Пользовательский поиск

Книга Иллюзия Луны. Содержание - Глава шестнадцатая

Кол-во голосов: 0

Он одним движением смел со стола продырявленные фотографии и спрятал обратно в нагрудный карман. Никто не заметил, как один снимок, вылетев из общей массы, спикировал на пол. Уже на пороге Игнат обернулся.

– Осип умер, – сказал он.

Кир даже бровью не повел.

– И я вот думаю, это открытие или закрытие сезона охоты? Ну то есть, он последний или нет? – спросил Игнат, даже не надеясь услышать ответ.

Он его и не услышал. Когда все, наконец, убрались и комната опустела, Кир постоял немного, подождал, потом покачал головой и покосился в сторону перепачканной кровью стены.

– Нет, ну надо же, нервный какой, – проворчал он. – Достал со своей любовью. То люблю, то ненавижу, то туда, то сюда. Надоел, честное слово. Вон, всю стену изуродовал, дурак.

Сокрушаясь, Кир поскреб пальцем штукатурку.

– Грязь какая, закрасить или завесить чем-нибудь? – прикидывал он.

Тем временем хлопнула входная дверь, Кир, отвлекшись от стены, кряхтя и держась за поясницу, полез в угол за упавшим снимком, подобрал его и разогнулся. Вероятно, он сделал это слишком резко: на мгновение в глазах потемнело, засверкали красные круги, и полетели серебристые мушки. Кир присел на стул. Ему надо было перевести дух. Посидеть. Подумать.

Глава шестнадцатая

Череда лиц, проходивших во сне и наяву, перемешалась в сознании Инги. Она совершенно запуталась. Встретившись с медсестрой в коридоре, Инга впадала в оцепенение, ее сбивало с толку то, что женщина, всего несколько часов летавшая над ней в образе хищной птицы с огненным опереньем и когтистыми лапами вместо ног, теперь как ни в чем не бывало, спешила в ординаторскую и здоровалась на бегу. Игнат казался Инге почти вымышленным персонажем, а приснившийся Осип был так же реален, как головная боль, которая мучила ее по утрам. Инга не понимала, идет она на поправку или все больше запутывается в химических формулах препаратов и регулярных разговорах с лечащим психотерапевтом.

Этот врач по фамилии Полянка поначалу забавлял ее, и она с удовольствием приходила к нему в кабинет на очередную беседу о детстве и ее фантазиях. Очаровательный яйцеголовый профессор с юности мечтал быть похожим на Фрейда, чьими портретами он украсил все стены своего рабочего кабинета. Среди них попадались истинные шедевры: отец-основатель, выполненный в виде многослойной голограммы, изображение лица, составленное из головок спичек или разноцветного гороха. Однако надеждам врача не суждено было сбыться. Портреты, как амулеты, развешанные повсюду, не дали ожидаемого эффекта – шли годы, а Полянка оставался все так же лопоух, чернобров и лысоват. И однажды он сдался – сбрил жалкую растительность с лица, надел очки и вместо портретов учителя развесил и расставил всюду рисунки своих пациентов-шизофреников.

– Ну, что, девушка! – по обыкновению оптимистично приветствовал Семен Полянка бледную и прозрачную Ингу. – Чувствуете, какой сегодня день особенный?

Она, привыкшая к чудачествам доктора, пожала плечами. День, как день, разве что в коридорах вкусно пахло жареной печенкой. Но этот аппетитный запах не имел никакого значения с точки зрения неразрешимых противоречий в вопросах жизни и смерти на земле…

Иван больше не донимал расспросами, и Игнат, занятый своими мыслями, не обращал внимания на притихшего друга. В какой-то момент возникло ощущение, что в машине никого нет, так крепко они задумались каждый о своем. С трудом протискиваясь в плотном потоке, Игнат свернул в переулок и, едва не столкнувшись с безумной «волгой»», на всех парусах летевшей к светофору, вдруг спросил:

– Вань, как позвонить на вокзал, не знаешь?

Ивану потребовалось некоторое время для того, чтобы сосредоточиться на вопросе друга.

– На вокзал? Не знаю. А зачем?.. Ну, я хотел сказать, можно позвонить в справочную.

– В справочную… В справочную, – бормотал Игнат, пробираясь по незнакомым улицам.

Наконец он остановился перед зданием казенного типа, осмотрелся и заглушил мотор.

– Подождешь меня? – спросил Игнат выходя. – Надеюсь, это ненадолго.

Иван кивнул и проводил взглядом ссутуленную спину друга, который перебежал через дорогу и скрылся за крашеными дверями районного УВД. Подождав немного для верности, Иван вышел из машины. Он вел себя странно. Прикурил, оглядываясь, прогулялся взад-вперед, еще раз осмотрелся и затем медленно обошел автомобиль. Утратив интерес ко всему происходящему вокруг, он сантиметр за сантиметром проверял всю поверхность: двери, крылья, капот, бампер, решетку, фары – Иван не спешил. Кое-где он даже поковырял пальцем, счищая налипшую и засохшую грязь. Ничего. Все было гладко, ровно и безупречно, никаких впадин, трещин, помятостей. Идеальный корпус дорогого и немытого автомобиля. Иван закурил, задумался.

Мимо него, насвистывая под нос веселенький мотивчик, прошагал пенсионер с хозяйственной сумкой в руках. На ногах товарища поверх ботинок были надеты голубые больничные бахилы. То ли человек сбежал из больницы, то ли забыл снять, то ли не хотел промочить ноги, то ли просто тихо спятил?.. Иван выкинул окурок и полез обратно в машину. На углу виднелось какое-то задрипанное кафе, можно было пересидеть там, но Иван представил себе грубых теток в грязных передниках и мерзкий кофе и передумал. Он опустил сидение в горизонтальное положение, вспомнил, как обычно устраивался в самолете, зевнул, вздохнул и вскоре задремал, тревожно вслушиваясь в звуки большого города. Ему явно снилось что-то неприятное – Иван то хмурился, то вздрагивал, то вдруг принимался тихо и жалобно стонать. Внезапно что-то ударило в стекло автомобиля, и над его ухом раздалось:

– Ваши документы, товарищ!

Иван вздрогнул от неожиданности и проснулся. Довольный собой Игнат плюхнулся рядом на водительское сидение.

– Ага! Испугался!

– Да ну тебя, – заворчал Иван и принялся поднимать кресло. – И так нервы ни к черту. Сначала этот твой родственник-шизофреник, теперь ты… – он посмотрел на Игната. – Ну, как все прошло?

Тот пожал плечами.

– Ничего. Нормально. Поехали поедим, что ли? А то я с утра кроме кофе и сигарет ничего не видел.

Игнат завел мотор и едва стронулся с места, как вдруг какой-то ободранный тип в одноухой шапке и с узлом в руках упал на капот.

– Ой! Убивают! Люди добрые! Средь бела дня убивают! – заорал он дурным голосом.

Иван и Игнат переглянулись.

– Ну-ка, урод, отойди от машины, – высунулся в окно Игнат. – А то я тебя и правда перееду. Ты понял меня?

Распознав по голосу, что не на тот капот напал, «урод» нехотя сполз на землю.

– Чего же не понять, – спокойно произнес он. – Воры. Подонки. Разворовали страну. Вона на каких машинах ездите. А нищему копеечку не подадите.

– Так ты проси, а не кидайся под колеса, – Игнат закрыл окно и исчез за тонированным стеклом.

– Что б ты сдох, тварь поганая, – сквозь зубы прошипел ему вслед оборванный мужик.

Подхватил свой узел и, как ни в чем не бывало, затерялся в толпе.

Игнат был прав. Ворвавшись без предупреждения, они с Иваном действительно отвлекли Кира. Он собирался на рынок за покупками и свежими сплетнями, но эта парочка почти на час задержала его, да еще и разозлила порядочно. Дождавшись ухода незваных гостей, Кир вскоре и сам выбрался на улицу и пешком направился к торговым рядам, спрятанным в глубине переулков. Вскоре он с озабоченным лицом бродил под навесами, ощупывая подмороженные бочка мандаринов, поглядывая то в сторону шматков сала и рыбьих хвостов, то на румяных красноносых торговок, до бровей укутанных в шерстяные платки. Большинство теток как всегда с любопытством провожало взглядами интересного мужчину в объемном пальто и смешной вязаной шапочке. Эту шапку с помпоном и двумя косичками-завязками смастерила из пестрой шерсти Настя. Киру обновка так понравилась, что он тут же нацепил ее и так и проходил все утро, тряся помпонами, пока не раздался тот самый злосчастный звонок в дверь…

42
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru