами. Вокруг не очень большого ананаса — этот фрукт Таран, по совести сказать, ни разу не пробовал! — живописно были разложены четыре банана, яблоки и гроздь крупного черно-синего винограда. Конечно, все это было не прямо с ветки — май месяц все-таки, виноград и яблоки прошлогодние, а бананы и ананасы даже в ближнем зарубежье не растут, не то что в России. Однако кто-то шибко хотел порадовать своих гостей-пленников… Таран вспомнил, что в «Кавказской пленнице», которую он уже вспоминал недавно, видел примерно такой же набор продуктов и цветов на подносе.

— Ну, вот и Тина, — представил Алик свою напарницу. — Прошу любить и жаловать!

Тина прикрыла дверь, заперла ее за собой и сказала довольно строгим тоном:

— Любить меня необязательно, но уважать — будьте добры! Глазки мне тоже строить необязательно.

Таран вообще-то глазок не строил. Просто посмотрел, и все. Крепкая баба, такие теперь и таэквондо занимаются, и даже кикбоксингом. Врезать может не хуже, чем сам Таран. А на морду она при этом вполне прилично смотрится. Никакая не Харя…

— Ну, знаешь ли, — заметил Алик, — пусть лучше он тебе глазки строит, чем кому-либо еще. И вообще не исключено…

— Что не исключено? — нахмурилась Тина. Но Алик посмотрел на нее исподлобья и процедил:

— Все не исключено, понятно? И давай без лишних выступлений — на работе находишься.

Тина, как видно, хотела что-то сказать, но решила не обострять, промолчала. Полина спрятала ехидную улыбочку, а Таран на всякий случай отвернулся, чтоб никто больше ничего не подумал.

— Ладно, — уже прежним, наставническим тоном произнес Алик. — Последнее, что вам надо запомнить: мы с Тиной ваши, так сказать, слуги. Мы, конечно, будем все время близко, в каюте напротив, но орать через коридор не надо. Вот вам радиотелефончик. Никуда, кроме как нам с Тиной, по нему позвонить нельзя. Нажмете цифру «2» — отвечу я, «З» — это к Тине. Мы, со своей стороны, будем звонить перед приходом, чтоб не застать вас в неудобном положении. Еще какие вопросы?

— Только один и очень нескромный, — хмыкнула Полина, — вы с Тиной в каких отношениях?

— В тех же самых, — буркнула эта леди-убийца. — Достаточно?

— У меня тоже вопрос, — сказал Юрка. — 3десь, кроме вас, еще кто-то за нами стеклит? Это я к тому, что обознаться бы не хотелось. Замечу, что кто-то приглядывается, и подумаю, будто это от вас, а он окажется совсем наоборот…

— Возможен такой вариант. Могу подтвердить, что мы с Тиной тут не одни. Но показывать тебе и представлять, кто есть кто, не стану. Понадобится — узнаешь, а не понадобится — так обойдетесь, без лишних знаний. Ничего больше спросить не хотите?

— Не-а…

— Ну, тогда устраивайтесь. Бельишко на постели в головах положено. В девять Тина вам настоящий ужин прикатит. Шампанское можете сейчас распить, можете вечером — это как угодно. А вот про все остальные дела — не забывайте.

Тина составила шампанское, цветы и фрукты на каютный столик, а сервировочный выкатила за дверь. Алик вышел за ней следом, замок защелкнулся, и Юрка с Полиной остались наедине.

ПОГОДА КЛЕВАЯ

Сказать по правде, Таран не раз и не два в жизни мечтал прокатиться на пассажирском пароходе. Конечно, чаще всего ему хотелось куда-нибудь за море скатать, на настоящем лайнере типа «Титаника», только, конечно, чтоб на айсберги не налетать и вообще не тонуть, даже так красиво, как в фильме Камерона под песню Селин Дион. Но в принципе он и от плавания на речном красавце не отмахивался бы. Само собой, что без конвоя и без Полины, а как нормальный человек, с родной женой Надькой и, может быть, с Алешкой, когда он, конечно, подрастет и хотя бы ходить начнет. Впрочем, еще лучше, если б Алешка уже и говорить умел, и даже соображал кое-что.

Но теперь, когда его взяли и силком в этот круиз намылили, Юрка понял: ни за что он больше не поедет путешествовать по реке! Даже если в этот раз все благополучно закончится. Потому что едва он, допустим, сядет в каюту с Надькой и Алешкой, как сразу же начнет вспоминать свой «свадебный круиз» с Полиной и его будут донимать стыд и тоска… И оттого, что опять, уже в который раз, все начало двигаться в неизвестном направлении против его воли, Тарана охватила бессильная злоба. Иной раз ему казалось, что лучше б его там, на «нехорошей даче», застрелили, когда еще не было всей этой кучи похабных поступков, которые именно теперь стали казаться ему особенно мерзкими и грязными.

В общем, был момент, когда Юрке захотелось отчебучить что-нибудь ужасное по типу того, чего опасался Алик. То есть придушить эту гребаную Полину, а самому вылезти в окно и сигануть через палубное ограждение за борт. С криком «ура» — и под винты! Ох, и наделал бы он шороху! Сколько бы после этого всяких коварных планов и заподлянок рухнуло, сколько бы умных, но вредных голов полетело! Толком, конечно, Таран не знал, что именно рухнуло бы и какие головы полетели бы, но ему в этот момент так казалось.

Слава богу, такое сумасшедшее настроение у Юрки держалось не дольше пары минут, и он с этими нездоровыми эмоциями сумел справиться. И безоглядная злость у него немного унялась, трансформировавшись в некую здравую, хладнокровную ненависть.

Ну и кому он чего докажет, если сдохнет или Полину удавит? Он сдохнет, Полина, ну, может быть, Алику с Тиной достанется, а Коля, Магомад, Вася со «Светоча», всякие другие большие и умные люди будут жить, поживать, добра наживать, дачки в три этажа достраивать. Конечно, может, и пойдут между ними разборки, будут друг другу пакостить, бомбы подкладывать или в компот писать, ментам друг друга подставлять. Наверно, их и убить когда-нибудь могут. Новые, молодые, крепкие ребята, которым все старые понятия будут пофигу. Уже из Таранова поколения… Но самого Юрки уже не будет. Нет уж, Таран пока поживет немного. Ему еще надо догадаться, для чего ему эту речную прогулку устроили, почему Полину Магомад «очень дорогой девушкой» назвал, почему Вася за нее сто тысяч баксов выложил…

Да и вообще на фига ее душять, Полину эту? В конце концов не она первая Тарана совратила, это раз, да и винить себя надо было, мог бы удержаться от этого бардака-«бешбармака». А раз уж все так получилось, то теперь, едучи с ней в одной каюте да еще практически под замком, придется как-то жить и сожительствовать. Не так уж это и долго, даже если месяц…

А что дальше будет — посмотрим.

В общем, Таран присоединился к Полине, которая уже взялась обустраиваться в каюте. Похоже, она и не подозревала, что за мысли бродили в голове у Юрки. Развешивала свои халявно доставшиеся тряпки, расстилала бельишко на кровати. И главное, не ныла, не заламывала руки, в общем, вела себя не совсем так, как обычно. Это было для Тарана очень неожиданно. Он вспомнил, что она, которая сидела тихо, как мышка, пока их возили и экипировали кавказцы, да и, поднявшись на борт, первое время явно тряслась, уже во время разговора с Аликом и Тиной начала говорить несколько вызывающе, во всяком случае намного смелее. Что-то ее явно ободрило и даже немного придало нахальства. Что именно — фиг поймешь, Таран никаких признаков того, что ее могло бы взбодрить, не приметил. Разве что небольшая вспышка остроты в диалоге между Тиной и Аликом, когда тот намекнул, что, мол, пусть лучше Таран Тине глазки строит, чем кому-нибудь еще… Но она, по разумению Юрки, ничего ровным счетом не говорила. Во всяком случае, рассчитывать на то, что удастся этих ребят поссорить и тем самым добиться чего-нибудь конкретного, Юрка пока не стал бы. Да это и не в характере Полины, кажется…

66
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru