Пользовательский поиск

Книга И возьми мою боль. Содержание - Глава тридцать шестая

Кол-во голосов: 0

– Интересный план, – почесал подбородок Цапов, – получается, что ты хочешь рискнуть и силами самих бандитов остановить войну в городе?

– Против лома нет приема, – сказал Стольников и добавил: – есть прием – такой же лом.

– Теперь понял, – усмехнулся Цапов, – но все это так рискованно. Во-первых, прокуратура может не отпустить Мироненко. Во-вторых, нужно найти человека, который сыграет роль курьера. И в-третьих, отпускать Мироненко – значит подвергнуть серьезной угрозе жизнь старика ювелира, который сдал его милиции. Ты это обстоятельство, надеюсь, не забыл?

– Не забыл, – мрачно сказал Стольников, – третье обстоятельство на мой счет. Первые два на твой. Впрочем, я знаю, кто может сыграть роль курьера.

– Только не говори, что я, – отвернулся Цапов.

– А я никому больше не стал бы доверять.

Цапов молчал. Потом вздохнул.

– Поедем к нам в управление. Я должен изложить твой план генералу Артюхову. Если он одобрит, начнем действовать немедленно. Хотя, откровенно говоря, мне кажется, что это сплошная авантюра.

– У тебя есть вариант получше?

– Нет. Но посредники могут вынести такое решение, что оно не удовлетворит обе стороны.

– И даже в этом случае обе стороны обязаны будут подчиниться, – напомнил Стольников, – если выяснится, что курьер обратился за помощью, то это будет концом войны. А Махмудбеков подтвердит полномочия курьера.

– Каким образом?

– Я постараюсь его убедить. Он тоже не дурак и понимает, чем грозит большая война в городе. Ему просто не разрешат воевать его же земляки. Он это прекрасно знает.

– Мироненко... – задумчиво сказал Цапов. – Я даже не представляю, как мы его отпустим.

– Поезжай к своему генералу и расскажи ему все, – предложил Стольников, – ты обязан его убедить. Сегодня уже взорвали клуб и убили Бориса. Что произойдет дальше – никто не знает.

– Но Мироненко только что арестовали. Как мы объясним прокурору, почему мы его отпускаем?

– Объясните, что это продиктовано высшими интересами страны. Или города, столицы этой страны, как вам больше нравится. И сделайте все официально, без глупостей. Это самое важное, чтобы все было по закону.

– Хорошо, – согласился Цапов, – но из-за тебя мне придется опять играть роль бандита.

– Совсем недолго, – напомнил Стольников. – Зато мы можем остановить войну. Разве это не стоит наших усилий?

– Куда тебя отвезти? – спросил Цапов.

– В ресторан «Серебряное копье», – ответил Стольников. – Там сейчас Адаляту выражают соболезнования. Но труп будут ждать столько, сколько понадобится. Это для них свято.

– Будь осторожен, – пробормотал Цапов, – там тоже не дураки сидят.

– Ты же понимаешь, что для меня не так опасно убеждать Адалята, чем тебе идти в камеру к Мироненко. А насчет старика ювелира ты прав. Но, как я тебе уже сказал, это мой вопрос, без вашего участия. Договорились?

– Ты ненормальный, – убежденно сказал Цапов. – Таким, как ты, место в психиатрической клинике.

– Туда я еще успею попасть, – усмехнулся Стольников, – торопиться не стоит. И не подъезжай слишком близко к ресторану. Это может быть опасно. После ареста Адалята Махмудбекова твою машину наверняка запомнили.

– Я тоже так думаю, – пробормотал Цапов.

– Я позвоню тебе через час, – предложил Стольников. – Надеюсь, за это время ты еще не отключишь свой мобильный телефон. – Он помолчал немного и добавил: – Перед тем как идти в камеру.

Глава тридцать шестая

Ровно в четырнадцать ноль-ноль генерал Артюхов узнал о том, что девушка наконец-то нашлась. Через десять минут он доложил об этом министру. Еще через пять минут министр позвонил премьеру.

– Мы нашли девушку, – коротко доложил он, ничего не уточняя.

– Какую девушку? – удивился премьер. Его можно было понять, у него было столько забот.

– Мы говорили с вами насчет пропавшей девушки, – терпеливо напомнил министр.

– Ах, той самой! – вспомнил премьер. – Хорошо. Очень хорошо. Чеченская делегация уже прилетела в Москву на переговоры. Это очень хорошо.

Через полчаса это известие было передано по телевидению. Еще через полчаса, уже во время переговоров, вице-премьер чеченского правительства узнал о том, что его племянница найдена. Об этом ему сообщил секретарь Совета безопасности.

В семнадцать часов вице-премьер и приехавшие с ним члены делегации отправились к Адаляту, чтобы выразить свои соболезнования по поводу смерти Исмаила. Их провели на самые почетные места, а вице-премьер прошел туда, где мулла читал Коран. Младший брат убитого сидел рядом с ним. Вице-премьер коротко кивнул ему и сел рядом.

Примерно через час он поднялся и поманил Адалята следовать за собой. Тот, не ожидая от их разговора ничего хорошего, молча поднялся и последовал за родственником. Они прошли в небольшую комнату на втором этаже.

– Где девочка? – резко спросил вице-премьер, когда они вошли в комнату.

– Мы отвезли ее на квартиру к одному из наших друзей, – торопливо сообщил Адалят, – она в безопасности.

– Ирада уедет со мной, – тоном, не терпящим возражений, сказал вице-премьер, – моя жена присмотрит за ней.

– Она может остаться и здесь, – сухо заметил Адалят, – или вернуться в Турцию.

– Она будет жить на родине, – так же сухо парировал вице-премьер, – а что касается «здесь», то этот вопрос я вообще не хочу обсуждать. Ее покойный отец уже погиб здесь...

– Мы отомстили, – быстро вставил Адалят, – мы отомстили. Сегодня ночью убит тот, кто непосредственно участвовал в нападении на больницу, возглавляя группу боевиков.

– Этим вы не вернете отца несчастной сироте, – резко ответил его гость. – Ваши дела слишком дурно пахнут, чтобы я мог оставить свою племянницу здесь. К тому же ты не женат, и оставлять при тебе молодую девушку будет неправильно. Ей нужны толковые советчики, в том числе и женщины.

– Девушке семнадцать лет, – напомнил Адалят, – она вполне взрослая.

– Взрослая, – кивнул вице-премьер, – как и вы все. Как же вас ненавидят в этом городе, если сжигают заживо в больницах, добивают раненых. Мы даже во время войны такого не позволяли.

– На войне все по-другому, – рискнул заметить Адалят.

– По-другому? – разозлился вице-премьер. – А вы что делаете? Позорите наш народ, наркотиками торгуете, убиваете, грабите. Из-за вас каждого чеченца бандитом считают, а ты еще что-то говоришь. Молчи, Адалят, молчи. Я тебя даже слушать не хочу. Где девушка? Дай адрес, и мы поедем за ней. Об этом мы с тобой спорить не будем. Я думаю, ты сам понимаешь, что здесь споров быть не может. Она уедет со мной, – закончил вице-премьер. Потом, помолчав, добавил: – Привезите тело на родину, когда все закончится. Мы вас встретим, место выделим, поможем.

Адалят понял, что ему не стоит спорить со своим грозным родственником. Продиктовав адрес, он пошел проводить приехавшего до машины. И больше они не сказали друг другу ни слова.

Примерно в это время в камеру, где вместе с Мироненко сидело около двадцати человек, привели новичка. Он вошел, поздоровался и проследовал в угол, где на койке лежали чьи-то вещи. Посмотрел на них, потом на обитателей камеры. И коротко спросил:

– Чьи?

– Ты кто такой? – спросил старший по камере.

– Человек, – усмехнулся вошедший, – а ты кто такой?

Он говорил по-русски с кавказским акцентом. Старший огляделся. Он не понимал, что это за нахальный тип. Но остерегся пока что-то говорить или спрашивать. Пришелец мог оказаться вором в законе или известным авторитетом, которых было особенно много среди грузин. Нужно сначала все узнать.

– Человек, говоришь, – улыбнулся старший, – это на воле мы все человеки, а здесь мы заключенные.

– Это ты заключенный, а я человек, – презрительно сказал новенький. – Вещи отсюда уберите. Теперь это мое место.

– Ты парень шустрый, как понос, – заметил верзила, стоявший у дверей. Это были его вещи. – Мы тебя самого уберем.

64
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru